От подчиненных до подчиняемых (СИ) - Ре Элин

Только Макс оторвался от меня, чтобы раздеться, его сменил Ярослав. Совсем другой на вкус, сдержанно-агрессивный, жадный, оставляющий укусы на лице и шее. Он словно игла, которая проникает под кожу, находит малейшую брешь в любой защите. Он воздействует метко в самые уязвимые точки, находит самые отзывчивые эрогенные зоны и лишает меня последних остатков рассудка.

Мужчина подтолкнул меня, повалил на обнаженного Макса, по-прежнему удерживая руки за спиной и не давая мне свободы. Я послушно падаю на колени, сажусь на рыжика сверху. Ярослав удерживает меня на весу, чтобы друг смог еще раз насладиться моей грудью. Щурясь от стыда я наблюдаю, как тот облизывает соски, теребит их вызывая приятные спазмы внизу живота, напрасно пытаюсь сдержать стоны и рвущиеся наружу слова.

— Да! Пожалуйста… — умоляю я, чувствуя как внутри снова скручивается тугая спираль, готовая вот-вот сорваться в яркой разрядке.

— Скажи, что ты хочешь, Лёва, — требует Ярослав, но я не решаюсь ответить. Мычу и виляю бедрами, мечтаю, чтобы пустота внутри меня наконец была заполнена. — Скажи, что ты хочешь, — настойчиво повторил мужчина. Он никогда не даст мне желаемое!

— Макс, пожалуйста, — у меня осталась еще одна надежда. Рыжик не станет меня мучить! Он не настолько жесток!

— Не входи в нее, пока она не скажет, — обламывает Ярослав. Почему Макс его слушается? Я же вижу, чувствую, как он жаждет меня, как тяжело ему сдерживаться. Головка его члена прямо у моего лона, я трусь о нее, пытаюсь насадиться, но та как назло соскальзывает в самый последний момент, когда я уже на пределе, когда он на пределе. Я разозленно рычу, верчу головой, чтобы больно укусить Ярослава, но до него не дотянуться. Остается только сдаться. Удовлетворить его прихоть.

— Пожалуйста… Возьмите меня… — с трудом произношу, пряча взгляд.

— Вот так. Хорошая девочка, — довольно шепчет Ярослав на ухо, опаляет горячим дыханием, опускает на рыжика сверху, кладет на него.

Одной рукой Макс приобнимает меня, прижимает к себе крепче, другой направляет член и наконец заполняет меня. Воздуха перестает хватать, мы оба замираем, упиваясь долгожданным ощущением. Рыжик начинает двигаться, и я тону во вспышках сладостных импульсов, теряю последние силы, растворяюсь. Ровно до тех пор, пока влажный палец Ярослава не добирается до второй моей дырочки. Возбуждение вспыхивает в мозгу с новой силой, смешанное со смущением, с негодованием, с чувством беззащитности. Я и слова не успеваю сказать, как большой палец мужчины проскальзывает внутрь и забирает все внимание на себя.

— Ярослав! — невольно вскрикиваю я. Пытаюсь вложить возмущение, угрозу, но выходит похотливо и вызывающе. Мои руки крепко сжаты за спиной, я не могу приподняться, не могу ничего сделать. Не могу противиться ему.

— Что, дорогая? — мурлычет и проталкивает палец глубже.

Не может быть! Я была не готова! Что, если там грязно? Что если… Однако ответить я уже не могу. Мужчины начинают двигаться во мне одновременно, усиливая давление, многократно обостряя ощущения. Я только успеваю насыщать кровь кислородом, не терять сознание от абсолютного удовольствия.

Макс замедлил движение, позволил мне прочувствовать каждый миллиметр своего напряженного члена, как он упирается внутри, как скользит и заполняет меня.

На секунду в моей попке становится пусто. Между ягодиц стекает теплая слюна, дырочки касается горячая головка Ярослава. Нет-нет-нет! Я не способна! Я не выдержу! Хочу возразить, остановить его, но язык не слушается, в голове пусто.

Легкая боль чуть отрезвляет меня, я охаю и напрягаюсь.

— Не так быстро! — молю о пощаде. Ярослав слушается, просит Макса тоже остановиться, пока я привыкаю к их совместному проникновению.

Мне кажется, что дальше уже некуда, что во мне больше нет места, но Ярослав входитт все глубже. Его член не такой большой, как у Макса, но вовсе не маленький, чтобы быстро принять в себя. Если бы раньше у меня никогда не было анального секса, я бы точно свихнулась от буйствующего фейерверка из боли и наслаждения. Но чтобы два сразу? Такое со мной происходит впервые!

Рыжик коснулся клитора, стал мягко массировать его, помогая мне приспособиться, добавляя на чашу весов удовольствия. Когда оба мужчины медленно продолжили, нарастающую волну оргазма было уже не остановить. Пронзительные спазмы охватили меня, я задрожала и вскрикнула, крепче сжала мужчин внутри себя, ошалела от ощущения их твердости и размеров, потеряла реальность. Друзья синхронно ахнули, тяжело задышали.

— Я сейчас кончу, больше не могу, — простонал Макс. — Я и так долго держался, но мысли о мертвых котиках больше не помогают.

— Подожди. Дай мне первому. Я почти… Блять, как же узко…

Я сама ощутила, насколько во мне узко, когда член Ярослава напрягся и увеличился. Заполнил все мое внимание. Мужчина глухо зарычал, потянул на себя, погрузился во всю длину, тяжело выдохнул, изливаясь внутрь.

Я не успела оправиться, как рыжик перевернул меня на спину, занял позицию сверху, резко и быстро задвигался во мне, жадно целуя в губы, шею и плечи. Лоно, только недавно испытавшее оргазм, ярко и чутко отзывалось на его вторжение. Принимало охотно, желало настойчивости. И Макс мне ее давал, перед тем, как достигнуть пика, трахал меня жестко, почти беспощадно. Я кончила в третий раз одновременно с ним. От осознания, что ему хорошо со мной, от телесных воспоминаний о групповом сексе, от безусловного счастья и переполнявших меня эндорфинов. Я люблю этих мужчин. Я хочу быть с ними до конца своих дней. Я хочу подарить свое счастье им.

Мы лежали с Максом рядом, довольные и уставшие, набирались сил, пока Ярослав как ни в чем не бывало закончил гигиенические процедуры и не прогнал нас с кровати, чтобы застелить свежее белье и собрать с пола одежду.

Дойти до ванны оказалось непросто. Ноги подгибались, колени тряслись, мир перед глазами кружился. Короче говоря, устойчивости — ноль. Если бы Макс не помог мне, услужливо подхватив под руку, не уверена, что осилила бы столь длинный путь. Рыжик затащил меня под душ, настроил комфортную температуру воды, проверил, что рядом висит полотенце. Я растаяла от такого внимания, хоть и мыться перед ним было несколько стеснительно.

— Макс…, - нерешительно позвала я, когда мужчина уже собрался оставить меня в одну.

— Да, Алевтина Вик…,- по инерции начал рыжик, но сам оборвал себя. Озадаченно и очень комично почесал затылок, улыбнулся чему-то, коротко засмеялся. — Прости. Понадобится время, чтобы переучиться.

Я тоже улыбнулась в ответ.

— Макс… О чем вы говорили с Ярославом, когда вышли? Вы очень быстро вернулись. Как будто… — спросить оказалось безумно тяжело. — Почему вы согласились? Это же… противоестественно, наверное…

Макс отрицательно замотал головой.

— Кто это решает? — горячо возразил он. — Не нужно об этом думать. Лучше не думать, чтобы не накрутить себя. На самом деле…, - мужчина призадумался. — Я согласился из-за вас… Из-за тебя. Из-за твоих слов. Я всегда считал тебя очень смелой, очень целеустремленной. И… я был поражен тем, что ты решила так открыто спросить. Не смотря на принятый ход вещей, ты не стала идти по проторенной дорожке, а ухватилась за то, что желала. Конечно, я до сих пор несколько шокирован, — Макс нервно усмехнулся. — Не знаю, чем все может закончиться, не знаю, как можно с этим жить, но… Там, на улице, Ярый спросил у меня только одну вещь, доверяю ли я ему. И я доверился. В конце концов, сложно в вас… в тебя не влюбиться. Мне не в чем его обвинить, — рыжик снова неловко рассмеялся. — Как я уже сказал, вы — моя семья. Может быть, немного странная, немного нестандартная, немного… чокнутая, это я про Ярого, если что. Тем не менее… я люблю вас обоих, пусть и каждого по-своему. — рыжик сделал короткую паузу и будто вспомнив что-то продолжил. — А, и кстати, он же меня не обманул, рассказав что вы… ты…, - Макс замялся. — Что мне не нужен презерватив? А то я пока не готов стать отцом. Слишком много потрясений за неделю, пожалуй.