Лучший режиссёр (The best director) - WALL E

— Если уж на то пошло, то, по-моему, мне бы никакое соревнование не подошло, разве что битва на смерть, где нет никаких правил, нет судей, можно тыкать в глаза, бить в пах и другие жизненно важные части тела… Но, очевидно, это невозможно, это слишком жестоко. Даже если бы и было возможно, я бы не стал драться, я не поддерживаю такого рода состязания.

— Хочешь сказать, что в бою без правил ты сможешь победить кого угодно?

Услышав, с каким интересом задала вопрос Ким, Ван Ян не удержался от смеха и сказал:

— Нет, я такого не говорил. Но в любом бою конечная цель — это нокаутировать или прикончить противника. А при куче ограничений пользы от твоего боевого мастерства становится меньше, ты не можешь воспользоваться кое-какими приёмами, чтобы компенсировать своё невыгодное положение. Например, бить локтём соперника по затылку — один из моих козырей. Как мне участвовать в соревнованиях без этих козырей?

Ким хмыкнула и опять спросила:

— Есть один вопрос, который интересует киноманов. Кто бы тебе подошёл в достойные соперники, Джеки Чан или Джет Ли? Или же «Скала» Джонсон?

— Не знаю, надо подраться, чтобы узнать. Если хочешь увидеть, хорошо ли я дерусь, покупай в будущем DVD-издание «Похмелья». Вот так вот, подруга!

Ван Ян нажал на кнопку завершения вызова, убрал мобильник и ухмыльнулся, пробормотав:

— Почему такое ощущение, будто меня зовут не Ван Ян, а Ван Фист? (*Fist — кулак*)

На DVD «Похмелья» будут не только бэкстейдж-кадры драки режиссёра с основными актёрами, в конце фильма покажут ещё больше фотографий того, как компания четверых приятелей провела бурную ночь. Это должно вызвать у киноманов желание приобрести DVD. Что касается театральной версии, то показанные во время титров соответствующие фотографии будут хоть и сумасшедшими, но в рамках рейтинга PG–13.

«Похмелье», несомненно, получит рейтинг R, тем не менее Ван Ян изначально и метил на этот рейтинг в связи с огромным количеством ненормативной лексики и вульгарной речи. А из семи пошлых слов — «shit», «piss», «fuck», «cunt», «cocksucker», «motherfucker», «tits» — в фильме в основном использовались лишь «shit» и «fuck». Кроме того, отсутствовали сцены с оголённой женской грудью, постельные сцены и чрезмерно вульгарные, постыдные сцены. В любом случае в подобных вещах мало что смешного.

Так было решено сделать исходя из основной публики в рождественский сезон, чтобы привлечь в кинотеатры побольше семей. Семьи с маленькими детьми точно отпадали, даже на летних каникулах никакой родитель не взял бы своего ребёнка на фильм с рейтингом R. В основном учитывались подростки до 17 лет и семьи с детьми 12–15 лет, чтобы, выбирая фильм на рождественских праздниках, они могли сказать: «Возьмём билеты на „Похмелье“».

Ван Ян всё время задумывался над одним вопросом: могут ли сочетаться пошлость и юмор в репликах комедии с рейтингом R?

Пошлость выражается напрямую, говорятся какие-нибудь ругательства и непристойные слова, например, «fuck», «дерьмо», «жопа», или отпускаются шутки ниже пояса. Конечно, если кто-то только и будет что разговаривать посредством ненормативной лексики, в этом не будет ничего забавного, люди лишь подумают, что ты кого-то оскорбляешь и полон враждебных намерений. А так называемый юмор означает, что мозг должен обработать фразы, их смысл можно понять на уровне подсознания, потом их приятно вспоминать.

В «Джуно» было много сленга и новых словосочетаний. Ван Ян стремился сделать реплики более милыми и юмористическими, чтобы фразы Джуно можно было применять в обыденной жизни. А в оригинальном «Похмелье» употреблялись откровенно непристойные, грубые выражения, многие герои даже использовали лишь слово «fuck», включая дантиста и учителя. Видимо, это было связано с тем, что многие реплики являлись импровизацией, были сочинены прямо на съёмочной площадке.

В этом фильме лишь толстяк справился лучше всех в плане реплик. Многие его странные и самобытные смешные фразы соответствовали статусу чудаковатого гения. Однако у дантиста и учителя реплики ничем не выделялись, не было никаких явных профессиональных шуток, ничто не заставляло зрителя почувствовать, что это дантист и учитель. Очевидно, эту ситуацию можно было исправить.

Поэтому во время написания реплик и в процессе съёмок Ван Ян размышлял, как максимально выделить характеры и личности героев, и заставлял всех остальных размышлять над этим вопросом. Стояла цель создать как можно больше «пошлого юмора», который будет приятно вспоминать, как например, фразу толстяка в оригинале: «Подсчёт карт — это не то что незаконно, скорее не принято. Как мастурбировать в самолёте».

— Слоу-мо здесь пусть будет ещё чуть медленнее…

— Дебра, тебе не кажется, что если оставить этот кадр на экране на три секунды, получится смешно?

— Хм, возьми его крупным планом…

Время уходило день за днём, вскоре наступил конец сентября. В течение этого времени Ван Ян ежедневно просиживал в монтажной, но по сравнению с «Районом № 9» объём работы в «Похмелье» был небольшой. Хотя хронометраж театральной версии тоже составлял 120 минут, тем не менее не приходилось тщательно продумывать сцены со спецэффектами. Ван Ян и Гарри Джордж свободно применяли любые приёмы съёмок. Захотели слоу-мо — использовали слоу-мо, захотели съёмку крупным планом — использовали съёмку крупным планом… Они действовали по настроению.

А Image Engine уже легко создала соответствующие спецэффекты для придания некоторым сценам яркости, например, появление в воздухе формул при подсчёте карт или удары током. Теперь, когда была стадия монтажа, Ван Ян надеялся и дальше придерживаться лёгкого и непринуждённого стиля, но при этом старался не расслабляться слишком сильно.

Так или иначе, они с Деброй Фишер быстро и благополучно монтировали видео. Ожидалось, что к середине октября удастся полностью закончить монтаж. В то же время проводилась работа над музыкальным сопровождением и цветокоррекцией. Композитором выступил Дэвид Лоуренс, за цветокоррекцию же отвечал уже многому научившийся Гарри Джордж. Стояла цель сделать Лас-Вегас более «фактурным», повысить яркость изображения, сделать цвета глубокими…

— Акупунктура и впрямь отличная вещь! Моей голове в последние дни стало намного лучше, сейчас она болит лишь слегка. Охренеть, как же приятно! — возбуждённо говорил по мобильнику Ли Уоннелл.

Осознав, что он только что употребил непристойное слово, он торопливо промолвил:

— Извини, Ян, просто я на седьмом небе от счастья, до сих пор не верится! Почему никто раньше не сказал мне?! Тогда бы не пришлось терпеть боли целый год! Чёртов Джеймс!

Стоявший на балконе Ван Ян улыбался. Он был рад, что иглоукалывание помогло Ли Уоннеллу вылечить головные боли. Он пошутил:

— Наверное, тебе раньше стоило провести с Джеймсом ритуал изгнания демона. Изгнали бы демонического зародыша, и, может быть, ты бы уже полностью излечился.

Как раз во время этих слов