Город на границе Снов - Марк Геннадьевич Кузьмин

class="p1">- Офигеть, к ним взяли, - произнес он. – И что, теперь на бандитов натравлять будут?

- Не говори ерунды. Такие как я там скорее как соцработники нужны, - выдал я заранее подготовленную рабочую версию. – Молодые ребята им как раз и нужны для профилактики преступлений, а не для того, чтобы с криминалом связываться - для этого есть нормальные полицейские.

- Но все равно круто выглядит, - хмыкнул он. – Я слышал, у вас весьма большие полномочия.

- У меня их нет, я еще стажер, - пожимаю плечами. – А что, в универе много людей, работающих там?

- В пятом отделе несколько человек было, у тебя четвертый - из таких я слышал только об Эрике Эйбоне, - ответил он.

- А что тебе известно о нем? – спросил я.

- Ну, он - личность не слишком известная, но своим отношением кое-как прославился, - покачал Жан головой. – Говорят, избил нескольких типов, что к нему приставали. Побил так, что теперь они при одном упоминании его имени трясутся. Учится хорошо, насколько я знаю, перешел на третий курс юридического факультета. Друзей не имеет, ни с кем не общается, на тусовках его никогда не видели. Многим девушкам он нравится, как этакий мрачный принц, который привлекает своим холодным отношением. Из-за работы часто прогуливает занятия, но у него есть официальное разрешение пропускать, да и учится так, чтобы не волноваться по поводу зачетов.

- Хм-м-м, ясно. А в каком корпусе он живет?

- У него свое жилье, а где обитает, не знаю.

Некоторое время он молчал, а затем посмотрел на меня.

- Дай угадаю, тебя с ним в пару поставили?

- Ага…

- Соболезную.

Да уж, повезло мне с напарником, который наслаждается моими мучениями. Думаю, если будет возможность скормить меня какому-то монстру, ему будет сложно справиться с соблазном.

Завтрак прошел относительно спокойно, и даже Болтушка, которой я предварительно закинул вкусного, не пыталась обворовывать меня в плане еды.

Попрощавшись с Жаном, я отправился на работу, а точнее - на очередные мучения, коим меня подвергнут сегодня. Может, Эрик даже решит проявить креативность и поиздеваться надо мной как-нибудь иначе, а то одни летающие и бьющие меня шарики уже надоели.

Проблема в том, что я пока так и не могу понять, как именно включается моя способность. Вроде как в момент удара я должен атаку поглотить, но как это сделать и когда - пока не понимаю.

Уже больше недели я в этом чертовом городе, и не уверен, что скоро привыкну к нему. Эти чистые улочки, неспешно разъезжающие машины и пешеходы на тротуарах. Медленно плывущие по небу облака, а также яркое солнце.

Сложно воспринимать окружающее спокойно, когда совсем недавно осознал, что в тенях, среди подворотен и в тайных уголках этого места обитают странные создания. Что крысы у мусорки могут в любой момент начать говорить на человечьем языке и о чем-то спорить с кошками и собаками, что над прохожим может витать какое-то облако, а воришки умеют исчезать, словно дым.

Моя фея, что сейчас висит на моей спине и пританцовывает, слушая музыку, до сих пор непривычна мне и порой пугает. Вот, отняла у меня плеер и наслаждается какой-то мелодией.

Это странно.

Очень странно…

- О! – неожиданно послышалось от Болтушки. – Ник, смотри! – она стала дергать меня за ухо и указывать куда-то на столб.

Нехотя я повернулся и, подняв голову… застыл…

На фонарном столбе… стояла та самая девушка в красном…

Закутанная в алый плащ, она подняла голову к небу и неотрывно смотрела на проплывающие облака…

Это она… так близко…

- Эй! Эй! Карни! Привет! – махала руками Приставала. – Я тут! Тута!

Девушка услышала мою фею и, отвлекшись от созерцания небес, посмотрела в нашу сторону…

Три больших бледно-голубых глаза уставились на меня… такие красивые и глубокие, будто само небо…

Три?

- Юху! Здарова! – продолжала веселиться Болтушка.

Девушка плавно спустилась со столба, встав на асфальт босыми ногами…

Она оказалась очень невысокой и худенькой. Будто ребенок или подросток. Но на лице у нее оказалась какая-то маска. Гладкая поверхность с небольшими усиками на лбу и с тремя большими глазами в обрамлении белых ресниц. Несколько секунд она смотрела на меня через эту маску, а потом спокойно сняла ее.

Из-под маски показалось милое девичье личико, золотистые волосы, большие бледно-серые глаза, маленький носик и пухлые губы. Девушка… или, скорее, девочка смотрела на меня странным взглядом, в котором читались скука и непонятная тоска. Она чем-то напоминала мне фарфоровую куклу из какого-то дорогого магазина, торгующего подобными игрушками ручной работы.

- Карни! – обрадовалась Болтушка и кинулась на девочку. Она сгребла ту в объятья и прижала к специально увеличившейся груди, начав тискать малышку. Та никак не отреагировала и даже в лице не изменилась, позволяя лапать себя. – Как я рада тебя видеть! Я скучала, Карнюша!

- У-у-у-у… - послышалось от этой Карни.

- Да, я тоже счастлива встретиться. Ты такая милая! – Болтушка весело улыбалась, обнимая ее, как какую-то куклу. – Ах, да, Карни, знакомься: это Ник, мой сноходец. Ник, это Карни, моя лучшая подруга.

- Эм-м-м… привет… - только и сказал я.

- У-у, - буркнула та.

- А, не обращай внимания, она никогда не говорит, только звуки издает, - махнула рукой Болтушка.

- Похоже, то, что вы «лучшие подруги», решила тоже ты, - хмыкнул я. – Не думаю, что ей нравится, когда ты ее так тискаешь.

- У-у, - кивнула Карни, но Болтушка этого не заметила или проигнорировала, продолжая обнимать несчастную.

- Бе-бе-бе, не ты ее обнимаешь, вот и завидуешь мне, - показала язык Приставала. – Ну, короче. Карни, я теперь тоже в реальности. Так что заходи к нам в гости, если будет скучно.

- У-у-у… - закатила глаза золотоволосая девушка.

- Ты ведь не против, Ник? – повернулась в мою сторону фея.

- Эм-м-м, ну-у-у-у… если она будет именно гостем… - постарался ответить я. Мало ли, кто это, стоит быть осторожным. – То думаю, можно.

- Круто!

Малышка пожала плечиками. Кое-как вырвавшись из хватки Болтушки, она подпрыгнула в воздух и опять взлетела на столб. Обернувшись, фея кивнула нам, а затем, надев свою маску, вновь прыгнула куда-то вдаль и вскоре затерялась среди людей.

Это была она.

Та самая девушка, которую я видел по приезде, и за которой гнался в день,