Крылья - Даниэла Стил

Нет, с Кэсси провала не будет, если только удастся сохранить над его «находкой» полный контроль. Он сделает из нее самую большую знаменитость во всей стране. И он сам создаст ее, эту новую знаменитость. А Нэнси Фэйрстоун поможет ему в этом, создавая вокруг Кэсси обстановку максимального комфорта и в то же время не спуская с нее глаз ни на минуту. Он не позволит, чтобы все его планы пошли прахом из-за того, что Кэсси, например, напьется или пошлет кого-нибудь к черту, а то и предстанет перед камерой в неподобающем виде после длительного полета или, еще хуже, свяжется с каким-нибудь подонком. Нет, ей придется изображать совершенство во всем.

— Ну что, готовы к большому событию? — с улыбкой спросил он.

Да, она выглядит прекрасно, однако можно в дальнейшем добиться и лучшего. У нее великолепные внешние данные, но костюм чуть великоват. Нэнси придется об этом позаботиться. Пусть отдаст костюм в переделку. Кэсси оказалась чуть-чуть тоньше, чем он думал. Но выглядит на самом деле еще грандиознее, чем запомнилась ему. Ей нужно нечто более молодежное и немного более броское. И потом, он даже не предполагал, что у нее такая потрясающая фигура. На этом тоже надо будет сыграть, но так, чтобы не скатиться до дешевых эффектов, чтобы не возникло даже намека на вульгарность. В общем, он точно знал, чего хочет добиться. Этого они пока еще не достигли, но для начала совсем неплохо.

На пресс-конференции все прошло как нельзя лучше. Даже удачнее, чем он ожидал. Встреча с представителями прессы проходила в большом конференц-зале рядом с его офисом.

Уильямс пригласил двадцать наиболее популярных журналистов, которым, как он знал, всегда удавалось поразить публику.

Присутствовавшие здесь мужчины отличались слишком теплым отношением к молодым девушкам. Но не было ни одного из самых известных циников.

Уильямс представил Кэсси. Она вошла в зал, бледная, испуганная, чувствуя себя неловко в непривычной одежде, с ярко-красной помадой на губах. И все равно с новой прической, в зеленом костюме она выглядела потрясающе. Ее природная прелесть и естественная доброжелательность, казалось, озарили теплыми лучами весь зал.

С первой же минуты она покорила всех. Уильямс рассказал журналистам о воздушном празднике, на котором она выступала. Кэсси же упомянула об этом очень скромно. Объяснила, что почти всю свою сознательную жизнь провела в аэропорту отца, работала с моторами, заправляла самолеты.

— Большую часть времени я ходила перепачканная грязью и машинным маслом. Кажется, только здесь я обнаружила, что у меня рыжие волосы.

Все сразу полюбили ее за остроумие. У нее оказалась легкая и приятная манера общения. Как только Кэсси немного освоилась, она стала разговаривать с представителями прессы так, будто это ее старые друзья, и их это сразу подкупило. Десмонд Уильямс пришел в такой восторг, что в течение всей пресс-конференции не мог согнать с лица улыбку.

В конце концов ему пришлось чуть не силой вырвать ее у журналистов. Они слушали ее целый вечер. Кэсси рассказала им даже о том, что отец сначала не позволял ей летать и что ей удалось убедить его лишь после того, как они с Ником Гэлвином полетели ночью в метель помогать пострадавшим в железнодорожной катастрофе.

— На чем вы летели, мисс О'Мэлли?

— На старом «хэндли» отца.

У тех репортеров, которые разбирались в самолетах, ее ответ вызвал одобрительные взгляды. Они знали, как тяжело водить такой самолет. Но они знали и еще кое-что: если бы Кэсси не была выдающейся летчицей, Десмонд Уильямс не привез бы ее сюда.

Прощаясь, они уже обращались к ней просто по имени.

Кэсси покорила их своей необыкновенной естественностью и отсутствием всякой претенциозности.

На следующий день на первых страницах журнала «Лос-Анджелес тайме» появилась сенсационная фотография и рассказ о рыжеволосой летчице, которая поразит Лос-Анджелес и весь мир. Вместо всего этого множества слов журналисты могли бы написать большими буквами короткий заголовок «Кэсси, мы тебя любим!», потому что содержание всей статьи сводилось именно к этому. Любовь проглядывала в каждой строчке.

Рекламная кампания началась. С этого момента Десмонд Уильямс не давал Кэсси даже минутки, чтобы свободно вздохнуть.

На следующий день Кэсси «посетила» все его самолеты.

Разумеется, в присутствии прессы и съемочной группы «Мувитоун», делавшей рекламный фильм.

Когда фильм вышел на экраны, мать с сестрами и со всеми детьми пошли его смотреть. Кэсси очень хотелось, чтобы отец с Ником тоже его увидели. Однако в ответ она получила лишь открытку от Ника с короткой фразой; «Мы скучаем по тебе, Небесная Ласточка!»

Эти слова ее не на шутку рассердили. Конечно, она прекрасно сознавала, как смотрится в этом фильме, в новенькой, с иголочки, форменной одежде. Но их самолеты не могли не поразить Ника. Они превосходили самую буйную фантазию.

Первый полет она совершила на «фаэтоне», который находился в стадии разработки. Потом на «старлифтере», который Уильямс показывал ей чуть раньше. После этого он поручил ей летать на совершенно новом высотном самолете и сделать замечания для разработчиков. Она поднялась на высоту сорок шесть тысяч футов. В первый раз в жизни ей пришлось воспользоваться кислородной маской и комбинезоном с электронагревателем. Кэсси сумела собрать немало важной информации. Задача разработчиков состояла в том, чтобы переделать этот самолет в бомбардировщик высокого класса для военно-воздушных сил.

Новая работа оказалась нелегкой для Кэсси. Не раз ей бывало по-настоящему страшно. Зато Уильямс был от нее в полном восторге. Несколько его инженеров и один из пилотов летали вместе с ней. Они потом говорили, что Кэсси летает лучше, чем Линдберг. К тому же она намного привлекательнее, заметил один из них Это Уильямс и сам знал. Но признание необыкновенного мастерства Кэсси в пилотаже порадовало его гораздо больше. Она превзошла все его ожидания.

На следующей неделе Кэсси поставила рекорд по высоте, а еще через три дня — рекорд по скорости на «фаэтоне». Оба достижения были официально зарегистрированы. Именно о таких самолетах Кэсси мечтала всю жизнь.

Единственной досадной помехой оставались пресс-конференции, фото— и киносъемки. Порой они просто выводили девушку из себя.

Прошло три месяца с тех пор, как Кэсси приехала в Лос-Анджелес. Теперь представители прессы начали всерьез докучать ей. Репортеры ходили за девушкой по пятам. Она стала настоящей знаменитостью, поэтому они ловили каждый ее шаг.

Кэсси старалась быть с ними доброжелательной, однако временами их приставания ее не на шутку раздражали. Однажды она чуть не раздавила одного такого на взлетной полосе.