Эпоха мёртвых. Начало - Андрей Круз

Я сбросил скорость, прижался к тротуару. Мимо меня проносились редкие машины, милиции не было видно. Милиция, пожалуй, не успевает по бесконечным вызовам носиться, вряд ли им будет дело до какого-то мужика в военной форме, который застрелил бродячих мертвяков. Я протянул руку, взял «помпу». В конце концов, это легальное оружие, купленное для самообороны. Я выйду из машины, на меня нападут, хоть и без оружия, и получится эта самая самооборона. Маразм, конечно, но оправдывает поведение. Наверное.

Заглушил двигатель, выбрался, оглядываясь. Обошёл машину с противоположной стороны так, чтобы ружьё не было заметно с проезжей части. Откинул приклад, передёрнул цевьё, патрон улёгся в патроннике. На этот раз я уже вёз его заряженным.

Мертвяки меня заметили. Как будто поколебавшись, оба повернули ко мне. Впереди шла молодая женщина с иссиня-бледным лицом и следом единственного укуса на правой руке. Она была одета в халат продавца из продуктового магазина, на груди даже уцелела табличка с именем. Следом за ней, отставая метра на четыре, шёл такой же бледный мужичок в дешёвом сером костюме, классический тип «инженера на зарплате». Коротко завязанный галстук свисал до середины груди, ни пальто, ни куртки на нём не было. Этому в своё время досталось больше. Вся рубашка на груди была изорвана, пропитана уже запёкшейся кровью. Изорваны рукава пиджака, видимо, он пытался защититься, подставляя руки. И опять у обоих выделялись глаза. Бешеные? Безумные? Никакие? Не могу подобрать я этому определение, но с ними что-то было не так, даже для мертвеца.

Я подождал, пока до женщины останется метров десять, затем вскинул ружьё, нажал указательным пальцем левой руки на кнопку фонаря, закреплённую на цевье. Сейчас пасмурно, чуть ли не сумерки, луч тактического фонаря яркий и контрастный. Пятно повышенной яркости в середине луча было прекрасно заметно, и я навёл его прямо на середину лба бывшей продавщицы. Потянул спусковой крючок. Грохнуло, толкнуло в плечо, струя дроби разнесла верх черепа мёртвой женщины вдребезги. Её отшвырнуло назад, на второго мертвяка, который тоже свалился. Кегли просто…

Я огляделся вокруг. Машины также проносились мимо, никто не бежал на выстрелы. Тогда снова перевёл взгляд на второго зомби. Он уже поднялся, сильно наклонился вперёд и очень быстро пошёл ко мне, почти побежал, открывая на ходу рот с перемазанными кровью зубами. Резвый какой! Я поймал его голову в прицел и снова потянул за спуск. Снова гулкий грохот, тяжёлый толчок в плечо и брызги мозгов с осколками кости вперемешку из его головы. И его тоже как ударом тарана швырнуло назад. Всё. С картечью не поспоришь, не хухры-мухры. Надо бы разрядить ружьё, да чёрт с ним. Я уже стреляю на улицах, не до того, чтобы законы соблюдать. К тому же у меня в кобуре, скрытой полой анорака, нелегальный пистолет, так что…

Огляделся вокруг — машины всё так же торопились, пешеходов в этом месте не было вообще, к валяющимся на тротуаре трупам никто не торопился. Кажется, всё, Катастрофа началась, всем на всё плевать.

Я врубил первую и отъехал от тротуара. Надо валить, валить за пределы города, который скоро превратится в гигантскую ловушку для всех его обитателей. Снова донеслась отдалённая стрельба, трижды я видел милицейские машины и машины военной комендатуры, несущиеся куда-то с включенными маячками. Было много «микрашек» «скорой помощи».

С часу на час в город должны ввести войска, никуда от этого не денутся. Скрыть и замолчать уже ничего не получится, бедствие с каждым часом становится всё страшнее и страшнее. Если бы чрезвычайные меры были приняты ещё ночью, то, возможно, удалось бы как-нибудь стабилизировать ситуацию. Теперь же…

Зараза разошлась по городу. Ведь необязательно быть укушенным, чтобы стать носителем вируса «Шестёрка». Достаточно просто постоять рядом с другим носителем. И никто никогда не заподозрит, что заразился, ведь никакой болезни от этого не случится! Совсем никакой! Может быть, даже человек излечится от других инфекций, вирус «Шестёрка» по первым экспериментам на обезьянах подавлял ВИЧ-инфекцию — настолько он боролся за здоровье своего носителя. И лишь когда носитель умрёт, вирус частично оживит его, не желая смиряться с гибелью носителя и своей собственной.

И что всё это значит? Это значит, что теперь для этого вируса нет границ. Он разойдётся по всему миру в ближайшие дни. Разойдётся с уезжающими иностранцами, которые будут срочно покидать терпящую бедствие страну. А там, на родине, они заразят остальных и вскоре, очень-очень вскоре, может быть, через считаные часы, в их странах начнут подниматься мертвецы. Догадается мир принять срочные меры в виде немедленного обезглавливания всех покойников или чего-нибудь в этом роде? Сейчас — сомнительно, лишь потом, когда станет поздно. Люди склонны покойных уважать, а вот покойные становятся склонны людьми питаться.

Насчёт себя я был уверен, что уже инфицирован. Я гарантированно заразился, когда спустился в подвал за пенопластовыми блоками и шёл мимо разбитого лабораторного оборудования. Инфицированы от меня и Лёха с Викой, и семейство Дегтярёвых. Но это не страшно, скорее даже наоборот. Тот же грипп нам уже не грозит, например, а если бы мы были наркоманами, то могли бы смело ширяться одним шприцем, и никакой гепатит нас бы не брал. Но помирать теперь нужно с предосторожностями, чтобы твои скорбные останки не проявили неуместной резвости и не повадились питаться окружающими гражданами.

В общем, как ни крути, а на дворе не только конец марта, а ещё и конец света. Остаётся бороться за то, чтобы не попасть под новую волну «естественного отбора», а постараться оказаться в числе тех, кто унаследует Землю, какой бы она ни стала после того, что грядёт сейчас. А в том, что будут выжившие, что будут те, кто на развалинах старой цивилизации построят цивилизацию новую, сомневаться не приходится. Всегда и везде есть такие люди, которые выживут при любой катастрофе. Вот в списки таких людей и намерен я себя включить. Погибать категорически не согласен.

А если не погибать, то надо питать своё бренное тело. И мысль, совершив петлю, вернулась к продуктам, которыми следовало запастись. Я подумал, что самым подходящим местом для того, чтобы закупить продукты, может быть один весьма средних размеров супермаркет под названием «Проспект» на Ленинградском шоссе, в котором никогда не было много народу. Там и цены были чуть повыше, чем в других местах, и парковка похуже, просто вдоль тротуара, и зал в нём узкий и длинный, люди с тележками сталкиваются, но стандартный для любого магазина набор продуктов там был, а именно это и требуется. Затем мы сделаем ещё один, общий выезд за припасами, наверное, но нужно набрать еды на всю толпу на ближайшие несколько дней. Кто знает, как будут развиваться события?