Черненко - Виктор Прибытков

Обладая незаурядным ораторским талантом, он умел пламенным словом зажечь любую аудиторию. «Красный Кнуд» на трибуне — это зрелище, какое не часто увидишь. Представьте у микрофона седоватого, спортивного сложения человека с огромными, будто искрящимися, озорными глазами. Его непокорные волосы то взлетают вверх, то прилипают к разгоряченному лбу. На трибуне ему тесно — он отбегает в сторону и вешает пиджак на спинку стула. Все равно жарко! Закатывает рукава рубахи… Энергично жестикулирует, размахивает кулаком. Он всецело отдается своей речи, живет ею, пытается донести до окружающих всесокрушающую силу слова… Так он выступал на партийном съезде с отчетным докладом.

Представлялось, что Кнуд молод и отменно здоров. А в разговоре с датчанами выяснилось, что это совсем не так — он неизлечимо болен, знает об этом и не собирается с этим мириться.

Через год с небольшим лидер датских коммунистов умер. Мне его жаль. Он был, по-моему, человеком искренним и верил в то, о чем говорил на съезде с трибуны. А говорил он о том, что рабочие должны жить достойно и пользоваться благами собственного труда, иметь все права цивилизованного общества — на отдых, труд, свободу…

На съезде коммунистов Дании выступил и Черненко. Делегаты встретили его особенно тепло и сердечно поздравили — день открытия съезда совпал с днем рождения Константина Устиновича. А вечером в советском посольстве по такому случаю был устроен прием, на котором присутствовал и Кнуд Есперсен.

Посол СССР в Дании Николай Егорычев (бывший первый секретарь Московского горкома партии) внес в комнату огромный торт с шестьюдесятью пятью зажженными свечами. Юбиляр, не обладавший мощными легкими, хоть и не с первого раза, но загасил их. Посидели, выпили, закусили, а потом вдруг оказалось, что Есперсен знает много русских песен и прекрасно исполняет их на русском языке. Мне потом рассказали, что Кнуд учился в Москве в существовавшей когда-то Международной ленинской школе…

С именем Есперсена связана одна любопытная история, которую с позиции сегодняшнего дня можно трактовать по-разному. Было ли это помощью одной компартии другой, проявлением рабочей солидарности или умелой бизнес-операцией? Не знаю. А произошло вот что.

В один прекрасный день советскую делегацию привезли на крупную, но «не без капиталистических трудностей», судоверфь «Бурмейстер ог Вайн». Там Черненко рассказали о том, что предприятие душит капиталистический кризис, в результате чего производство приходит в упадок и всё зримее становится звериный оскал эксплуататоров, который многих рабочих сделает безработными. Профсоюзный комитет верфи совместно с рабочими-коммунистами желал узнать у представителя Коммунистической партии великого СССР господина Константина Черненко, не будет ли в СССР какого-нибудь судостроительного заказчика. Тогда бы не пришлось сворачивать производство, что предотвратило бы несчастье тысяч рабочих.

Черненко воспринял эту просьбу близко к сердцу. По возвращении он лично переговорил с Леонидом Ильичом и, получив от него «добро», вынес вопрос об оказании помощи датским рабочим на Политбюро. «Бурмейстер» получил заказ, рабочие — работу, и вскоре со стапелей в Дании сошли два сухогруза: «Известия» (назван в честь советской газеты) и «Кнуд Есперсен» (получил имя лидера датских коммунистов, к тому времени уже скончавшегося). Как видим, результаты первого серьезного международного визита Черненко в Данию оказались весомыми.

В мае 1978 года состоялась поездка Черненко в Грецию. В ранге кандидата в члены Политбюро и секретаря ЦК он возглавил делегацию КПСС на X съезде Компартии Греции. Съезд стал поистине волнующим событием для греческих коммунистов, и это не газетный штамп. Ведь впервые за 30 с лишним лет он проходил в Афинах легально. Прошедшие годы стали для партии и прогрессивных сил страны временем действительно героических испытаний, и они их достойно выдержали. Греческие коммунисты обсудили деятельность партии в период после ликвидации в стране военной диктатуры, падения семилетней диктатуры «черных полковников».

Для Черненко участие в работе съезда КПГ было памятно и тем, что здесь он познакомился и сблизился с замечательным человеком, легендарным борцом, первым секретарем ЦК КПГ Харилаосом Флоракисом.

Его биография была насыщена яркими страницами, а черты характера, необходимые пролетарскому лидеру, закалялись в смертельной схватке с фашизмом. Впрочем, подобную школу прошли тогда многие руководители европейских компартий. Еще в тридцатые годы Флоракис примкнул к рабочему движению, а коммунистом стал в 1941 году, когда вступил в греческое движение Сопротивления. Сражался он в его рядах вплоть до освобождения страны от фашистов в 1944 году.

В годы гражданской войны в Греции (1946–1949) легендарный генерал Флоракис воюет на стороне народа, командует 1-й дивизией Демократической армии. Этот первый вооруженный конфликт в Европе после Второй мировой войны закончился поражением демократических сил, что в конечном счете привело Грецию к вступлению в НАТО.

В 1954 году Флоракис был арестован и приговорен к пожизненному заключению, но в 1966-м освобожден под давлением народного движения. После военного переворота в апреле 1967 года и установления в стране диктатуры был вновь арестован и находился в заключении до апреля 1972 года.

Никогда не забуду ту атмосферу, которая царила на съезде. Революционный энтузиазм, пафос бескомпромиссной борьбы, оптимизм и вера греческих коммунистов в конечную цель этой борьбы — свою победу — никого не оставляли равнодушным. Они завораживали, передавали мощный заряд энергии не только Черненко, но и всем членам делегации КПСС. И что было особенно заметно, руководители КПГ и рядовые греческие коммунисты искренне гордились тем, что представители Компартии Советского Союза впервые участвуют в работе их съезда. Людей тогда интересовало и восхищало буквально всё, связанное с нашей страной, — и невиданные достижения СССР, и его исторический опыт, у истоков которого стоял великий Ленин.

При встречах и беседах греческие коммунисты всегда подчеркивали, что в годы фашистской оккупации, в тяжелое время гражданской войны их воодушевлял великий пример советских людей, построивших первое в мире социалистическое государство, отстоявших его в смертельной битве и проявивших при этом невиданное мужество, самоотверженность и стойкость.

В памяти у Черненко, да и у всех нас, кто был тогда с ним рядом, запечатлелся эпизод, о котором он не раз вспоминал позднее. На встрече в одной из провинций к нему подошел коммунист-ветеран, который, будучи участником партизанского движения в годы Второй мировой войны, имел несколько тяжелых ранений. В руках у него были полевые цветы.