Игры наследников - Владимир Сазанов

Денова засипел — обуревавшие его чувства не давали мыслям оформиться в достойные слова.

— Ты что-то сказал? — с издевкой переспросила Мари. — Впрочем, не важно. Лучше подумай, что будет, если победишь. Как будешь объяснять причины, побудившие тебя бросить вызов подчиненному твоей жены? Скажешь правду? Полагаю, представители высшего света будут смеяться не один год, лишь услышав твое имя. Хороший анекдот получится: «Кристофер Денова. — Ха-ха-ха!» — женщина засмеялась.

Юноша чувствовал, что его смешали с грязью, но как ответить — не знал. Любые слова окажутся недостаточно хлесткими для нее. Кроме того, он понимал, что попытка отомстить физически сделает ситуацию только хуже — Мари как мастер боя превосходила его на голову.

— Ну что ты замолчал? Пытаешься привыкнуть к увиденному? Ты проходи, садись. Я ведь не злодейка — не погоню мужа из дома. Пусть он и приехал без предупреждения.

— Я требую аннулировать наш брак, — выдавил из себя Кристофер.

— Да я бы с удовольствием, малыш. Но в имперской канцелярии начнут интересоваться причинами — мы ведь и года не женаты. Да и папочка твой против будет — он так старался, примиряя наши семьи. И Абель старался. Ты ведь хороший мальчик? Не захочешь расстраивать своего папочку и моего братца?

Крис заскрежетал зубами.

— Ну не расстраивайся, малыш. Будь послушным мальчиком — и все станет почти как раньше. Хорошего щеночка хозяйка всегда в свою постель пустит. Только плохие на коврике у двери ночуют.

Денова с глухим рычанием выскочил из комнаты, не в силах больше терпеть подобные издевательства. Огромными скачками он понесся в сторону посадочных площадок, намереваясь убраться из этого места как можно скорее.

Два часа спустя одетый по всей форме Унцо Веермах заглянул в кабинет своей начальницы.

— Лорд-командор, воздушный корабль, в который сел ваш муж, отбыл.

— Спасибо, Унцо, — рассеянно отозвалась Марианна, не отрывая взгляда от бумаг.

Адъютант кивнул и исчез за дверью.

— Мало того, что щенок, так еще и беззубый — даже укусить напоследок не постарался… — пробормотала женщина.

ГЛАВА 12

Ла Абель Гнец

— Ты не подашь мне вон то печенье? — попросил Сокол, указывая пальцем.

— Конечно. — Я передвинул одну из вазочек на его половину стола.

Мы сидели дома у Гнешека в его кабинете и непринужденно болтали. Точнее, Ингви непринужденно болтал, а я только делал вид, будто участвую в разговоре наравне с ним, и надеялся, что мои реплики достаточно легкомысленны и соответствуют моменту. У меня никак не получаюсь чувствовать себя действительно расслабленным, отыскивая второй и третий смысл в каждой фразе собеседника.

Мы все-таки провели с Риккой полную проверку дома на нежелательные магические сюрпризы, уложившись в запланированные три дня. Спали два раза, часа по четыре. Закончили только в восемь утра первого января. К сожалению, отдохнуть после этого не удалось — еще до обеда меня подняли, нарядили и отправили полусонного на большой прием, слушать очередную речь Ли Каласа о том, что в наступившем году нам будет ничуть не хуже, чем в прошедшем. Оттуда я попал на следующий прием, поменьше, где и проторчал почти до полуночи. Второе число оказалось ничуть не лучше первого — пришлось посетить еще пару вечеринок, поддавшись на уговоры сначала Фосса, а затем — Верица. После этого даже Рикка согласилась, что долг высокородного Ла перед аристократическим обществом выполнен полностью и мне можно остаться дома отсыпаться. Из-за всей этой круговерти в гости к Соколу я попал только четвертого числа, за что и поплатился — Ингви был дома совсем один и, пользуясь отсутствием жен, втянул меня в долгую светскую беседу с глазу на глаз. Хотя, вынужден признать, рассказывал он интересно, и если бы не необходимость напряженно следить за словами, от общения с ним можно было бы получать истинное удовольствие.

— Кстати, о печенье, — сделал я очередную попытку перевести разговор на более интересующую меня тему. — Насколько мы продвинулись в вопросе регистрации запрещенного оружия?

— Ну, если о печенье, тогда да. Это кстати, — как-то неопределенно выразился Гнешек и расплылся в широкой улыбке. Затем он сделал большой глоток вина и тут же захрустел взятым из вазочки крекером. — А что до вопроса, то он никак не продвигается. Потому как уже все зарегистрировано.

— О! — Я поразился оперативности работы. Все-таки в преддверии праздника Ингви был достаточно занят, чтобы заниматься еще и моими проблемами.

— Ага. — Сокол кинул в рот еще одно печенье. Как он умудрялся получать удовольствие от сочетания вина десятилетней выдержки и дешевых крекеров, было выше моего понимания. — Организовать нужные мероприятия оказалось достаточно просто — Ли Калас попросил помочь своего сына, а я немного поиграл на нервах Антона Крига. В итоге два генерала обменялись кое-каким вооружением, требующим учета в канцелярии Дома, и, как следствие, множество клерков оказались завалены работой прямо перед Новым годом.

— Эмм… А зачем были нужны такие меры? — Я поразился тому, сколько людей оказались вовлечены в решение моего вопроса: перевозка тщательно охраняемых грузов, прием их на склады, связанная со всем этим бумажная работа, наконец. — Ведь запрещенное оружие заносится в отдельный список начальником канцелярии. Он не спутает его ни с каким другим.

— А его и не надо путать. У нашей операции совсем другая цель. Ты в курсе, что сплетники сделали достоянием общественности куда больше секретов, чем самые лучшие шпионы? Но после наших действий все канцелярские работники оказались заняты делом, пытаясь успеть разгрести бумажные завалы перед праздниками, а тот самый начальник поторапливал подчиненных и принуждал их задерживаться на работе, вместо того чтобы, лениво потягивая чай из чашки, обсуждать со своим заместителем странное движение запрещенного оружия.

— Признаю свою ошибку. И постараюсь больше не лезть с попытками учить вас работать.

— Зачем же так сразу. Я совсем не против советов с твоей стороны.

— Тогда не буду зарекаться. Но можно не совет, а вопрос?

— Конечно.

— Подобная операция наверняка обошлась вам недешево…

— Ни копейки не стоила, — перебил меня Гнешек.

— А если мерить не деньгами?

— Тоже. Я никогда не беру с друзей платы, оказывая им разнообразные мелкие услуги. Они мне отвечают тем же. Мы не привыкли считаться в подобных вопросах. Именно по этой причине вся операция с бумажной волокитой ничего мне не стоила. И именно по этой причине она ничего не будет стоить тебе. — Сокол очень спокойно смотрел мне прямо в глаза.