Фрунзе. Тайны жизни и смерти - В Рунов

К середине сентября Врангель провел очередную реорганизацию своих войск. Все силы, действующие в Северной Таврии, были сведены в две армии по два армейских корпуса каждая. Командующим 1-й армией был назначен генерал Кутепов, 2-й армией — генерал Драценко. Кроме того, из двух кавалерийских дивизий была создана конная группа, которую возглавил генерал Барбович.

С советской стороны для противодействия наступлению вран- гелевских войск в районе Каховки 8 сентября была развернута 6-я армия под командованием К.А. Авксентьевского. Именно по Каховскому плацдарму и частям этой армии Врангель нанес свой главный удар, в то время как в сентябре 1-я белогвардейская армия, искусно маневрируя, громила 13-ю армию. В результате этих действий севернее Крыма образовался большой плацдарм, занятый белыми войсками, границы которого проходили по Днепру до Никополя и Алекандровска, на восток до узловой станции Полога и опускались к Азовскому морю в район Бердянска. Вопрос разгрома Врангеля и освобождения Крыма становится для советского правительства главным.

Параллельно так же остро стоял вопрос о том, кто должен будет поставить точку в истории трехлетней Гражданской войны в России. Многие к тому времени уже начали понимать, что на этом борьба за власть в многострадальной стране не будет закончена. В.И. Ленин постепенно из-за болезни отходил отдел, на арену государственной власти поднимались новые силы. В этих условиях очень было важно то, с чьим именем будет связано окончание Гражданской войны.

Уже в середине июля 1920 года В.И. Ленин пишет Л.Д. Троцкому: «.. не назначить ли Фрунзе комфронтом против Врангеля… Я просил Фрунзе поговорить с Вами поскорее. Фрунзе говорит, что изучал фронт Врангеля, готовился к этому фронту, знает (по Уральской области) приемы борьбы с казаками».

Но Л.Д. Троцкий рекомендовал Владимиру Ильичу не торопиться. Вопрос был очень непростым, и Лев Давидович хотел, чтобы точку в Гражданской войне поставил именно его ставленник — М.Н. Тухачевский. Поэтому в июле Л.Д. Троцкий высказался за то, чтобы не забирать М.В. Фрунзе из Туркестана до окончательного решения там главных политических и военных задач. В.И. Ленин и другие члены ЦК согласились с этими доводами.

Но М.Н. Тухачевский не оправдал надежды Льва Давидовича в ходе Польской кампании. Во второй половине сентября 1920 года, сразу же после падения Бухары, М.В. Фрунзе был вызван в Москву. Там его принял Л.Д. Троцкий, внимательно выслушал доклад. Задумался.

После провала наступления Западного фронта на Варшаву позиции Льва Давидовича в Центральном комитете партии несколько ослабли. Многие члены ЦК помнили, что именно Л.Д. Троцкий настаивал на решительном наступлении против поляков, что по его рекомендации командующим Западным фронтом был назначен М.Н. Тухачевский, который имел менее чем трехмесячный опыт командования Кавказским фронтом, но совершенно не имел опыта подготовки и проведения фронтовых наступательных операций против регулярных войск иностранного противника. Расчет самого Троцкого на революционность польского пролетариата не оправдался. Нужно было восстанавливать пошатнувшуюся репутацию.

Лев Давидович предложил Михаилу Васильевичу в письменной форме ответить на несколько вопросов, связанных с его деятельностью в Туркестане. Вопросы были несложные, но требовали знания фактического материала и большой вдумчивости при их изложении. Цель была одна — чем-то занять деятельного Фрунзе и выиграть время. Непосредственный доклад по Туркестану В.И. Ленину и членам Центрального комитета партии сделал сам Л.Д. Троцкий.

На данном заседании ЦК одним из вопросов был вопрос о назначении Фрунзе командующим Южным фронтом, который был призван покончить с последним оплотом белегвардейщины на территории Республики Советов. Он практически не вызвал обсуждений.

Особые мнения высказали главком С.С. Каменев и командующий Западным фронтом М.Н. Тухачевский, которые не верили в способности М.В. Фрунзе организовать и провести столь крупную войсковую операцию. Но в то время на смену военным уже выходили политические решения, а авторитет М.Н. Тухачевского был изрядно подорван предыдущими событиями. И 20 сентября вопрос о назначении М.В. Фрунзе был решен положительно. В заметках В.И. Ленина по этому вопросу значится «за замену Гиттиса товарищем Фрунзе тотчас».

20 сентября 1920 года нового командующего войсками Южного фронта в своем кабинете в Кремле лично принял В.И. Л е- нин и уточнил некоторые оперативно-стратегические задачи. Он подчеркивал, что задача Южного фронта — в кратчайшие сроки разгромить Врангеля, с тем чтобы не допустить зимней кампании 1920/21 года. Михаилу Васильевичу были обещаны значительные пополнения личным составом и материальными средствами. И это несмотря на то, что еще 24 августа С.С. Каменев докладывал, что для разгрома Врангеля у Гиттиса достаточно средств.

На следующий день он прибыл в Харьков. Начальником штаба фронта был назначен И.Х. Паука, членами Реввоенсовета фронта стали С.И. Гусев и Бела Кун. В состав фронта были включены 4-я (В.С. Лазаревич), 6-я (А.И. Корк), 13-я и Вторая Конная (Ф.К. Миронов) армии. Также в состав Южного фронта было решено передать еще и Первую Конную армию С.М. Буденного. На 1 ноября по данным, взятым из сборников документов о Гражданской войне, в составе Южного фронта находилось 186 тысяч штыков и сабель, 527 орудий, 2664 пулемета, 57 бронеавтомобилей и 45 самолетов.

На то время войска противника, находившиеся в Крыму, насчитывали до 41 тысячи человек, 213 орудий, 1663 пулемета, 45 танков и бронеавтомобилей, 14 бронепоездов и 42 самолета.

Таким образом, советские войска на крымском направлении превосходили противника по пехоте более, чем в 5 раз, по кавалерии — почти в 3 раза, по артиллерии — в 2,5 раза, по пулеметам — в 1,6 раза. Реально же превосходство советских войск было намного большим. Историки 80-х и 90-х годов называют совершенно другие цифры.

Из Москвы поезд М.В. Фрунзе вышел 25 сентября и на следующий день прибыл в Харьков, где располагался штаб фронта. Михаил Васильевич, едва ознакомившись с положение дел на месте, первым делом раскритиковал действия предыдущего командующего фронтом Гиттиса и самого главнокомандующего вооруженными силами Республики С.С. Каменева. Он доложил в Москву, что, по его мнению, подготовка наступления на Крым практически не ведется, а боеспособность войск фронта очень низкая.

В.И. Ленин был буквально взбешен, узнав об этом. 1 октября он телеграфировал Л.Д. Троцкому: «Выходит, что наступление на Крым отложено до 27 октября! Есть ли об этом решение РВСР? Главком (С.С. Каменев) мне хвастал, что 10 (или 8) октября у него все будет готово для наступления. Значит, наврал? Когда решили дать туда Буденного? Ведь и без него обещали втрое больше сил. Выходит, что все расчеты Главкома ни к черту не годны и ежедневно меняются, точно у невежды! Крайне опасные шатания!»