Назад в молодость - Евгений Силаев

Нет, письма должно быть два. Одно про отца, а второе… про меня. Чтоб я не шел в тот самый бар и не вступал в схватку с тем обнаглевшим мажором.

Простите, принципы, но тут, говоря медицинским языком, «благотворное вмешательство».

Тем более все можно исполнить красиво. Написать письма, вложить их в конверты, подписать в духе «не вскрывать до дд.мм.гггг» и отдать Свете (матери моей). Она то точно в этом плане очень ответственная. И хранить бумаги может столько, сколько потребуется.

Шикарно.

К моему счастью, конверты нашлись в вещах Шурика. Надо будет на днях сходить на почту и их компенсировать. Но это потом.

Письма написал довольно быстро. В них я описал ситуации во всех деталях и объяснил, почему это очень важно. Затем оставил пометки на конвертах.

Тут я чуть-чуть схитрил. По моей задумке, оба письма должны быть всрыты ровно за семь дней до роковых событий. Этого вполне хватит, чтобы сделать два дела: осознать и предотвратить. Благо Света это умеет.

Кстати! Я ж совсем о ней забыл. Надо будет сходить в гости, пообщаться. Да и вручить послания. Надеюсь, она не порвет их, как доктор Эммет Браун. Хотя потом он все же письмо склеил, прочитал и учел. Простите за спойлер.

А сейчас мне очень сильно хочется спать. Благо, никаких вертолетиков, тошноты и прочей дичи нет. Слава богу!

Засыпаю с мыслью о том, как буду наносить сокрушительный удар по пространственно-временному континууму. Если уж и ломать естественный ход событий, то только с выгодой для себя. Иначе глупо выходит.

Глава 20. Верим твердо в героев спорта

Вручение конвертов с пророчествами я решил не откладывать в долгий ящик и заявился к Свете днем в воскресенье. Вот просто взял и пришел без предупреждения.

Тем более повод ускориться появился. Утром я встретил «товарища по несчастью», который предупредил, что на следующей неделе у нас два матча по ручному мячу: с Физинститутом (Ивановна только о ней и твердила без остановки) и с Педагогическим институтом. Во вторник и пятницу соответственно.

В общем, на неделе времени зайти не будет, а потом есть риск забыть.

Света открыла дверь не сразу, осмотрела меня и пустила внутрь. Замечаю, что она была в знакомом кухонном фартуке. Правда, я привык к тому, что его носила бабушка.

— А я тут борщ варю. Будешь? — предложила моя будущая мать первым делом.

— С удовольствием, — соглашаюсь.

Отказаться от маминого борща? Я не сумасшедший.

Мы были в квартире вдвоем и этот факт не удивительный. Моя бабушка работала в бухгалтерии и была ярым фанатом своего дела. Настолько, что могла засидеться на работе допоздна или придти туда в выходные, как она сама говорила, «закрутить хвосты».

А дедушка, как стереотипный мужик, любил пропадать в гараже. Вот и сейчас, сто процентов, в очередной раз копается в своей «копейке». И да, попутно пригубить чекушку он тоже любил. Но при этом всегда выглядел как трезвый. Талант!

Борщ варился на плите. Света еще и чайник поставила, дабы мы не теряли времени даром.

— Чего решил заявиться? — задала она вполне резонный вопрос.

Да вот… Понял, что давно с тобой не общался. Каюсь и исправляюсь.

Девушка улыбнулась. Мне приятно.

— Не переживай, я в курсе, что тебя Антонина Ивановна запрягла. Тренировки, все дела. Сама занималась легкой атлетикой и знаю, какое это изматывающее дело.

— Да если бы только это, — говорю и показываю свои локти, которые сильно сбиты.

— А что ты хотел? Это тебе не пиво пить, — Света расхохоталась. Ох уж эти подколки по поводу пива. Часто слышал их в будущем… А сейчас, честно, не ожидал.

Чайник засвистел. Девушка среагировала молниеносно: порхнула к плите, налила кипяток в две кружки и поставила посуду на стол. Быстро и грациозно, словно бабочка.

— Кстати, — сказала Света, сделав первый глоток, — Твоя красавица тоже играет. Она не говорила?

— Какая именно? — делаю максимально глупое лицо.

— У тебя что, много красавиц?

— Две. Но ты самая прекрасная из них.

Девушка смущенно улыбнулась. Все же комплименты нравятся всем и всегда.

— Спасибо, конечно. Но ты понял, о ком я говорю.

— Конечно, понял. Нет, она ничего такого не говорила.

— Забавно. Кстати, знаешь, какое у нее прозвище?

Вытягиваю голову вперед и смотрю на Свету не моргая, как бы задав немой вопрос.

— Реактивная коротышка.

И тут я рассмеялся. Шутки про рост это, безусловно, низко, но иногда бывает забавно.

— Напоминает одного итальянского футболиста. Себастьяна Джовинко, по прозвищу «Атомный муравей».

— Он из будущего? — спросила Света, уже стоя у плиты. Шустро она, однако.

— Да, играл в 2000-ые. Он маленького роста, где-то метр пятьдесят, но очень быстрый. Так что вот так.

Разговор встал на паузу. Моя будущая мать наливала борщ в тарелки. Ели мы молча. Было вкусно. В общем, рецепт был проверен временем. Мало кто умеет готовить в 20 лет (в моем времени), а отлично — единицы.

Доедаю, благодарю Свету и сразу иду мыть тарелку. Вот как завел эту привычку года в 24, так и не отказываюсь от нее. Потом таки перехожу к делу.

— Ладно. Если по-честному, то есть к тебе одно ответственное дело.

Девушка уставилась на меня выжидающим взглядом и не моргала. Достаю из сумки конверты и показываю ей.

— Тут записаны важные даты и события. Снаружи указано, когда их нужно вскрыть. А до того сие лучше надежно спрятать. Так, чтобы твои родители случайно не нашли и не выкинули.

— А раньше можно вскрыть?

— Можно, конечно. Но ты уверена, что в деталях запомнишь события, до которых еще лет эдак 30-40?

— Не думаю.

— Ну вот.

Девушка погрустнела. Сажусь рядом, обнимаю ее за плечи и прижимаю к себе. И тут она выдает:

— Даже жаль, что ты не из нашего времени. Да и что мой сын тоже. Мы были бы идеальной парой.

Вот это признание! От удивления даже не сразу нахожусь, что сказать. Благо мысли все же появляются.

— Ты лучшая из всех, кого я встречал.

Банально, но все же.

Девушка посмотрела мне прямо в глаза и сказала:

— Знаешь, я влюбилась в тебя сразу, как увидела. Сильно. У