Секреты, скрытые в шрамах - Эстрелла Роуз

на груди. — Сначала унижаешь и оскорбляешь девушку, а теперь говоришь, что она не виновата.

— Да, я — идиот, которому не хватило ума разобраться во всем. Но теперь я знаю, что меня обманули два больных гада, которым нечего делать.

— Ха, а потом ты сбежал и со стороны наблюдал за тем, как эту бедняжку пытаются похитить? — немного презренно усмехается Даниэль.

— Ни в коем случае, я даже и не думал сбегать! — взволнованно отвечает Эдвард, начав настолько сильно нервничать, что он едва связывает слова в целые предложения. — Мы с Наталией вообще хотели поговорить у нее дома о том, что произошло. Однако нас окружили люди дяди Майкла, которые должны привести Наталию к нему по его приказу. Я делал все, чтобы защитить ее от них. Она тоже старалась защитить себя настолько, когда мое внимание было обращено на кого-то одного. Чуть позже мы попытались сбежать, но эти типы все равно нашли нас.

Эдвард замолкает на пару секунд, чтобы поймать немного воздуха, ибо из-за волнения он буквально не может дышать.

— Кстати, Эдвард забыл сказать, что один из тех типов, который был в той компании, оказался человеком, что сотворил с Наталией ужасные вещи, — сообщает Ракель. — Который виноват в том, что Наталия все это время страдала и молчала.

— И у нас даже есть его бумажник, который он потерял в том месте, где произошло похищение, — добавляет Терренс, — Мы нашли в нем удостоверение личности, которое принадлежит этому типу. Так что мы знаем, как он выглядит. Хотя лучше вам не видеть ту страшную рожу, ибо после этого начнут сняться кошмары.

— О, боже, неужели он настолько страшный? — ужасается Анна.

— Горилла будет в сотню раз симпатичнее, чем тот больной оборванец, который работает на дядю Майкла.

— Да, это правда, но я еще вернусь к этому, — спокойно говорит Эдвард и резко выдыхает. — В общем, нас с Наталией развели по разным углам. Они не позволяли мне подойти к этой девушке, которую прямо у меня на глазах нагло лапал и облизывал ее обидчик. А в какой-то момент самый главный подлиза дяди Майкла со всей силы толкнул меня в стенку, об которую я ударился головой. Я почти сразу же отключился с мыслью о том, что моя голова взорвется от адской боли. И те типы увезли Наталию… Усыпили хлороформом, затащили в машину и увезли в дом дяди… Понятия не имею, сколько я пролежал в отключке, но думаю, что не слишком долго. Думаю, я мог прийти в себя спустя около трех-пяти минут после похищения…

— А после этого Эдвард приехал сюда и рассказал о том, что произошло с Наталией, — продолжает Терренс. — Конечно, мы не сразу поверили ему и думали, что он обманывает нас. Но нам пришлось поверить.

— Видно, что Эдварда успели сильно побить, ибо он приехал к нам весь в синяках и с кровью на лице, — добавляет Ракель. — Конечно, мы обработали его раны и потом отправились в то место. Осмотрелись вокруг и нашли ту самую стену, на которой остались следы крови.

— А еще мы нашли браслет и телефон Наталии, который она потеряла, когда убегала от тех людей, и тот самый бумажник, о котором вы уже слышали.

— Ох, ну и ужас… — качает головой Даниэль.

— Ну где-то такая вот история, — пожав плечами и неуверенно смотря на Даниэля и Анну, тихо говорит Эдвард. — Пока что мы ждем. И остаемся начеку, потому что подобное может случиться и с кем-то из нас троих.

— Вы сказали, Наталию прячут в доме того самого Майкла… — задумчиво напоминает Анна.

— Да, сегодня утром дядя прислал мне сообщение, в котором и сообщил, что Наталия находится в его доме. Я немедленно поехал туда, но его люди наотрез отказались пускать меня, ссылаясь на приказ дяди не позволять мне даже близко подходить к дому. И успели еще немного избить после моего отказа уйти добровольно. Таким образом я и уехал оттуда ни с чем. И потом дядя снова написал мне и подтвердил слова тех дебилов. И пропал. Он не ответил на мое последнее гневное сообщение и решил спрятаться в кустах.

Потрясенные услышанным Анна и Даниэль слабо качают головой и с ужасом во взгляде переглядываются между собой.

— Не могу поверить… — дрожащим голосом произносит Анна, прикрыв рот рукой, и тихо шмыгает носом. — Это просто безумие! Безумие!

— Что ж, полагаю, не только один Терренс надрал тебе задницу, — сухо отмечает Даниэль, присматриваясь к лицу Эдварда и видя на нем куски пластыря, которым заклеены лоб и переносица мужчины.

— Ну да, — тихо отвечает Эдвард и дотрагивается рукой до того места на лбу, которое заклеено пластырем. — Те типы здорово накостыляли мне… Вчера, конечно, было не очень хорошо, но сегодня мне получше. Хотя шишка на затылке все еще здорово болит. Особенно когда давишь на нее.

Взволнованная Анна окидывает полусухим взглядом всю гостиную и присаживается на диван, положив свою сумку рядом с собой.

— Но ведь с Наталией все будет хорошо? — взволнованно интересуется Анна, окинув взглядом всех присутствующих в гостиной. — Прошу вас, скажите мне, что с ней ничего не случится, и очень скоро она будет свободна!

— Мы хотим верить в лучшее, — тяжело вздыхает Ракель и присаживается вместе с Анной на диван, приобняв ее за плечи. — Однако мы уже убедились в том, что Майкл очень опасен и не собирается играть в детские игры.

— Неужели этот тип настолько умом тронулся из-за этих денег, что додумался похитить невинную девушку? — недоумевает Даниэль.

— Это — только часть того, что он хочет сделать, — с грустью во взгляде отвечает Эдвард, скрестив руки на груди. — Он хочет уничтожить всех МакКлайфов и заполучить то, что они владеют. Только лишь потому, что мы так или иначе связаны с отцом, которого он уже убил. Со своим главным врагом дядя покончил. Остались те, кто просто раздражает его тем, что живут: мама, Терренс, Ракель, я… Все наши жизни под угрозой…

— Но почему именно она? — тихо шмыгает носом Анна, уставив взгляд в одной точке и слегка трясясь от волнения. — Почему этот тип решил сделать жертвой еще и Наталию? Моя подруга — не член вашей семьи и никак не связана с МакКлайфами! Почему все так произошло? Что эта бедняжка сделала ему?

— Думаю, Майкл МакКлайф просто хочет помучить нас и заставить волноваться за Наталию, — задумчиво отвечает Ракель. — В сообщениях, присланных Эдварду, он уже дал понять, что пока что на некоторое время засядет на дно, а вскоре сообщит, что нужно делать дальше. И он точно