А чем Россия не Нигерия? - И. Смирнов

Называть современную российскую экономику рыночной можно лишь с натяжкой. И монополий в ней чересчур много, и даже в тех секторах, где, казалось бы, должна процветать конкуренция, как в производстве овощей, плодов и ягод, цены на продукцию часто не рыночные, а регулируемые — на криминально-милицейском уровне. Именно так обстоит дело на московских рынках. И доступ на эти рынки регулируемый — зависит от того же союза чиновников, ментов и бандитов.

Но всё же некоторые рыночные черты российская экономика приобрела. Поэтому любопытно проверить, какие плодовые и ягодные культуры в современных условиях наиболее рентабельны. Пример обследованного Провоторовым ТОО «Садовод» в Курской области свидетельствует не в пользу яблони. Так, в 1999 году яблоня принесла этому хозяйству одни убытки, а вот ягодники дали прибыль.

Несколько другие данные получены по ОПК «Непецино». В этом придворном хозяйстве рентабельны и плодовые, и ягодные культуры. Причём уровень рентабельности на протяжении пятилетия 1998-2002 практически одинаков: у плодовых деревьев — 41,1%, у ягодных культур — 41,9%. Но следует учесть, что ягодники занимают в «Непецино» небольшие площади — 15-20 га. По размерам участок ягодных культур напоминает фермерское хозяйство, напротив, плодовый сад площадью 154-170 га должен быть отнесён к разряду крупных хозяйств. Из экономической теории известно, что при прочих равных условиях издержки производства в крупных хозяйствах ниже, а рентабельность, соответственно, выше. Поэтому, если принять во внимание сравнительные размеры сада и ягодников, надо прийти к заключению о большей рентабельности выращивания ягодных культур и в этом случае.

Заслуживает пристального внимания и опыт брянского фермера В.Н. Ожерельева. Он — кандидат сельскохозяйственных наук, известный изобретатель — ушёл в фермеры в 1991 году. В последующее десятилетие ни жизнь, ни власти не баловали Ожерельева. Так, положенную по Закону «О крестьянском (фермерском) хозяйстве» государственную компенсацию из областного бюджета за расходы на обустройство и создание инфраструктуры Ожерельев получил частью с опозданием на три года, а частью вообще не получил. К тому же, как бывший научный работник, не имевший предпринимательского опыта, он в первые годы допустил ряд дорогостоящих ошибок. Но, несмотря на всё это, Ожерельев не вылетел в трубу и не бросил землю. Ягода малина — а Ожерельев организовал крупнейшую в современной России малинную плантацию — оказалась, помимо прочих её достоинств, ещё и экономически рентабельной. Как пишет сам брянский фермер, «в материальном плане нам удалось сохранить дореформенный уровень жизни семьи, не поступившись при этом принципами, не растеряв чести и достоинства. За этим стоят каторжный труд и напряжение всех сил семьи»[82].

Можно с уверенностью сказать, что при создании более благоприятных экономических условий каторжный труд в ягодоводстве не понадобится. Но и в теперешних условиях выращивание ягод нередко себя окупает, тогда как сильнорослые яблоневые сады, как мы постарались показать, в большинстве случаев убыточны.

Ещё один резерв российского ягодоводства — растения из семейства брусничных. К нему принадлежат всем хорошо знакомые брусника, черника, голубика топяная и клюква болотная, а также некоторые другие «экзотические» для средней полосы виды: клюква крупноплодная и голубика высокая из Северной Америки и красника с российского Дальнего Востока.

Очень важно, что из всех почв клюква, голубика, красника и даже брусника предпочитают торфяники. Для этих растений наиболее благоприятны сильнокислые верховые и переходные торфяные почвы.

Известно, что болота занимают в России огромную площадь. Это настолько типичный, бросающийся в глаза российский ландшафт, что в некоторых иностранных языках болотно-зелёный цвет получил название «русского зелёного» (например, по-немецки Russisch gruen). Использование верховых и переходных болот в сельскохозяйственных целях до сих пор редко приносило положительные результаты. В 1960-1980-х годах шла кампания по массовому осушению болот. На осушительные работы истратили огромные средства, но эти затраты себя не окупили. Из-за высокой кислотности и своеобразной структуры осушенные торфяники плохо подходили для большинства сельскохозяйственных культур, особенно для зерновых. Зато в засушливую погоду они легко загорались и долго горели.

В условиях экономического кризиса 1990-х годов колхозы и совхозы в первую очередь забрасывали и переставали распахивать именно осушенные торфяники как самые малоценные угодья. Летом 2001 года я побывал на одном таком участке в Талдомском районе Московской области. Вместе с агрономом ЗАО «Север» (это ЗАО — типичный колхоз, всего лишь сменивший юридическую вывеску) мы продирались на газике сквозь густой и высокий бурьян и в одном месте спугнули взлетевшего прямо из-под колёс тетерева. Никаких признаков обработки почвы я не заметил.

Для поездки на бывшее болото автор этих строк обулся в сапоги, а агроном свои забыл. И, когда мы вышли из машины, он заставил меня идти на шаг впереди него, потому что боялся гадюк! По его сведениям, тамошние места ими изобиловали. Гадюк мы так и не встретили, зато слепни вились вокруг нас в неимоверном количестве. Ни в лесу, ни в поле я их столько никогда не видел (а на болотах слепней вообще не бывает). И только в искусственно созданных человеком зарослях бурьяна на осушенном торфянике плотность их популяции достигла рекордной величины.

В сверхзасушливое лето 2002 года осушенные торфяники средней полосы горели так сильно, что в Москве, как и во многих других городах и сёлах, сам воздух пропитался торфяной крошкой. Тут уж и чиновники не выдержали и дали задний ход. Десятилетиями они отстаивали тезис о полезности закапывания государственных денег на дне осушительных канав. И никакие доводы учёных и активистов «зелёного» движения на них не действовали. Трудно поверить, что вся масса чиновников боролась за осушение болот совершенно бескорыстно. Наверно, могущественный в своё время Минводхоз (а он заведовал не только орошением, но и осушением) тоже сыграл кое-какую роль в возникновении тех крупных частных капиталов, которые вдруг невесть откуда явились в период поздней горбостройки. Однако в 2002 году бюрократия решительно пошла на попятную и заговорила об обводнении ранее осушенных торфяников.

Беда в том, что новая кампания ненамного лучше прежней. Технически очень просто соорудить плотины на существующих осушительных канавах. Более того, бобры местами такие плотины уже построили, не дожидаясь, пока поступят руководящие указания от начальства. Запруды на канавах приведут к восстановлению болот на прежних местах, и проблема пожаров будет решена. Но площадь сельхозугодий при этом неизбежно сократится! А вся совокупная работа осушителей и обводнителей будет представлять собой сизифов труд.

Возможен иной подход. Осушенные торфяники отлично подходят для устройства клюквенных плантаций. Полосы земли между осушительными канавами — это уже вчерне готовые чеки под клюкву. Да, придётся строить шлюзы, копать водоёмы для затопления плантаций, но всё же значительная часть работы уже сделана! Водный режим клюквенных плантаций по необходимости будет близок к естественному водному режиму верховых и переходных болот. Так что занятые под клюкву торфяники уже ни при каких обстоятельствах не загорятся! В то же время эти земли останутся в составе сельскохозяйственных угодий и будут снабжать население России крайне важной для него витаминной продукцией.

В США клюквенные плантации занимают около 10 тыс. га, средний ежегодный урожай составляет 170 тыс. т. Клюква крупноплодная в этой стране — одна из ведущих ягодных культур. В России клюквенных плантаций должно быть больше, чем в Штатах! Во-первых, у нас гораздо больше торфяников. Во-вторых, у нас нет климатических аналогов Калифорнии и Флориды, где американцы организовали массовое производство плодов ряда субтропических культур. Но надо ли об этом жалеть? Клюква и лимон по вкусовым качествам похожи, но по химическому составу ягоды клюквы представляют большую ценность.

Конечно, определённые трудности создаёт тот факт, что американская клюква крупноплодная, технология выращивания которой давно и хорошо отработана, в России перспективна лишь в сравнительно немногих регионах. Это в основном Брянская, Калужская, Смоленская, Московская, Рязанская области и юг Нижегородской. Севернее американским культурным сортам не хватает летнего тепла для вызревания ягод. Температура зимы существенного значения не имеет. При наличии зимнего затопления плантаций вмороженная в лёд крупноплодная клюква благополучно зимует в американском штате Висконсин и ряде районов южной Канады, где температура зимы точно соответствует средней полосе России.