Боги (не) любят (СИ) - Колуэ Адель

Только шепотки соседей за спиной напоминали о прошлой жизни. И как только прознали о сомнении жрецов? Но кузнец быстро осадил односельчан. Ему хватило одной фразы: “Будете гнобить — уедем”. И замолкли, по крайней мере, в глаза. А про платок на роток, она уже сетовала…

И вроде успокоилась Ирбисса и обрела людей, что не считали ее ни ведьмой, ни гадиной. Но…

Так и никем не считали. Примачка. Живет и живет. Ни дочерью для кузнеца, ни желанной для Парда она не стала. Хоть и пыталась однажды, наученная подружками, вызвать его ревность. Да не вышло…

А еще у Ирбиссы так и не получилось выспаться, кошмары приходили каждую ночь…

Глава 22

Когда все в чертогах окрасилось в ядовитую зелень, Деб даже поморщился от омерзения. А заметив, что повторяет на лице аватара мимику телесной оболочки, передернул плечами и взорвал созданную обстановку.

Если бы его спросили, почему при этом уцелели кресла, созданные Ириной, то он, скорее всего, пожал бы плечами. Как объяснить кому-то то, что не можешь объяснить даже себе.

Юноша осмотрел пустое пространство возле себя и вновь начал творить, а затем еще раз, и еще…

Когда четыре голоса слились в единый крик: “Отец! Иррина умирает!”, — то он даже не сразу понял, о чем вариаци ему говорят, и покрутил головой в поисках неугомонной души, что, по идее, должна была переместиться в чертоги. Как никак, а он предусмотрел этот момент для своих творений.

Путешественница между мирами, еще когда призвала дверь, навела его на мысль, что такие спонтанные отлучки у тех, кто решится стать его народом, надо пресечь.

Нет, не запретить полностью, а дать возможность освободившейся душе оглянуться на прожитое воплощение, оценить свои ошибки и достижения. Короткая остановка между воплощениями, по идее, нужна любой душе, чтобы найти в себе качества, над которыми хочется поработать в следующей жизни.

Юный Бог еще на поляне, при трансформации, каждому сотворенному вложил маячок. А местом общего сбора вариаци указал свои чертоги. Ну, проще ему на своей территории.

Но девушка все не появлялась, и Деб смирился с тем, что ему придется первому сделать шаг к примирению с этой врединой, и поспешил к ней на помощь.

Каково же было его изумление, когда ее души не оказалось и возле смертной оболочки. Зато эманации Повелителя Вод были разлиты вокруг умиравшего тела и полностью пропитали сущность присутствовавшей здесь Ирбиссы.

Влив впавшей в кому как можно больше живицы и сил, Деб кинув взгляд на отвернувшуюся от соклановцев старуху, обратился мысленно к Иссилу:

— Не давай ей сильно руками двигать. У нее за пазухой припрятан яд и для себя.

А заглянув в мысли отщепенки, произнес для нее вслух:

— Ты права. Тебе лучше сесть и не шевелиться. Фокус Повелителя Вод не удастся. Поверь мне хоть в этот раз…

Деб бросил взгляд на тело Иррины и мановением руки создал для него стазис-кокон. Затем обернулся к Лиграну, который утешал рыдавшую Бину, и как можно спокойнее произнес:

— Забирайте всех женщин и возвращайтесь в детинец.

Природа на его мнимое спокойствие отреагировала своеобразно. Тучи возникли из ниоткуда. Ветер пригнул траву. Листва грозно зашумела, словно поддерживая гнев своего божества.

Пард подхватил кокон с Ирриной, Иссил жестко зафиксировал локоть Ирбиссы, и такой группой рванули к дому. А Лигран, приобняв новобрачную, осторожно повел ее по тропинке, что-то успокаивающе нашептывая ей на ушко.

Юный Бог не стал дожидаться и проверять вариаци, они не маленькие дети, а взрослые, самостоятельные личности.

Права Иррина: когда творение имеет свободу выбора, их творцу намного интереснее живется. И это невзирая на то, что наверняка Ирбисса не останется единственной, кто не примет законы вариаци и сорвется из-за детских обид или несправедливого окружения.

Лесовик, вобрав в себя силу мироздания, переместился в чертоги коллеги. Ему очень не хотелось думать о воднике, как о собрате.

Насмешливый посыл хозяина чертогов был ожидаем:

— Привет, брат! Какими путями тебя занесло ко мне в гости?

— Я не в гости, — не поддержал его игривого настроения Деб. Он внимательно осмотрелся и заметил укромные места в логове водника, которые были прикрыты мутными щитами, поглощавшими магию мира. Если в одном из них находится попаданка, то ей сейчас не слишком сладко. Осознав, в какой опасности его девушка, лесовик процедил: — Верни Иррину!

— Даже не буду делать вид, что не понял, о ком речь, — издевательски расхохотался водник. — Только почему ты решил, что я тебе что-то должен? Это мой трофей! Смертная при мне покинула оболочку, а значит, я имел право забрать её душу!

— Эта бессмертная сущность важная… Точнее даже важнейшая часть моей стаи, — зарычал Хранитель Леса. — Она находилась в физической оболочке, которую сотворил я. И если ты сейчас солжешь, что она сама выбрала твои чертоги, то я вызову тебя на суд Творца за клевету и уже неоднократное нарушение устоев для Высших энергетических сущностей, которые стремятся стать божествами.

— Ты мне угрожаешь, котёнок? — издеваясь, протянул Повелитель Вод. А потом ринулся на Деба. — Я тебя уничтожу!

Ореол щита мгновенно возник вокруг лесовика, откинув “радушного” хозяина чертогов. Вдогонку гость запустил волну холода и, крутанув над головой кистью, громыхнул: — Взываю к правосудию!

Еще не отзвучало эхо его слов, а вокруг двух хранителей возникли трибуны амфитеатра, которые были заполнены богами разных уровней и рангов.

— Ты так уверен в своих силах? — зло прошипел водяной.

— Поверь, я себя не переоцениваю! — ехидно парировал лесовик. — Но я решил, что нам требуется присутствие независимых наблюдателей.

— Мы столько тысячелетий управляли этим миром без разногласий! — раскинув псевдоруки, зычно крикнул откликнувшимся на зов богам водяной.

— Да! — поддержал его лесовик. — Только недавно я выяснил, что ты пытался воздействовать на меня исподтишка. Да к тому же, пользуясь моей неопытностью, украдкой подворовывал единицы веры из моей ауры. А еще использовал запрещенные приемы при работе со смертными и неоднократно нарушил этику Хранителя мира. А вот обвинение юницы, я надеюсь, прозвучат от нее лично.

— Юница? Откуда? — заволновались на трибунах.

— Повелитель Вод, — насмешливо поклонился Деб воднику, — лично присвоил этот статус путнице из другого мира, которая решила помочь в моих изысканиях. И, как свидетель твоих деяний, она будет решать самостоятельно, где ее место: рядом со мною на арене, или обвинителем на трибуне. И прошу обратить внимание на эти схроны-ловушки, что сейчас усиленно собирают и вашу инертную, еще не усвоенную силу. Все бы ничего! Нам вроде ее не жалко, но в одной из них в заточении та самая бессмертная сущность, и только за то, что отказалась отвечать на некоторые вопросы нашего негостеприимного хозяина…

Ветвистые молнии сорвались с рук Деба и разлетелись по схронам…

Ира с ненавистью смотрела на разноцветные искорки, что яркими бликами пробегали по изгибам, казалось бы, прозрачной скорлупы ее тюрьмы. Почему “казалось бы”? Да потому, что через них ничего не было видно. Ее звериная суть с остервенением кидалась на стены, пытаясь расцарапать, чтобы хоть как-то повредить такую непробиваемую броню, которая притворялась тонкой пеленой.

Еще находясь на поляне, но уже в плену, землянка услышала требование зверя временно разделиться, потому что из них пытаются вытянуть силу, и надо срочно перекрыть к ней доступ. Они с кошкой создали собственную защиту, что прильнула к пленке узилища и пропускала их силу, только если она была отдана добровольно. Причем Ира захотела, чтобы в случае неудачи их щит собирал все крохи энергии и возвращал их хозяйкам. Только после этого двуногая и четвероногая девушки принялись уничтожать чужие чары… Кто как умел.

Ирбис — используя когти и зубы, а девушка…

Она продолжала бомбардировать оболочку узилища всем, что придет в голову: шаровые молнии, воздушный кулак, ледяные глыбы и копья, магнитный резонанс. Пленницы даже рычали и визжали в унисон, чтобы создать инфразвуковые и ультразвуковые волны.