Закон джунглей. Книга 9 - Василий Михайлович Маханенко

в незнакомца всякими печатями, нужно с ним хотя бы поздороваться. Желательно ещё и представиться. На груди каждого, рядом с гербом клана Феникс, находился одинаковый символ, причём один. Эта пятёрка мастеров находилась на верхушке иерархии какого-то дома.

До мастеров не сразу дошло, что происходит что-то неправильное — не дождавшись ответа от печатей, они использовали артефакты ещё раз. И вновь молча! Поглотив и эту пятёрку техник, я подцепил нити энергий из артефактов и разрядил их. Зарядить не проблема, но для этого придётся брать артефакты в руки. Пойдут на это летающие даосы? Вряд ли. Те, кто использует исследовательские печати тайно, никогда не покажут их противникам.

Наконец, даос, что находился в центре, обозначил своё главенство.

— Искатели, вы кто такие и что делаете на землях дома Чам?

Мужчина был в годах — ему на вид было лет пятьдесят. Золотой мастер, как и вся его команда. Плотные барьеры с амбарными замками указывали на то, что родился даос в третьем поясе и в четвёртый может попасть только в качестве гостя. Правильное лицо без шрамов, длинные чёрные волосы, убранные в замысловатый хвост, а также весьма дорогая одежда с золотистым оттенком завершали образ. Одет даос был, конечно, не в творения мастера Масила, но, как по мне, в одеяния одного из учеников великого мастера. Остальные даосы выглядели попроще и носили одинаковые синие мантии.

— Ты сам понял, что спросил, младший? — спросила Вилея. — Мы искатели и находимся так, где желаем, не спрашивая какие-то мелкие дома!

Лицо золотого мастера не показывало эмоций, но вспыхнувшие меридианы говорили о многом. Даос видел перед собой двух серебряных мастеров в одежде искателей, непонятную повозку и лечебную капсулу древних, что по умолчанию должна отправиться в хранилище клана. Однако прежде, чем нас атаковали, мне удалось вставить реплику:

— Я искатель Зандр, это искатель Вилея. Наши имена о чём-то говорят тебе, младший?

Называть золотого мастера как-то иначе, после того как к нему обратилась Вилея, я посчитал неправильным.

— Искатели Зандр и Вилея? — маска невозмутимости дрогнула на лице командира небольшого отряда. Конечно же он слышал о нас. Глава клана обещал нам неприкосновенность во всех поясах южного сектора, пока мы угодны Небу. Раз охота за нами ещё не открыта, значит на пластинах написаны правильные слова.

— Можем пластины показать, если младший не доверяет нашим словам. Нужно?

— Что вы делаете здесь, в третьем поясе? Как вообще сюда попали? Проходы между поясами закрыты!

— Моё терпение не безгранично, младший! Ты преградил мне дорогу, тайно использовал исследовательские печати, не представился, так ещё и имеешь наглость задавать мне вопросы? Мне начать сердиться?

— Командир, позвольте мне указать искателям на их место! — крайний мастер оказался весьма вспыльчивым. Судя по огненно-рыжим волосам, его стихией был огонь. Не думаю, что водники или воздушники стали бы красить волосы в такой яркий цвет. Я искренне не понимал, почему пятёрка из дома Чам ведёт себя подобным образом. Почему не представляется. Почему не убираются прочь, как только услышали наши имена. Мы находились под защитой клана, но, как я убеждался с каждой секундой, клан где-то там, далеко, а мы здесь. И против нас выступает сразу пять золотых мастеров! Словно это как-то могло повлиять на исход битвы, случись она. Подождав десять секунд, я так и не дождался правильных действий командира. Вместо того, чтобы одёрнуть своего подчинённого, он смотрел на меня. Словно ждал моей реакции на происходящее.

Она и последовала. Что делает сильный, когда младший теряет берега и начинает вести себя неподобающе? Он не гневается — он наказывает. Наказал и я. Золотой мастер захрипел и рухнул на землю вместе со своим летающим мечом. Убивать я не стал. Нехорошо начинать путешествие в третьем поясе с убийства. Но и пропускать мимо ушей такое отношение права у меня не было. Поэтому я просто выкачал из золотого мастера и всех его артефактов энергию. Это не смертельно, но крайне неприятно. Особенно когда это происходит впервые.

— Твой человек забылся, младший, и мне пришлось его наказать, — холодным голосом произнёс я. — Ещё одно подобное обращение ко мне или моей жене, и я не стану сдерживаться. Начну убивать. Кто-то желает проверить, получится ли это у меня? Или мы начнём нормальный разговор?

Трое мастеров явно хотели ринуться в нашу сторону, поддавшись эмоциям, но поднятый вверх кулак командира этого не позволил.

— Меня зовут Исет Чам, я командир боевой пятёрки дома Чам в этой области. Три недели назад где-то здесь произошёл огромный выброс энергии. Вам что-то об этом известно?

— Здесь находился чёрный полигон этапа зародыш бога, — ответил я, хотя Исет Чам и так знал эту информацию. Но чего он не знал, так это следующего: — Его больше нет. Всплеск силы — последствия нашего сражения.

Уточнять, что сражались мы не с хозяином полигона, а с базой древних, не стал. Лишняя информация дому Чам не нужна.

— Да они… — начал было ещё один несдержанный, но вновь поднятый кулак остановил неподобающее поведение.

— Нам нужно убедиться в твоих словах, искатель Зандр.

— Это территория дома Чам и его представители вольны делать здесь всё, что не противоречит законам клана. Это ты преградил нам дорогу, младший. Не мы тебе.

Кивок головы и двое золотых мастеров молнией метнулись вперёд. Своего командира они слушались беспрекословно. Духовное зрение показало, что скорость полёта мечей раза в четыре превосходила скорость Батончика. Да, теперь понятно, для чего нужны физические крепления. На такой скорости встречный ветер стащит с меча любого. Ни одна техника не удержит даоса на артефакте.

— Искатели, прошу разделить с нами трапезу, — Исет Чам действовал превосходно. Он не понимал нашей истинной силы, но уже сообразил, что мы явно не серебряные мастера. Задерживать нас у него не было ни одной разумной причины, однако отказать в гостеприимстве не могли уже мы. Небу будет это неугодно. Пришлось соглашаться.

Вилея спрыгнула первой и, пока приземлившийся Исет Чам расстёгивал крепления, воплотила широкий гостевой стол с блюдцами, чашками и уже готовым горячим чаем. Судя по тому, что я