Безмятежный лотос у подножия храма истины (СИ) - Го Алекс

"Система, а почему шкала Чуньтао не просела?"

"Если шкала заполнена полностью, или не до конца, но в названии отметки есть слово "Навсегда", "Вечный" или тому подобное, то она не упадет, не зависимо от того, что совершит пользователь. Все остальные шкалы со временем понемногу уменьшаются, если пользователь не поддерживает с персонажами постоянное общение. Но это правило не распространяется на главных персонажей".

"Отлично, просто отлично. Меня окружают персонажи из игры Симс. А настоящих, живых людей можно по пальцам одной руки пересчитать, и то половина останется".

Вика нервно рассмеялась. Все как-то наложилось одно на другое — пережитый испуг, шок, холод, боль от ушиба, да еще и новые откровения Системы, и девушка поняла, что смех быстро превращается в истерический, и она никак не может его остановить. Возможно, еще немного, и она бы вообще разрыдалась, но шиди вмешался и отвлек ее на себя.

— Шисюн, ты в порядке? — осторожно спросил Чуньгуан, про которого Вика уже успела забыть.

— А похоже, что я в порядке? Меня окружают одни персонажи. Вы все — лишь персонажи, как в книге. Меня всегда ужасно бесил сюжетный ход, когда кто-то подставляет главного героя, и окружающие тут же начинают верить обвинениям, даже самым тупым. И пусть улики преступления настолько топорные, что ни один человек, у которого есть хоть немного здравого смысла, никогда бы их не оставил. Эти персонажи все равно немедленно начинают ненавидеть главного героя, оскорблять его, унижать, а то и приводить приговор в исполнение безо всякого суда и следствия. И плевать всем, что они знают его годами, или что когда-то называли себя его братьями и сестрами, и что он никогда ничего подобного не совершил бы. Никто ни на секунду не задумается, все просто поверят сплетням. Знаешь, я даже немного удивлена, что ты еще не начал оскорблять меня и кидаться камнями.

— Шисюн! — воскликнул Чуньгуан. — Я бы никогда так не сделал!

Главе алхимиков было сильно не по себе из-за того, что творилось с Веньхуа. Он еще в прошлый раз подумал, что у того не все в порядке с головой, но сейчас это стало более очевидным. Когда шисюн говорил о том, что его окружают персонажи, Чуньгуан почувствовал, как у него все холодеет внутри. То есть, это, конечно же, чушь полнейшая, всего лишь бред воспаленного разума, но эти слова цепляли что-то в глубине его души, вызывая ощущение необъяснимого ужаса. А в непроглядной темноте пещеры от этого непостижимого страха было еще сложнее защититься.

Вика снова истерично рассмеялась.

— Да ты же самый первый из персонажей. Уже забыл, как пытался меня убить? Вспомни себя в тот момент. Что ты чувствовал? Владел ли ты собой, или был лишь исполнителем чужой воли? И потом, когда я впервые пришла проведать тебя в темнице. Ты же ненавидел меня больше всего на свете. А потом так резко перестал. Разве это не кажется тебе странным?

"Система рекомендует пользователю перестать ломать четвертую стену, — внезапно вмешалась Система. — Это может привести к сумасшествию персонажа с вероятностью в девяносто пять процентов".

Эти слова словно отрезвили Вику. Она будто пришла в себя и поняла, что пытается сорвать злость на Чуньгуане. Пусть он и персонаж, но это не повод над ним издеваться.

— Шиди, забудь все, что я тебе только что наговорила. Я просто несу какой-то бред из-за нервного потрясения, — поспешно произнесла девушка, но тот ничего не ответил.

В подземелье царила абсолютная темнота, и Вика не могла увидеть, чем там занят Чуньгуан, но тишина показалась ей слишком тревожной. Особенно с учетом того, что Система упомянула сумасшествие с вероятностью в девяносто пять процентов.

— Чуньгуан, почему ты молчишь? — нервно спросила она, но заклинатель опять не отреагировал.

Вика не придумала ничего лучше, кроме как нашарить на полу пещеры небольшой камешек и кинуть в ту сторону, где по ее прикидкам находилась камера соседа. Камешек, судя по звуку, стукнулся о металлическую решетку, но глава алхимиков так и не отреагировал. Тогда девушка решилась на крайние меры — попросила Систему активировать ауру главной героини, а потом достала из инвентаря световой талисман и приклеила его на стену. Шрам на боку она прикрыла перекинутыми через правое плечо волосами, а в остальном ее скромность берегла лишь китайская цензура, запретившая термитам сожрать ее штаны полностью.

Это зрелище действительно сработало, и Чуньгуан пришел в себя. Он даже не понял, что с ним только что случилось. Ему просто показалось, будто он на несколько секунд впал в ступор, и единственное, что он запомнил — это бред шисюна о каких-то книгах. Он моргнул пару раз, а потом сфокусировал взгляд на соседе по темнице.

Честно говоря, он всего два раза видел кого-то из своих собратьев без одежды, и оба раза это был именно Веньхуа. Он даже сам не мог понять, какие эмоции испытывает по этому поводу.

— Шисюн, у тебя опять проблемы с насекомыми? В этот раз ты тоже будешь отрицать, что термиты — твоих рук дело? — насмешливо поинтересовался он, но глаза в сторону все-таки отвел.

— Буду, — весело подтвердила Вика, обрадовавшись, что шиди пришел в себя, да еще и начислил двести пунктов привязанности. — Со мной в последнее время постоянно случаются неприятности. За последние два месяца на меня нападали волки, медведи, летучие мыши-вампиры, гигантские кабаны, лютые мертвецы, фениксы, сосущие Ци комары, хули-цзин и куча других мелких и крупных монстров. Меня несколько раз едва не убили и вот даже в темницу закинули. Так что я вообще не удивлена, что термиты съели мою одежду. Скорее, я бы удивилась, если бы ничего неожиданного не случилось.

Шиди начислил еще пятьдесят пунктов, и девушка решила, что теперь-то можно и попросить средство от комаров, похоже, аура главной героини наложила небольшой дебафф на интеллект. Разговаривать Чуньгуан еще мог, а вот критически мыслить — уже нет.

— Шиди, не мог бы ты поделиться со мной средством от насекомых?

В ответ глава алхимиков слегка заторможено кивнул и кинул ей бутылочку с зельем. Вика обрадовалась, что ее тело такое ловкое и смогло без проблем поймать пузырек, иначе обидно было бы.

— Чуньгуан, не мог бы ты отвернуться, пока я буду переодеваться?

Тот снова послушно выполнил просьбу, и девушка поспешно натянула комплект одежды, похожий на тот, который был на ней до этого. После этого она достала из инвентаря несколько подушек, устроилась поудобнее и попросила Систему свернуть ауру. Прежде, чем затевать побег, она собиралась сначала дождаться суда и посмотреть, не воссияет ли свет разума над тьмой невежества. Правда, шансы на то, что ее сочтут невиновной, были почти нулевыми — ну, не бывает справедливого китайского суда в начале произведения. Вот ближе к концу, когда всяких злодеев разоблачать начнут, то шансы еще есть, а пока вероятность лишь один из тысячи.

Чуньгуан тем временем пришел в себя после дебаффа, и Вика решила провести время с пользой. У нее тут под боком крутой специалист, глупо было бы упускать шанс поучиться у него чему-нибудь полезному.

— Шиди, раз уж мы тут вместе застряли, то давай поговорим о чем-нибудь приятном. Например, об алхимии.

Невиновность

Под разговоры о науке время летело на удивление быстро. Но все равно Вика сильно поразилась, когда на следующее утро по часам Системы услышала, что кто-то зашел в темницу и направляется в их сторону. Она быстро оторвала талисман, и камера вновь погрузилась в темноту. Подушки она тоже спрятала и отошла как можно дальше от решетки, а то вдруг тут не один меткий верблюд водится, а несколько.

Оказалось, что это сам глава ордена пожаловал. Вика уже думала, что он пришел с намерением заставить ее покаяться, но Веньян внезапно распахнул решетку и взмахом руки заставил железный ошейник развалиться на части. А потом прямо с порога начал просить прощения. Речь его была довольно бессвязной и по большей части состояла из самобичевания, так что Вика только через пять минут поняла, что все обвинения с нее сняты, потому что главы пиков получили какие-то неопровержимые доказательства ее невиновности.