Точка опоры (сборник) - Дмитрий Громов

У дверей нас поджидали Дина с Ларисой.

– Все в порядке, – возвестила Дина. – Это они.

Сверху спустился Олег. За поясом у него торчал длинный самурайский меч в золоченых ножнах с иероглифами. Вполне в его стиле – он у нас помешан на всякой восточной экзотике.

– Вы, ребята, простите, но десять минут назад нас обстреляли двое, в точности похожие на вас. Ладно, инцидент исчерпан, рассказывайте, что видели.

Я рассказал. И про наваждение Глеба (кстати, сам Глеб ничего не помнил), и про монстра, и про стреляющую зажигалку.

– Да, дело плохо. Пока нам все сходило с рук, но вечно так продолжаться не может. До темноты надо отсюда выбраться. У нас в запасе еще четыре-пять часов. Должны успеть. Все. Собираем шмотки и двигаем.

– Пробуем тем же путем, что и пришли?

– Пробуем. Хотя сам знаешь, что написано в той тетради.

– Ерунда. У них было так, у нас – по-другому. Здесь каждый видит свое. Кроме того, у нас есть оружие.

– Ладно, попробуем. Становитесь к окнам; Лариса и Дина – к двери; Броня и Кристина – собирайте вещи. Через десять минут уходим.

Я шагнул к окну – и увидел. Словно какое-то зыбкое марево двигалось вдалеке между деревьями, постепенно разрастаясь и приближаясь к дому.

– Олег, там что-то есть!

– Где?

– Вон, между деревьями.

– Вижу. Плохо дело. Быстро все на второй этаж!

Хватаем рюкзаки и вихрем взлетаем наверх. Броня чуть замешкалась, но мы с Олегом втащили ее за руки. Успели! Даже все вещи забрали.

Марево подобралось уже вплотную. Оно, как вода, струилось под окнами, а мы смотрели на него сверху. Неприятное ощущение – может, ничего страшного, а, может, это смертельно. Ничего неизвестно!

Марево тонкими прядями вползло в дверной проем и за несколько минут заполнило весь первый этаж. К счастью, выше полутора метров над землей оно не поднималось. Струи марева, казалось, просачивались сквозь стены, и все оно, как поток, текло куда-то сквозь дом, на втором этаже которого мы засели.

Исчезло оно так же быстро, как и появилось; последние струи чуть светящейся, колеблющейся субстанции выпозли из дома и втянулись в удалявшееся облако. Вскоре оно совсем исчезло из виду.

Только тогда мы с облегчением вздохнули. Пронесло!

– Мы с Ларисой спустимся вниз, посмотрим, что там, – спокойно сказала Дина, поудобнее перехватывая автомат с подствольником.

Обе, осторожно ступая по скрипучим ступеням, скрылись внизу.

Через пару минут мы увидели, как Лариса вышла из дома, осмотрелась по сторонам, оглянулась на нас и, уже не оборачиваясь, зашагала прочь.

– Стой! Ты куда?! Назад! – крикнул Олег. Но Лариса продолжала удаляться, так ни разу и не обернувшись.

По ступенькам, дробно стуча каблуками, взбежела Дина.

– Что случилось?

– Ты куда Лариску одну отпустила?

– Никуда. Она здесь. Сейчас поднимется.

Действительно, через минуту появилась Лариса.

– Что там?

– Мне стало страшно – словно какая-то стена, барьер из страха – стоит на дороге и не пускает. Я вернулась.

– А это тогда кто? – Андрей указал на удаляющуюся фигуру.

– Не знаю…

– Двойники, – отчетливо сказал Глеб.

Андрей поднял винтовку.

– С ума сошел?! Не стреляй! – я схватил ствол винтовки и отвел вниз.

– Но ведь Лариска здесь! Это двойник! Чужой!

– Все равно. А если он… она тоже человек?

Андрей нехотя опустил винтовку. Вскоре Ларискин двойник скрылся во вновь объявившемся тумане.

– Ладно, давайте думать. Итак, что мы имеем? Чудовища – раз, оружие – два, двойники – три. Марево можно пока в расчет не принимать – мы все равно не знаем, что это такое. Да, и барьеры из страха – в тетради о них тоже есть.

– И еще стрельба по своим, как под гипнозом, – добавил я.

– Да, и это тоже. Теперь посмотрим, что получается. По-моему, здесь имеет место быть избирательная материализация чувственных образов.

– А попроще нельзя? – взмолилась Кристина.

– Попробую. Когда мы сюда шли, мы подсознательно чего-то опасались – не даром здешние места пользуются дурной репутацией.

– Да, согласен.

– Так вот, в каждом из нас сидел страх, и в какой-то момент этот коллективный страх материализовался в первого монстра. Но тут же у всех появилось сильнейшее желание спастись, и оно пересилило – Дима сжег монстра бластером. Кстати, о бластере. Он появился в момент, когда был жизненно необходим – его материализовала концентрация желания и воли.

– Да, вроде, похоже, – согласился Глеб.

– Вот с двойниками и "гипнозом" Глеба сложнее, – продолжал Олег. – Похоже, над нами проводят эксперимент. Эксперимент на выживание. Вернее, на человечность. Вот вам примеры: они отключают сознание Глеба и используют его, как автомат. Глеб стреляет в Диму, но, заметьте, не попадает! Если б нас действительно хотели убить, то не стали бы пользоваться такими странными и ненадежными способами. Убить человека можно куда проще и эффективнее. Но это не входило в их планы. По крайней мере – пока. Они ставили эксперимент, и Дима в данном случае играл роль подопытного. Станет он стрелять в Глеба, или нет? Дима не стал, и выиграл – оба остались живы. В то же время от них отделяются двойники и приходят обстреливать нас – заметьте, опять ни в кого не попадая. Мы делаем то же самое – стреляем, чтобы их отпугнуть. Они уходят. Кстати, если бы мы убили тех двойников, то настоящие Глеб и Дима скорее всего погибли. Скажем, их сожрал бы монстр. Но все заканчивается благополучно – все живы, монстр уничтожен.

– А барьер страха? – спросила Броня.

– Эксперимент не окончен. Барьер нужен, чтобы мы не ушли. Должно произойти что-то еще. Но помните: главное – человечность. Если мы окажемся достаточно гуманными – мы выберемся отсюда; если же нет… Сами понимаете.

– Да, но если они (кстати, кто – они?) ставят эксперимент, то при чем здесь материализация страхов и оружие?

– Точно не скажу, но, думаю, это создает критическую ситуацию, в которой должны проявиться наши истинные качества. Они просто нагнетают напряженность. А вот кто они – не знаю. Можете считать их пришельцами, хотя лично я не стал бы спешить с подобным предположением.

– Если не пришельцы – то кто?

– Я же сказал – не знаю! Я вам излагаю рабочую гипотезу, а вы требуете ответов на все вопросы. Что думал, то и сказал. Может, я неправ. Подозреваю – скоро узнаем.

– Да, оставаться гуманистом, когда у тебя в руках бластер, а вокруг – монстры, довольно трудно, – заметил я.

– Вот именно. Это они и хотят проверить. По крайней мере, я так считаю.

– Двойники, – бесцветным голосом сообщил Андрюша.

Все разом замолчали. Действительно, из тумана выходили человеческие фигуры, приближаясь к нам. Их было восемь, как и нас. Вон Лариса, Дина, Олег, Глеб, Кристина, Андрей, Броня, – а вот и я сам, с точно таким же, как у меня, бластером. Двойники медленно приближались. Дойдя до какой-то невидимой черты, они одновременно остановились и подняли оружие. Я видел черную дырку ствола. Ствол был направлен мне прямо в лоб. Я инстинктивно отшатнулся в сторону, но ствол качнулся вслед за мной. На лбу у меня выступил холодный пот, рука судорожно нащупывала рукоятку бластера.