Неукрощенная - Элизабет Лоуэлл

Мэг покачала головой. Доминик не мог быть пьян. Он избегал того, что могло бы ослабить его волю.

– Он споткнулся. Он бы упал, если бы я не поддержал его. Его глаза были очень странными.

– Опиши их.

– Зрачки стали такими большими, что глаза казались черными, как у меня.

– Он ел что-нибудь? Или пил что-то при тебе?

– Он пообедал с тобой. Потом мы выпили немного эля.

Саймон поморщился, вспомнив, как отвратителен был этот эль на вкус.

– Он был очень горький.

– Вы пили из одной кружки?

– Нет.

– Что было потом?

– Доминик пошел к тебе. Но комната была пуста.

– Твой эль тоже был горький?

– Да.

– Как ты себя чувствуешь? Тебе не больно смотреть на свет?

– Я очень устал, я никогда не уставал так после обычного поединка. И… – Саймон нахмурился. – Странно, но мои ребра не болят.

Мэг закрыла глаза от ужаса. Украденного яда хватило бы для того, чтобы убить все население Блэкторна. Саймон просто мало выпил, а Доминик выпил достаточно для того, чтобы тут же умереть.

– Пошли человека к вашей свите, – сказала Мэг. – Узнай, все ли рыцари здоровы. Эль был отравлен.

Саймон открыл дверь и выглянул в залу. Оруженосец Доминика сидел, обхватив голову руками, на том же месте, что и час назад, когда его господина принесли в комнату. На его лице был написан страх.

Мэг взяла лекарство из корзины. Она налила несколько капель в чашу с водой. Но Доминик такой большой и сильный! Она добавила еще немного. Поставив бутылку на стол, Мэг подошла к лежащему на постели Доминику.

– Доминик, – позвала она, с трудом сдерживая волнение, – вставай! Твой брат в опасности!

– Я в опасности? – удивился Саймон, стоя за спиной Мэг.

– Нет. Но ты слишком много значишь для Доминика. Может быть, эти слова дойдут сквозь боль до его сознания.

Саймон опять удивился проницательности Мэг. Он молча смотрел, как она трясла Доминика.

Вдруг она взмахнула рукой. Саймон машинально подался вперед, чтобы помешать ей ударить Доминика. Звук пощечины эхом прокатился по комнате.

– Доминик! – почти кричала Мэг. Она снова ударила его. – Послушай меня! Ты должен проснуться! Саймон попал в беду! Ему нужна твоя помощь!

Доминик слабо шевельнулся. По щекам Мэг текли слезы. Она еще раз с силой ударила его.

– Властитель! Твой брат ранен! Замок в осаде! Проснись же!

Рука Доминика судорожно потянулась к мечу, но опять безжизненно упала. Мэг, затаив дыхание, следила за ним.

Но он больше не двигался.

– Все бесполезно, – прошептала Мэг. – Его не разбудить словами.

Саймон выругался.

– Быстро! – приказала ему Мэг. – Подними его так, чтобы он мог пить.

Саймон осторожно приподнял брата. Мэг поднесла чашу к губам Доминика. Жидкость стекала по подбородку. Голова Доминика упала на левое плечо, и вся драгоценная влага вылилась изо рта. Мэг опять и опять пыталась влить ему в рот лекарство.

– Он проглотил! – воскликнул Саймон.

– Но почти все лекарство вылилось. Я ничего не смогу сделать, если так будет продолжаться.

– Ты можешь сделать еще лекарство?

– Оно будет готово только через две недели. Травы еще не созрели.

– Боже мой! – простонал Саймон. – Так ничего нельзя сделать?

Мэг не ответила. По ее щекам текли слезы. Она понимала, что, если умрет Доминик, Блэкторну придет конец.

«Опять война. Но Господь сказал человеку, что всему свое время под небом. И в Блэкторне было время ненавидеть, убивать и плакать. Но когда же придет время любить, радоваться и смеяться»?

Она влила еще немного лекарства в рот Доминика. Но он не смог проглотить.

Саймон с проклятием бросил кованые рукавицы на пол и заметался по комнате, как раненый волк.

– Подумай, – просил он Мэг. – Попробуй помочь ему. Может, взять ложку?

– Прикажи принести ее.

Но ее голос звучал безнадежно. Нужно было еще много лекарства. Тут в голову ей пришла счастливая идея.

«Пей из моего рта, соколенок».

Лекарство было очень сильное. Даже если держать его во рту, можно умереть. Если хотя бы немного лекарства попадет внутрь, то смерть неизбежна.

Но Доминик умрет, если она ничего не сделает сейчас же. Сейчас же!

– Останься здесь, Саймон!

Удивленный, он подошел к Мэг.

– Помоги мне поднять его, – попросила она.

Вдвоем они приподняли голову и плечи Доминика. Подбородок уткнулся в грудь.

– Запрокинь ему голову, – сказала она. – Нет, не так. Как будто он смотрит вдаль. Держи так.

Теперь Саймон не будет подозревать ее. Мэг набрала полный рот янтарной жидкости. Открыв рот Доминику, она капнула немного лекарства ему на язык. Доминик проглотил его.

– Боже мой! – воскликнул Саймон.

Опять и опять Доминик пил из ее рта. Все шло прекрасно.

Мэг становилась увереннее с каждым разом. Теперь она не капала жидкость, а лила ее маленьким ручейком, пока не кончилось все лекарство.

Саймон зачарованно смотрел на Мэг. Он был не прав. Это были только злые сплетни. Мэг любила своего мужа. Хоть брак и не нравился Саймону, Доминик и эта ведьма были очень привязаны друг к другу. Она была так нежна к нему, как бывает нежна мать к своему единственному ребенку.

– Он дышит все слабее! – воскликнула Мэг.

Саймон с ужасом увидел, что Доминик действительно дышит очень слабо.

– Не вовремя! – твердила Мэг. – Не вовремя!

Она бросила бутылку на пол и опять стала трясти Доминика за плечи.

– Дыши! Ну, дыши же!

Вдруг Маг прильнула к губам Доминика.

– Дыхание жизни, – прошептала она, – возьми его.

Она помогала Доминику вдыхать воздух сильными толчками.

Саймон смотрел, как Мэг боролась за каждый вдох своего мужа. Его поразила ее решимость.

– Он дышит? – Мэг тяжело дышала.

– Очень медленно, но глубоко.

Мэг почти рыдала. Она оторвала губы от губ Доминика. Он был уже не так бледен. Кожа стала теплее, но дыхание все еще слабо.

Мэг очень боялась. Лекарство из недозрелых трав в два раза сильнее обычного.

– Сэр, – сообщил вошедший Джеймсон, – некоторым из рыцарей нездоровится, но никто особо не жалуется. Они говорят, что эль был слишком крепкий.

Саймон посмотрел на Мэг.

– Если бы доза была смертельной, то они уже умерли бы, – сказала она.

– Ступай! – приказал Саймон. – Мы пошлем за тобой, если ты понадобишься.

Но оруженосец не уходил.

– Сэр?

– Доминику уже лучше, – фальшиво улыбнулся Саймон. – Скажи людям, что завтра их господин будет здоров.

Джеймсон вздохнул с облегчением.

– Спасибо, сэр!

Он хотел уйти, но вдруг опять вернулся.

– Томас Сильный хочет узнать, нужно ли утром опустить мост.

– Нет, – беспечно ответил Саймон, – я не собираюсь никуда ехать.