Наследница крови. Возвращение - Ирина Гусева

пока не оставлять, последовала за ней. Мы вышли к лестничному пролёту, за которым находилось крыло мужского общежития. Себастиан в это время походкой зомби выходил с женской половины. Опознав его по спине, оборотница прибавила шагу, но через пару мгновений застыла как вкопанная. Ну что ещё? Ого, как интересно! В поле нашего зрения появилась Ориэтта. Да не просто появилась, а павой подплыла к Себастиану. С выражением ужаса и озабоченности дотронулась до разорванной рубашки на груди ирбиса. Метнула в нашу сторону мимолётный взгляд, улыбнулась и повисла у него на шее.

— Я думаю, слова излишни, — прошипела Лилиенна и рванула назад.

Да, уж, красноречиво. Точно — слова не нужны. С этими двумя разберёмся позже, сейчас нужно догнать подругу. Отловила я эту рыжую только у комнаты. Хорошо ещё зелье влила в неё перед этим. Немного магии, и девушка крепко спала. Так будет лучше. А теперь нужно со всем этим разобраться.

Отправилась к Тиану. Решив не утруждать себя стуком (ну, если я к декану вламываюсь как к себе домой, то тут уж — обойдутся). Ой, как мило. Картина маслом — Он и Она. Полная идиллия. Тут и меня уже стала покидать адекватность. На диване сидели Тиан и Ориэтта. Эта… э-э-э… мымра нежно так, склонив голову набок, водила тонкими пальчиками по обнажённой груди оборотня.

— Тиан, ну, у нас, девушек, бывает. Остынет она, успокоится. Хотя… знаешь, ну всякое может быть — настроение паршивое, стресс перед экзаменами, но уж так вот, — черноволосая красавица провела пальчиком по уже зажившим следам от Лилиных коготочков.

— Кхм, — кашлянула я, прислоняясь к дверному косяку.

— Рина, — оборотень подскочил и схватил меня за руки. — Рина, ну хоть ты можешь мне нормально объяснить, что произошло?

Так, Арина, быстро взяла себя в руки, эмоции потом, а то уйду и оставлю этих голубков — может, кроме царапин ещё что позалечивают. Смотрю, опыт уже имеется. А если мозг включить (Я сказала — мозг! Эмоции — брысь! Побушевать еще успеем), то, по сути, мы ничего не знаем.

— Тиан, клыкастенький ты наш, вот скажи мне, был ли ты сегодня на собрании старост?

— Ариш, что за странные вопросы?

А Ориэтта что так напряглась?

— Так да или нет?

— Милый, — брюнетка склонила голову к плечу опешившего оборотня. — Мне кажется, нет смысла скрывать. Да, Тиан был со мной, Лил же знает. По её реакции я поняла, что она не будет возражать, видимо, её это не сильно тронуло.

Пожав точёными плечиками, красотка невинно уставилась на меня. Хотя, по всей видимости, последние слова были предназначены Тиану.

Эй, мозг, стоять, крыша — на место, разносить тут всё и выдирать чьи-то патлы рановато. Что-то тут не то. Не стыкуется. В это время парень попытался что-то сказать, но ему не дали.

— Тианчик, видишь, как хорошо всё получилось. Я же говорила — Лилиенна не будет переживать. Её есть кому утешить.

Суженные глаза метнули быстрый взгляд на девушку.

— Что ты имеешь в виду?

Ага, есть! Ведь только на диване эта шл… ой, короче, девушка очень облегчённого поведения изображала заботу и «оправдывала» Лил, ссылаясь на смену настроения у последней. Вот скажите, если вашего парня слегка располосовала какая-то девица, что бы сделали? Правильно. То, что обозвали бы её последними словами — это как минимум. Втиралась в доверие? Это более логично. Нужно что-то делать. Устрою-ка я им очную ставку!

«Ли-и-и!»

Подойдя к двери нашей комнаты, еле успела отскочить, иначе получила бы по лбу. Мне навстречу фурией вылетела подруга, хотя нужно признать — красивой такой, наряженно-накрашенной фурией.

— Стоять, Зорька! Ты это куда намылилась, красота рыжая? — ухватила я за юбку Лилиенну.

Ага, комментарии не требуются — пошла «налаживать свою личную жизнь», а проще — мстить. Не-е, дорогая, наделать глупостей я тебе не дам!

— Рина, отстань! Если я ему не нужна, то это не значит, что теперь буду сидеть и оплакивать свою тяжкую долю. Я ему ещё докажу, он ещё пожалеет, приползёт… А этой… Она у меня попляшет!

— Лил! И что? Ты так просто отдашь своего парня? И даже ничего не скажешь ни ему, ни ей?

— А ты права. Идём!

Теперь уже схватив меня за руку, подруга резво пошагала в сторону мужского крыла общежития.

Похвалила себя, порадовалась своим достижениям: наложенные охранки на дверь Себастиана остались нетронутыми. Хотя нет, тронутыми, ух и досталось им с той стороны! А всё равно — устояли. Взмахом руки сняла свои плетения.

— Нет, я всё-таки не понимаю…

Влетевшие мы помешали Себастиану пояснить, что именно он не понимает, да и парень, увидев Лил, плюнул на объяснения и, быстро преодолев комнату, попытался взять девушку за руки. Не дав Лил открыть рта, решила начать сама.

— Ты, — тыкнула пальцем в подругу. — Молчи. А ты, — уже Тиану. — Говори. Был на собрании?

Но что-то сказать опять парню не дали:

— Рина, понятно, что ты хочешь помочь подруге, но, я думаю, мы сами разберёмся, — ой, кто-то всё-таки у меня скоро договорится, терпение у меня не безграничное.

— Отлично, давай разберёмся! — Лил угрожающе выступила вперёд, частичная трансформация выдавала злость подруги. (Ну, я её понимаю.)

— А теперь все заткнулись! — всё, терпение помахало ручкой, мозг, держись, я с тобой!

— Суч… э-э-э стерва ты крашеная! Сомневаюсь, что такая деятельность, как «думать», тебе под силу. Иначе поняла бы, что разгуливать в простыне по комнате парня в его отсутствие и нравиться ему — это совершенно разные вещи.

— А кто тебе сказал, что его не было? — эта очень смелая, но очень глупая девочка продолжала гнуть свою линию. — Мы были вместе, — и кошечкой потёрлась о рукав парня.

— Ориэтта, — тот возмущённо оттолкнул девицу. — Хватит спектаклей! Лилиенна, я на самом деле был на собрании.

— Тианчик, ну всё уже раскрылось, нам же так хорошо вместе. Рано или поздно всё равно пришлось бы рассказать!

Я поняла, что ещё чуть-чуть — и Лил не выдержит, просто хлопнет дверью. Ну уж нет!

— Лил, как ты думаешь, кто из них заслуживает большего доверия? Парень, который назвал тебя спутницей, или эта, виснувшая на нем, причём, ой как интересно, с того момента, как он стал старостой?

Ого, мыслительная деятельность к подруге стала возвращаться.

— Так я что, по-твоему, вру?

Ух, а глаза-то засверкали, руки в боки, ещё бы волосы дыбом — и полная картина «Ведьма во плоти».

— По-моему — да. И не только по-моему.

— Ты назвала меня лгуньей? Я считаю это оскорблением!

Вот это поворот, а меня, похоже, сейчас на дуэль вызовут. Вот