Цикл "Детектив Киёси Митараи. Книги 1-8" (СИ) - Симада Содзи

– Слышал, конечно. А еще – что пять великих цивилизаций мира зародились в местах произрастания конопли, мака и коки.

– Ну вот!

– Это любопытная теория. Однако даже если в ней есть доля правды, ты слишком легко на нее клюнула. Если развивать мысль в этом направлении, то во всех центрах цивилизации есть бордели, трущобы и насилие. Так недолго и прийти к абсурдному выводу, что движущей силой развития городов и цивилизаций были проституция и насилие. Да, цивилизации рождались из аморальности, но в ходе своей истории сами порождали ее в десятки раз больше.

Леона молча слушала Митараи. Наконец она ответила:

– Я живу в Америке уже десять лет. И там я привыкла к тому, что мораль – это фантом. В Японии она ощущается как нечто реальное, что можно потрогать рукой. А в Америке, да и в остальном мире, какой-то определенной морали нет. Настоящая мораль – это сила.

– Значит, ты тоже заблудилась в этом лабиринте, – сказал Митараи. – Как и большинство обывателей, ты мыслишь в краткосрочной перспективе. Твоим выводам не хватает концепции времени.

– То есть?

– Сила всегда была моралью. Сейчас она в руках Америки, до этого была у Рима, а еще прежде – у Содома и Древнего Китая. Но все это преходящие вещи. Не стоит сокрушаться. Ты просто мыслишь в пределах отрезка собственной жизни.

– Как-то я не очень поняла…

– Тогда скажу так. Ты совершаешь ошибку, употребляя наркотики. Как бы тяжело тебе ни было, я настоятельно рекомендую тебе завязать с ними. Но этот совет я даю тебе не по той причине, о которой ты думаешь.

– Не потому, что это аморально, и не потому, что у меня могут быть проблемы с законом?

– Нет.

– Тогда почему?

Митараи слегка усмехнулся.

– Просто сейчас тебе этого не понять. Чтобы объяснить школьникам, как головастик превращается в лягушку, лучше отправиться на рисовое поле, а не в класс.

– Я все равно не поняла. В любом случае вам ведь не нравятся наркоманки?

– Слушай, мы словно разыгрываем слезливую мыльную оперу. Поверь мне, жизнь тех, кто не способен завязать, превращается в еще более скучный и банальный сериал. Все время начинает уходить на общение с полицейскими и адвокатами.

– Теперь поняла.

– Сейчас ты вытянула счастливый билет. Если не слезешь с наркотиков, то второго шанса у тебя не будет.

– Нельзя даже в крайних случаях?

– Нельзя.

Леона замолчала и сосредоточилась на дороге в аэропорт.

– Вы спешите в Лос-Анджелес кому-то на помощь?

Митараи словно воды в рот набрал.

– Вы так хотите побыстрее доехать до аэропорта? Я бы лучше сбавила скорость…

Снова ноль реакции.

– Знаете, я часто думаю: если б где-то на Земле жила еще одна я, смогла бы я с ней подружиться?

Митараи украдкой взглянул на Леону.

– Вопрос интересный. Так каков же ответ?

– Я не очень понимаю. Иногда мне кажется, что смогла бы, а иногда – что ничего бы не вышло.

Митараи рассмеялся.

– Вы правы, женщины – создания непростые. Конечно, они могут отвлекать мужчин от каких-нибудь важных дел. Я и сама такая. Но даже мне нужна подруга.

Леона кратко взглянула на пассажирское сиденье. Потеряв стимул к размышлению после раскрытого дела, Митараи сонно прикрыл глаза.

– Вас ждет в Лос-Анджелесе женщина?

Прыснув, Митараи наконец все выложил:

– Ладно, рассказываю! На кону мои водительские права. Я несколько раз превысил скорость, и если не заплачу штраф и не пойду в школу для нарушителей[374], то плакало мое удостоверение в Калифорнии.

Леона гневно посмотрела в его сторону.

– И все из-за прав?! Меня могли убить или отправить на казнь!

– Но ведь ни то ни другое не случилось.

С несколько возмущенным выражением лица Леона вновь замолчала. С пустынного шоссе они заехали в городские кварталы. Машин вокруг стало больше, и Леона стала вести внедорожник аккуратнее. К ней вернулось хорошее настроение, она с улыбкой посмотрела на Митараи. После того как они проехали через город, на дороге вновь стало свободно.

– Извините, Митараи-сан, – дружелюбно сказала Леона. – Будьте снисходительнее к женщине.

Митараи как-то настороженно молчал.

– Не так уж мы и плохи… Слышали песню «Ветер под моими крыльями»?

– Нет.

– Очень красивая песня. Сейчас она мне невероятно нравится, ее исполняет Бетт Мидлер.

Сначала Леона с улыбкой начала напевать мелодию, а затем и слова:

                 Ты счастлив был, когда сияла я,                  Всегда держался ты на шаг назад,                  Одна купалась я в софитах славы,                  Но сильным среди нас двоих был ты.                  Ты был прекрасен, но стоял в тени,                  А за улыбкою твоей скрывалась боль.                  Всегда был ты моим героем,                  Всегда хотела быть такой, как ты,                  С тобой могу лететь я выше облаков,                  Ведь под моими крыльями есть ветер – это ты.

Напевая, Леона с улыбкой украдкой поглядывала на Митараи.

                 Кто знает, может, ты и не заметил,                  Но все храню я в сердце глубоко,                  Хочу я, чтобы ты не забывал:                  Не будь тебя – не было бы меня.                  Всегда был ты моим героем,                  Всегда хотела быть такой, как ты,                  С тобой могу лететь я выше облаков,                  Ведь под моими крыльями есть ветер – это ты.

Набрав в легкие побольше воздуха, Леона продолжила:

                 Всегда был ты моим героем,                  Всегда хотела быть такой, как ты,                  С тобой могу парить я в небесах,                  Ведь под моими крыльями есть ветер – это ты.                  Так высоко, так высоко лечу с тобой я,                  Что я могу потрогать край небес.                  Спасибо тебе, спасибо тебе,                  Спасибо Богу за тебя…

– Ах ты, черт! Ничего не вижу!

Леона затормозила и остановила автомобиль у обочины. Потянув за ручник, стиснула зубы и уткнулась лбом в руль.

– Все хорошо, все хорошо… Сейчас я успокоюсь… – почти закричала она и разрыдалась.

Наконец проговорила, словно вырываясь из пучины боли:

– Я люблю вас. Вы нужны мне, как дождь цветам. Как лекарство умирающему человеку. Если б я только могла забыть эти чувства!..

За лобовым стеклом уже виднелся аэропорт Тель-Авива.

– Простите меня… – наконец сказала Леона. – Всё в порядке, не волнуйтесь. Я не наброшусь на вас и не буду умолять вас поцеловать меня.

– Подменить тебя?

– Вы же говорили, что транспорт с четырьмя колесами не по вашей части?.. Ничего, я уж доведу дело до конца. Хотя бы что-то сделаю для вас взамен…

Достав из сумочки носовой платок, Леона вытерла слезы, подправила макияж и с новыми силами взялась за руль.

* * *

В аэропорту Тель-Авива пахло пустыней и солью. В оставшееся до вылета время они позавтракали хот-догами. Заплатила Леона.

– Обидно, что это все, чем я могу вас отблагодарить.

Держа в руках небольшую сумку – свой единственный багаж, – Митараи быстро прошел через выход на посадку.