Автограф. Культура ХХ века в диалогах и наблюдениях - Наталья Александровна Селиванова

а в душе осень?», «…отец мой был доверчивый к людям, он обижал их восторгами первой любви, люди не прощали ему этого и обманывали», «В серых раскрытых глазах ее окаменело распутство».

Рассказ «Король», где глава одесских налетчиков Беня Крик — ловкий, находчивый, остроумный, артистичный — написан Бабелем так сочно и с таким блеском, что героике блатного мира надолго обеспечен читательский успех. По мнению К. Паустовского, этот цикл рассказов «бил в лицо свежестью, подобно воде, насыщенной углекислотой».

К 1931 году И. Бабель являлся автором трех книг прозы и двух пьес. До ареста в 39-м он работает в Переделкино, пишет строже и проще. Из его жизни понемногу исчезает открытая восторженность и романтические надежды, связанные с коммунистическим будущим. Он не спешит публиковаться.

В последнем разговоре с Багрицким они мечтали вернуться домой, в Одессу, сочинять там истории, стариться… «Мы видели себя лукавыми, жирными стариками, греющимися на одесском солнце, у моря — на бульваре, и провожающими женщин долгим взглядом…». Желание это так и осталось неосуществленным. Обвиненный в связях с французской и австрийской разведслужбами, Исаак Бабель в 1940 году был расстрелян.

ГАЗЕТА УТРО РОССIИ

14.07.1994

Они в ссылку шли с томиком Ленина

«Московская сага» — последний роман-эпопея, вышедший из-под пера Василия Аксенова пару лет назад. Повествование в трех томах охватывает период с 20-х по 50-е годы XX века. Три поколения семьи Градовых переживают все события, которыми было заполнено это страшное время. Глава семейства, видный врач-профессор Борис Градов, столкнувшись лицом к лицу с историей «болезни» и гибелью Фрунзе, задолго до начала массовых репрессий ясно осознает чудовищность советской тирании и роль Сталина, «мастера ошеломляющих финалов».

Однако кроме кремлевского доктора, по убеждению автора, и остальные герои (за исключением разве что Цецилии Роземблюм, невестки старшего Градова) в равной степени понимали суть происходящего и не раболепствовали. «Московскую сагу» Аксенова, в этом году отметившего свое шестидесятилетие, нередко можно увидеть в метро в руках его давних или совсем юных поклонников. Чего, увы, не скажешь о книгах многих товарищей по цеху. Ваше здоровье, Василий Павлович!

ГАЗЕТА УТРО РОССIИ

29.09.1994

Медовый месяц во Франкфурте

Чуден Франкфурт в начале октября, когда выставочный комплекс, расположенный в центре города, гостеприимно распахивает двери участникам книжной ярмарки номер один, в 46-й раз собравшей издателей, книготорговцев и литературных агентов со всего мира. Особенно чуден Франкфурт для тех, кому дорого процветание собственной фирмы, а значит, постепенно творческая и личная судьба сливается воедино: так, один из директоров преуспевающего «ВАГРИУСа», Глеб Успенский, недавно женился на американке, редакторе крупного издательства. Счастливое событие в частной жизни двух профессионалов наверняка приобрело бы большее звучание, если бы центральной темой на выставке стала Россия или США. Однако в этом году ни то, ни другое государство не профинансировало — по разным причинам — специальную программу. Ее реализовало правительство Бразилии, предложившее вниманию почтенной публики разнообразные достижения в культурной сфере своей страны.

Любому человеку, даже если он далек от книжного бизнеса, следует побывать в этом поражающем утонченным вкусом немецких дизайнеров многоэтажном здании. В октябрьские дни в одном из залов комплекса свое искусство демонстрировали кондитеры. Купив билет за пять марок, лакомки вполне могли насладиться в прямом и в переносном смысле феерическим зрелищем — столы ломились от гигантского количества тортов, пирожных и булочек. Тем временем 8,5 тысячи участников подготовили и привезли с собой новинки, рекламные каталоги, издательские программы с целью заинтересовать зарубежных коллег. 52 российские фирмы узнали, что печатать книжки в Финляндии, Сингапуре и Мальте вдвое дешевле, чем у себя в России. Выпущенная «Согласием» книга Л. Сараскиной об Аполлинарии Сусловой, где впервые опубликованы сорок писем самой героини и писем к ней Розанова и Достоевского, обошлась издательству в 12 тысяч рублей с каждого экземпляра, не считая затрат на бумагу. В то время как на Западе типографские расходы не превышают 2,5 доллара. При этом печатники любезно предоставляют свои складские помещения, чтобы издатель мог забирать тираж когда угодно. Мало того, типография может разослать необходимое количество экземпляров покупателям, в каком бы конце света они ни проживали. Все эти услуги издатель не оплачивает. «Чудеса», — говорили русские, узнав, что существует book rate — льготный налог при пересылке книг, независимо от того, к какой категории они принадлежат — коммерческой или справочной литературе. «Это у вас чудеса», — справедливо возражали западные издатели. Например, Эндрю Нюренберг, сотрудник пока единственного зарубежного литагентства в России, ужасался: «Письма доходят за три недели, отправить факс — нужно звонить часами, об электронной почте никто из российских издателей понятия не имеет. Открыть валютный счет — почти неразрешимая проблема. Снять деньги с собственного счета можно, только предупредив служащих банка за сутки». И уж венцом дискриминации считают иностранцы стоимость аренды в центре Москвы. Она достигает примерно 8 тысяч долларов за квадратный метр. Тогда как в Нью-Йорке они бы заплатили в десять раз меньше.

Причины многочисленных стрессов, переживаемых зарубежными коллегами в России-матушке, бурно обсуждались в центре «Восток-Запад». В этом году его хозяйка — красивая, элегантная Сабина Кальдонск полностью отказалась от традиционного распорядка. Прежде в этом центре писатели и философы читали лекции. На этот раз презентация журнала «Соло» и вечер питерского поэта, известного диссидента Виктора Кривулина собирали полные залы. Главный редактор «Соло» Александр Михайлов, печатающий в основном дебюты авторов из провинции, представил публике Зуфара Гареева и Михаила Шульмана. Немец по происхождению, живущий в России, Шульман свои тексты читал по-русски и в переводе. С повестью Гареева «Мультипроза» собравшихся познакомил переводчик. Удивительно, что иностранная публика — журналисты ведущих газет, профессора, издатели, просто любители словесности — адекватно воспринимала парадоксы советской жизни, описанные Гареевым. Стоявшие, сидевшие в проходах хохотали, а после выступления живо интересовались творчеством Гареева, Шульмана, Кривулина. Стипендиат премии Тепфера, впервые оказавшийся за границей, сорокалетний Гареев с до сих пор не снятым обвинением в распространении порнографии у себя на родине, вернулся домой в превосходном настроении. «Выяснилось, что кроме следователя я еще кому-то нужен», — сказал он.

Устроители ярмарки помимо коммерческих успешно достигают и культурно-просветительских целей. Скажем, каждый стенд, представляющий продукцию того или иного издательства, обходится его хозяину в две тысячи долларов. Эта цена может увеличиваться, если фирма занимает большой зал. Однако неприбыльным предприятиям, чьи издательские программы могут вызвать значительный интерес, организаторы ярмарки готовы предложить бесплатный или частично оплачиваемый стенд. В этом году льготами воспользовались 120 участников, среди них восемь из России. Например, издательства «Глас»,