Плохие решения (ЛП) - Этан Джон

- Чертов таксист убил Лучано... - Скут сделал шаг вперед. Лиам снова направил пистолет в грудь Скута и сказал: - Ты зря тратишь время. Ты не можешь сбежать. Ты ведь это знаешь, верно? Даже если я тебя отпущу, копы - настоящие копы - будут преследовать твою задницу. Они либо арестуют тебя, либо застрелят. Ты просто окажешься в той же ситуации. А если я отпущу тебя и тебя поймают, откуда мне знать, что ты ничего не скажешь обо мне? Ты ведь знаешь мое имя, верно? Ты мог бы сдать меня, не так ли?

- Я понимаю. Мне все равно, застрелят меня или арестуют. И ты мне тоже безразличен. Я не сдам тебя. Я просто хочу еще раз увидеть свою семью. Я хочу извиниться и... и попрощаться. Ты позволишь мне это, и... Мне все равно, что с тобой случится. Черт, я даже солгу, чтобы защитить тебя, если дело дойдет до этого. Просто... Просто уйди с дороги. Позволь мне увидеть мою семью.

Лиам положил палец на курок. Он казался уверенным в себе, но в глубине души тоже был напуган. Он взглянул на Мишель. Он не знал ни об инвалидности девушки, ни о ее причастности к шантажу Скута. Он видел только невинную девушку - жертву проституции Винсента. Если он убьет Скута, ему придется убить и ее тоже. Ему не нужно было добавлять больше веса к своей ноше. В отличие от Скута, он знал, когда нужно перестать копать себе могилу.

Он опустил пистолет и сказал:

- Входная дверь – единственный выход. Тебе лучше надеяться, что полиция еще не приехала.

Скут опустил руки и двинулся вперед. Когда он проходил мимо него, Лиам схватил его за плечо и сказал:

- Если я даже подумаю, что ты упомянул мое имя, я убью всю твою семью. Не наеби меня.

На мгновение их взгляды встретились. Скут вырвался из хватки Лиама. Он вышел из комнаты и направился вниз по лестнице. Он услышал, как в служебном помещении ревет огонь. Огонь распространился и на другие комнаты. Он прикрыл рот локтем и влетел в бар, кашляя и скуля. Музыкальный автомат все еще работал, играя "Крошку дорогушу с бриллиантами".

Дверь была открыта. Он слышал, как снаружи болтают и всхлипывают женщины. Выйдя из здания, он был встречен вздохами и криками. Полицейских поблизости не было, но он услышал вдалеке вой сирен. Он поспешил к своему такси. Женщина бросила туфлю на высоком каблуке в его машину. Другая женщина записала его на свой мобильный телефон.

Вдавив педаль газа в пол, Скут помчался прочь от здания. Отъезжая, он мельком увидел голову Кристал, высунувшуюся из окна третьего этажа, ее шея торчала на подоконнике. Он закричал, стуча кулаком по рулю и дергая себя за волосы. Гнев превратился в ненависть к себе, а жажда мести – в жажду покаяния.

- Блядь! Блядь! Блядь! - заорал он.

ГЛАВА 26. Конец

Такси остановилось на подъездной дорожке. Часы на приборной панели показывали:

07:47 УТРА.

В доме МакДональдов наступило время завтрака. Но внедорожника Джины не было на подъездной дорожке. Он не получил ни одного звонка и ни одного сообщения от Джины или его детей. Он ничего не слышал о них с тех пор, как поссорился с Джиной на кухне.

Скут сел за руль и уставился на свое отражение в зеркале заднего вида. В глубине души он знал правду. Но его разум был затуманен отрицанием. Этого не может быть! - провозгласил его разум.

Спотыкаясь, он бросился к крыльцу. Порылся в карманах, пока не нашел ключ от дома, затем открыл входную дверь и ворвался в гостиную.

Он закричал:

- Джина! Джина! Блейк! - oн начал подниматься по лестнице налево, набирая номер Джины на своем телефоне. И закричал: - Марисса! Дорогая, я...

Он остановился на полпути к лестнице, услышав голос в гостиной. По громкости и качеству звука он понял, что звук идет из телевизора.

Мужчина говорил:

- Расслабься, расслабься. Тебе будет легче, если просто расслабишься.

Женщина хихикнула.

Когда Скут спускался по лестнице, он услышал свое пьяное:

- Я... я не думаю, что... все будет хорошо, ребята.

В гостиной было темно, шторы задернуты, жалюзи закрыты. Немного солнечного света проникало в дом через открытую входную дверь и окно над кухонной раковиной.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Скут медленно приблизился к домашнему кинотеатру, зажимая рот рукой. Он сел на диван и стал смотреть видео, в его больших, потрясенных глазах блестели слезы. Кадры были темными, снятыми на открытом воздухе ночью на месте, что казалось грязной лужайкой. Только фонарик камеры освещал сцену.

На видео Скут склонился над белым дощатым забором с бутылкой шампанского в руке. Его задница блестела от избытка смазки.

Из-за спины оператора женщина сказала:

- Все в порядке, детка, все в порядке. Мы достаточно тренировались. Это было приятно, помнишь? Тебе будет лучше, я обещаю. Просто... Только не сжимайся, ладно? Расслабься. Дыши.

- Я–я ничего не знаю о... об этом... Я не знаю об этом, ребята. Черт, чувак, я... облажался... облажался.

- Теперь пути назад нет, - сказал неизвестный. - А вот и наш мальчик.

Скут закричал, услышав стук копыт в динамиках телевизора. В кадр выскочил черный конь.

- О, Боже! - крикнул Скут, швыряя пульт в телевизор.

Экран был помят, но видео продолжало воспроизводиться. На экране появилось меню. Он заметил, что видео было настроено на воспроизведение в цикле. Оно играло с тех пор, как Винсент позвонил из своего офиса. Он не мог слышать видео из-за своего рыдания. Он также не слышал, как полицейские сирены быстро приближались к его дому.

На видео по-прежнему было видно, как лошадь скачет сзади. Скут отвернулся, прежде чем успел заметить какое-либо проникновение. Он свернулся калачиком на диване и закрыл лицо окровавленными руками.

- Нет! Нет! Нет! - закричал он.

Он плакал так сильно, что у него закружилась голова. Он начал задыхаться и кашлять. Полицейские патрульные машины затормозили снаружи. Скут их не слышал. Он продолжал плакать, пытаясь дышать.

На видео Скут кричал:

- О, черт! Вот дерьмо! Он... Оно не подходит! С–стоп!

Трое полицейских выстроились на крыльце, прижавшись к стене рядом с входной дверью с оружием наготове.

- Полиция! - объявил один из полицейских. - Полиция! Поднимите руки вверх! Так и держите, так и держите!

Полицейские вошли в дом. На пять секунд они были ошеломлены кадрами, показанными по телевизору. Их учили сначала подавлять угрозу, а потом расследовать ее. Один из них убрал пистолет в кобуру и вытащил электрошокер. Другой остался позади и направил пистолет на Скута. Третий офицер приготовился удержать его.

Скут не слышал его требований. Он был сломлен - побежден. Он убивал людей, чтобы защитить свои секреты и спасти свою семью, но не смог остановить Винсента от публикации фотографий и видео. Все это было напрасно. Он не знал, что делать дальше, но знал, что не сможет исправить свое прошлое или спасти свое будущее. Его семья исчезла, и его жизнь закончилась. Он был готов к тюрьме - готов к наказанию.

Когда полицейский начал надевать наручники на таксиста, лошадь бешено заржала, а Скут в панике закричал на видео. Другие люди на видео смеялись и стонали. В гостиной полицейские насмешливо смотрели телевизор. Взволнованное ржание лошади эхом отозвалось в голове Скута. И оно никогда не переставало играть в его голове. Это преследовало его всю оставшуюся жизнь.

Ржание!

Послесловие автора

Дикая ночь, да? "Плохие решения" - это отдельный роман. Кажется, есть большие возможности для спин-оффов, может быть, история о Винсенте и Рокко, но на данный момент планов на продолжение нет. Однако, если вы были поклонником темы, тона и общего содержания этой книги, вы должны знать, что я регулярно публикую смелые, провокационные романы ужасов. На самом деле я зарабатываю этим на жизнь! Психологический, антиутопический, слэшер, каннибализм, боди-хоррор - я справился со всем и продолжаю (пытаюсь) открывать новые горизонты.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})