Выдыхая наши ссоры (СИ) - Рейн Сабина

Вновь уставившись на Лео, я пыталась разглядеть каждую частичку его лица, чтобы хоть как-нибудь себя отвлечь. Видно, что он давно не брился и легкая щетина была видна невооруженным глазом. Сегодня девятое. Я считаю каждый день и готова поспорить, что скоро заведу дневник, чтобы писать, как провожу свои дни. Неудачный бред. Переезд в Испанию - вот для чего я зашла. Говорить о нем не было смысла сейчас, потому что парень не сможет вникнуть в мною сказанное в таком состоянии. Поднимаюсь на ноги и выхожу.

Зайдя в свою комнату, я стягиваю недочитанный томик Анны Тодд и, включив настольную лампу, готовлюсь ко сну, забив изголовье кровати различными подушками. Ко мне в комнату заходит Енот, как всегда для одной цели. Зверек начинает сопеть под одеялом, спустя пять минут.

Читая, мы забываем про реальный мир и познаем сотни, а то и больше проблем и других судеб. При чтении, мы живем жизнью героя, мысленно помогая ему в той или иной ситуации. Чтение дает тебе возможность поверить в то, что ты не один на свете, и у кого-то тоже не все так гладко. Именно поэтому, я люблю читать. История Тессы и Хардина открывает новый мир в не идеальные отношения и по сравнению с тем, что я читаю, наша ссора с Лео начинает казаться мне пустяком.

Выдох тридцать девятый

Дина

Глаза начали болеть, поэтому я отложила книгу. Потерев переносицу, я вновь вернулась к своим проблемам. Сколько же трудностей в этой жизни. Смотрю на потолок, но перед глазами все превратилось в черно-белое. Чтобы в конце концов не сойти с ума, сползаю с кровати и вновь иду в спальню, где отдыхает мама. В этот раз она спала. Подойдя к кровати, я поцеловала ее в щеку и, посильнее укрыв одеялом, вышла в коридор. Обратно заходить к Лео я не вижу смысла: он либо спит, либо (как это чаще бывало за неделю) смотрит в одну точку. Подхожу к одной из дверей, которую когда-то хотели сделать детской и, открыв её, чуть ли не падаю, но успеваю схватиться за дверной косяк. В середине комнаты разбросаны доски и у дальней стены стоит недоделанный каркас будущей кровати для ребенка. Мне становится тяжело дышать. Подхожу ближе и сажусь на пол рядом с кучей щепок. Кладу руку на одну из ступенек для матраса и, положив на локоть голову, начинаю рыдать. «Боль утраты приходит без предупреждения»* - очень-очень правдивые слова. Казалось, что я буду стараться не плакать, но как сдерживать себя, когда видишь обломок разбившихся надежд? Как не пустить слезу, когда ты начал стараться для того, чего никогда не будет?

Зажимаю рот ладонью, чтобы мои рыдания не были слышны в коридоре. Все должно наладиться, просто обязано. Невозможно, чтобы вечно было плохо, я это уже говорила. Всему нужен баланс и равновесие. Неужели я правда когда-то думала, что все плохое осталось позади? Смотрю на пустую комнату: здесь ничего нет кроме недоделанной работы. Эти доски желтого цвета, заставляют меня грустно улыбнуться. Интересно, какой её представлял Альберт, когда работал здесь? Кровать должна была быть в розовом стиле для девочки или в синем для мальчика? О чем он думал, когда сидел здесь, улыбаясь своему будущему счастью? Наверное, именно поэтому он никого сюда не пускал. Знала ли мама о существовании того, что здесь происходило? Поднимаясь с пола, я стряхнула с себя опилки и, увидев ключи на подоконнике, взяла их и, выйдя в коридор, закрыла это место. Если о том, что находится за этой дверью никто не знает, то пусть так оно и будет.

Стоя под горячей струей воды, я пыталась не думать о том, что навалилось на наши плечи, но все тщетно. Это сложно - не думать о своем горе, о горе твоей семьи. Мамин живот был еще не таким уж большим, но в нем было столько счастья. Сыграли ли слова Лео в тот роковой день? Или больше сыграла ссора мамы с Альбертом? Как же плохо, когда не знаешь, как вывести родного человека из нервного срыва.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Еще и Испания. Как оставшиеся члены семьи отнесутся к этому? Как на это отреагирует Ник? Я ведь не смогу быть там без него. Он для меня слишком много значит, пусть и только как друг. Этот парень умеет меня отвлекать и успокаивать. Что же я буду делать? Слезы смешались с водой. Мы что-нибудь придумаем. Обязательно придумаем. Еще есть Марк, который очень сильно расстроился из-за того, что мне пришлось прервать нашу дружбу. Уже не было смысла узнавать, откуда он знает Аделину. Это ненужная информация и нам совсем не до нее. Мы удалили друг друга из друзей и на этом все закончилось. Возвращаюсь к Испании... Я ведь даже не знаю этого языка, я просто в замешательстве. Это была неожиданная новость, даже слишком неожиданная, чтобы до конца ее осознать. Стук в дверь заставил меня прервать поток размышлений. Обернув себя полотенцем, я, открыв замок, встретилась глазами с Лео.

Он молча прошел мимо меня и, включив холодную воду, снял с себя футболку. В оставшейся одежде, он сел на дно душевой кабинки под струи. Сев на крышку унитаза, я посмотрела на него.

- Мне трудно, - сказал он, посмотрев на меня и на полотенце, которое еле держалась от того, что я тряслась, - иди ко мне, - он сделал воду теплее и протянул свои руки в мою сторону. Не снимая полотенца, я села рядом, и он, повернув меня к себе спиной, притянул к своей груди за талию. Наши ноги соприкасались и в этот момент, я почувствовала то самое тепло, которое меня успокаивало.

- Я понимаю, нам всем сейчас трудно, - сплетая наши пальцы в замок, тихо прошептала я. Вода не мешала нашему разговору, так как напор был не настолько сильным.

- Буду винить себя еще очень долго. Зачем я произнес те слова? Зачем? - его голос надломился и я, не выдержав этого всего, повернулась к нему лицом на коленях. Поправив полотенце, я положила свои ладони на его щеки. Если я скажу ему, что Альберт и мама поссорились в тот же день, когда мы приехали после вечеринки, он возненавидет мужчину еще больше.

- Ты не виноват, - старалась уверить его я, поджимая губы, - все ушли в себя, Лео. Ты мне нужен сейчас очень сильно. Я прошу тебя выйти из этого состояния, всем сердцем прошу, - снова эти слёзы. Давлю ли я на жалость сейчас? Нет. Все слова выходят из сердца.

Лео обхватил меня рукой за шею и притянул к себе. Вот они эти объятья и, кажется, мне удалось открыть ему глаза, если бы не следующие его слова и действия.

- Я не могу не винить себя, Дина, - прошептал он мне на ухо и, поднявшись с пола кабинки, схватил весящее полотенце и вышел.

Что же мне сделать, чтобы вернуть их всех? Если я перережу себе вены, они заметят? Нет, я не собираюсь поступать настолько слабо, это для меня низко - убежать от проблем. Я один раз убежала, теперь хватит. Мне понятно, что им очень больно, но они не должны настолько забываться. Уходить на такое долгое время. Это очень не правильно! Их надо остановить, но как?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

*Боль утраты приходит без предупреждения - фраза из книги Джоджо Мойес «Ночная музыка».