Принцесса Эрдо - Наталия Белкина

— Нет. Я успела схватиться за чью-то лошадь, меня вывезли. Я думала, что тебе конец.

— Я тоже.

На лицах девушек уже не было черных повязок, но вокруг них возвышались скалы ущелья, рядом текла бурная горная река, и этот пейзаж ни о чем им не говорил. Основную часть пути, по которой можно было судить о дороге и запомнить ее, их отряд уже прошел. Так что никто не стал больше настаивать на секретности. Девушек разделили, усадив за спины рыцарей, так как свободных лошадей больше не было, и начался непростой подъем по узкой горной тропе.

Принцесса к счастью своему не могла видеть дороги из-за широкой спины воина, иначе бы начала волноваться. Потому она и не сразу поняла, насколько опасным путем им предстояло пройти. Но она уже столько раз была на самом-самом краю, на волосок, на миг от смерти, что, увидев под своими ногами пропасть, подумала вовсе не о том, что может сорваться туда вместе с рыцарем и его конем, а совсем об ином: что стало с монастырем и его защитниками. Этот вопрос она задала Ульгерду, как только дорога стала шире, и они смогли поравняться.

— Не спрашивай о том, что тебе не нужно знать, — отрезал тот.

— Ведь это были ваши воины? — опять спросила Лана, не смутившись. — Это вы осаждали аббатство?

— Да, — подтвердил барон, не удостоив, однако, принцессу даже взглядом.

— Но как же вы решились? Ведь это священное место!

— Священное место, которое стало обителью лжи и разврата! — с раздражением проговорил Ульгерд, не отрывая взгляда от дороги. — А ты что же успела забыть, что именно в этом святом месте готовили твою смерть? Тебе очень повезло первый раз, но не подоспей мы вовремя, Фужак все равно бы казнил тебя.

— Неужели вы напали на монастырь, чтоб вызволить меня?! — не поверила принцесса.

— Нам пришлось. Брат просил доставить тебя живой, — проговорил барон и, видимо, чтоб избежать дальнейших расспросов, пришпорил коня и поехал вперед.

"Что еще за таинственный брат? А если это опасность? Что от него можно ждать?" — забеспокоилась Лана. Она обернулась назад. Где-то там должна была ехать Асмабика. Принцесса вдруг ощутила острую потребность поделиться с ней своими сомнениями и предположениями. Но за своей спиной она увидела лишь плотный, окованный кольчугами, строй. Дикарка затерялась где-то среди рыцарей. Лана вздохнула и задала вопрос уже молчаливой спине всадника:

— Скоро ли мы приедем, можно хотя бы узнать?

Спина ответила молчанием.

— Нельзя, — сама себе ответила Лана, правильно поняв это неслучайное безмолвие.

Вопросов было еще много, но никто не собирался ей на них отвечать. А понять самой все эти загадочные обстоятельства, ей не удавалась. Куда везли ее сейчас, кто, тот знакомый незнакомец, кто мог знать ее на этой совершенно чужой земле? Или уже не такой чужой? Лана снова вспомнила замок Даберта, Марио, Эйдара… Потом в памяти всплыл сырой и темный подвал, эшафот, удушающий чад, жар костра, панический страх перед болью и смертью. По сравнению с тем, что ей уже пришлось пережить, ждущая ее неизвестность уже не так и страшила.

— Слух о княжне де Мадуфас разнесся уже очень далеко, — заговорила вдруг безмолвная спина. — Стоит ли удивляться, что о тебе знают люди, которых ты никогда не видела и не слышала о них?

Лана чуть подалась вперед, чтоб увидеть лицо всадника, но смогла разглядеть лишь выбивавшиеся из-под кольчужного шлема темные волосы.

— Вы разговариваете со мной, сэр рыцарь? — слегка оторопев, спросила она.

— Конечно! Не со своим же конем, — усмехнулся тот.

— Что за слухи?

— О твоей красоте и добродетели уже давно слагают песни странствующие рыцари. И на другом конце мира уже слышали о тебе.

— А о том, что меня едва не казнили как ведьму, эти рыцари случайно не слагают песен? — не смогла удержаться от легкого сарказма Лана.

— Не все поддерживают Фужака. Многие не поверили в это.

— Зато другие, тоже многие, очень даже поверили, — вздохнула девушка.

— Тебе хватило смелости выдержать все это, теперь стойкость и терпение тоже станут твоими добродетелями, — молвил рыцарь с уверенностью.

— Я полагала, что люди скорее поверят предводителю салигардов. Разве вы не поклоняетесь вечно светлому?

— Все мы верим светлому Салару, но не все мрачному аббату. Он всего лишь человек и подвержен страстям. А салигарды верят ему, словно он и в самом деле посланник вечно светлого. Но тот, кто знал его в прошлой жизни, не питает этих иллюзий.

Лана тут же хотела было спросить, что было в прошлой жизни Фужака, но впереди послышался предостерегающий возглас. Ульгерд, едущий чуть впереди, обернулся и грозно взглянул на спутника принцессы:

— Попридержи свой язык, Камир!

Разговор прервался, но путь продолжался. Горы постепенно начали сменяться перелесками, растительность стала встречаться чаще. Одежда принцессы почти высохла на легком горном ветру. Ее уже очень отросшие волосы на этом ветру вели себя так же вольно и свободно, еще в реке освободившись от всех пут. В очередной раз избежав смерти, и Лана чувствовала себя свободной и почти счастливой. Даже та неизвестность, что ожидала ее впереди, не так уж стала и страшна. И в этих людях, что совсем недавно спасли ее от неминуемой гибели, она больше уже не видела ничего враждебного.

Когда отряд окончательно покинул горный перевал и въехал в небольшой лес, им навстречу, словно призраки, начали выходить какие-то люди. Сначала их было двое-трое, полукрестьян — полувоинов, в странном смешанном одеянии, с оружием и без него, потом все больше и больше их стало выходить из-за деревьев и кустов. Наконец они выехали на поляну, где расположился, по всей видимости, временный лагерь барона. Странным только было то, что в военном лагере находились и женщины, и дети.

— Куда мы приехали? — спросила принцесса своего спутника.

— Лагерь разбойников и еретиков, который так мечтает найти аббат Фужак и его приспешники, — усмехнулся рыцарь.

Воин помог спуститься девушке со своего коня и спрыгнул сам, собравшись видимо продолжить беседу. Но Лана замерла, остановившись на полуслове. Она увидела приближающегося к ним человека и застыла в изумлении.

— А у тебя что же не было предчувствия, что мы с тобой еще увидимся, — весело произнес Сократ, подойдя к ней. — А я вот, веришь или нет, предчувствовал это.

ГЛАВА XVII

Он вел ее через чащобу, беспрерывно что-то рассказывая, но из этого рассказа, Лана не могла понять ничего, все еще не отойдя от изумления. Можно было просто завалить его вопросами, которые напрашивались сами собой, но в голове ее царил такой сумбур, что она не могла и слова произнести. А ее старинный приятель и совместительству предводитель секты "кровных братьев", а теперь еще и этой разбойничьей шайки, похоже, совсем не был удивлен их встрече.