Позывной 'Князь' - Лев Котляров

спуском и подъемом по лестнице. Теперь он даже мог одеваться совершенно самостоятельно.

Только вот дочери об этом знать не нужно. Иначе совсем забросит старика. А сиделку он рассчитал еще накануне, в ее услугах теперь нет нужды.

Конечно, всегда есть шанс, что болезнь вернется с новой силой, но тут нужно держать ухо востро.

Никита Александрович подошел к зеркалу и начал долго себя рассматривать. К сожалению, внешних изменений не было. Все такая же пергаментная кожа, жидкие волосы и здоровенный нос. Лучшие годы давно остались позади, оставив после себя лишь живой ум.

Не найдя ничего нового, Никита Александрович вздохнул, по привычке вернулся в кресло и с легкой грустью уставился в окно.

Хватило его на десять минут.

Поминая всех святых наместников, он вскочил, схватил первую попавшуюся тряпку и стал самозабвенно вытирать скопившуюся за долгое время пыль.

Через два часа, когда комната сверкала чистотой, Никита Александрович снова остановился. В его голове крутилась навязчивая мысль, от которой он никак не мог избавиться.

Что делать дальше? Готовить не нужно, запасов еды хватит на пару дней. Заняться нелюбимым садом? Или почитать книжку?

Он скользил невидящим взглядом по комнате, пока не остановился на почетной грамоте. Ее вручили Никите Александровичу за пятнадцать лет безупречной работы на винодельне.

Как же хорошо тогда было! Вечные заботы, сроки, беготня по складам…

Глаза бывшего управляющего хитро сверкнули. Буквально недавно Дина говорила, что сын Ивана Станиславовича начал заниматься восстановлением производства. Неужели за то время, пока Никита Александрович был вынужден отойти от дел, там все развалилось?

Нет! Нужно все обязательно проверить. Да и этот их Сергей Деньковский, молодой сопляк, что может знать об управлении людьми?

Через час, надев лучший свой рабочий костюм, Никита Александрович запер входную дверь и неторопливо отправился в сторону винодельни.

Весь путь занял у него привычные сорок минут.

Уже подходя к до боли знакомому месту, он ускорился — какие-то рабочие раскопали кусок дороги и резво забрасывали туда песок. А нужно-то щебень!

Болваны!

Теперь-то он возьмет тут все в свои руки!

— Святые наместники, что вы творите⁈ — крикнул он в спины трудягам.

Они удивленно замерли и воткнули лопаты в землю. В их лицах читалось неподдельное изумление. Вперед вышел усатый крепыш и задал логичный вопрос, мол, что не устраивает старика. Остальные тут же подхватили. Каждый старался перекричать другого.

Никита Александрович обвел их взглядом и сурово рявкнул:

— Ну, кто так строит-то⁈

* * *

Увидев бывшего управляющего, я сразу же остановился и постарался незаметно покинуть поле этой битвы. Если Никита Александрович сам на своих двоих сюда пришел, значит, мое заклинание удалось.

Теперь за дорогу я был полностью спокоен. Да и за все остальное. Сергей хорошо умел планировать, а вот за работу с людьми… Нет, тут он сильно проигрывает бывшему управленцу. Нет жесткости и знание человеческой натуры.

Вот только как им выплачивать зарплаты? Одну на двоих? Или каждому одинаково? И откуда на это все брать деньги?

Премия!

Совсем забыл про обещанную Глассом небольшую выплату. А это значит, нужно доехать до банка.

Согласно договору о военной службе, на мое имя должны были открыть счет, куда будут зачисляться и зарплата, и премия. Не очень удобно, конечно, каждый раз ездить в кассу… но это приятные хлопоты.

Я вернулся на склад, где Лерчик и Сергей продолжали осматривать бочки, и предупредил их о Никите Александровиче. Молодой управляющий аж подскочил и сразу же побежал здороваться.

— Что тут у вас, — спросил я Субботина.

— Все в порядке. Целые, качество продегустировано и одобрено мной лично.

Я покачал головой, он уже говорил, растягивая ударные гласные. Хорошо же они тут все проверили!

Махнув рукой, я покинул винодельню и отправился в банк. Мне даже стало интересно посмотреть, как в этом мире все устроено.

Но оказалось все очень банально — длинная очередь, нудные вопросы и неулыбчивый сотрудник. Последний, к слову, судя по выражению лица, буквально отрывал деньги от своего сердца, когда пересчитывал купюры.

Старательно не придавая этому значения, я улыбнулся и спрятал деньги в карман. И не задумался над общей суммой — слишком расплывчаты были мои представления о здешних зарплатах.

Сообразил, только когда мне выдали бланк с расшифровкой. Даже с учетом строчки с вычетом какого-то налога, итог меня обескуражил!

Вот почему родители так настаивали на военной службе! Да это же пятая часть всех долгов отца! Интересно, все офицеры столько получают или мне одному так повезло?

Успокоиться я смог на улице. Пачка грела сердце, настроение било все рекорды, а душа просила купить выпивку.

Кое-как собрав эмоции в кулак, я прыгнул в коляску. Куда дальше?

В голове вдруг появился образ матери, что настоятельно просила заехать меня в императорскую службу правопорядка и оплатить хотя бы часть штрафов.

Этого как раз делать категорически не хотелось. Однако я все равно распорядился вознице отвести меня именно туда.

Назвался серьезным и ответственным аристократом — полезай в прошлые ошибки Владимира и расхлебывай их полной ложкой.

Через несколько минут коляска остановилась возле крайне примечательного здания. Высокие колонны, подпирающие богато украшенный лепниной свод, парадная лестница, больше подходящая императорскому дворцу, и огромные вазоны с декоративными деревцами.

Вот куда стекаются деньги честного народа!

Пора и мне приобщиться к их числу.

Я прошел сквозь приветливо распахнутые двери и не мог не отметить изысканность обстановки большого приемного зала. Тут и картины, и цветы, и резная мебель.

На краю сознания мелькнула мысль, что надо было надеть парадный костюм, чтобы хоть как-то соответствовать.

Улыбчивая девушка выслушала мой вопрос и тут же направила меня в нужный кабинет.

Приняли меня сразу же.

Я вошел в скупо, но дорого обставленный кабинет. Здоровенный дубовый стол, крепкие стулья с красной обивкой и основательный сейф в углу. И больше ничего не было.

Коренастый служитель правопорядка со смоляными кудрями, тщательно зачесанными назад и забавно оттопыренными ушами, увидев меня, встал и протянул мне широкую ладонь.

— Ваше высочество, рад вас видеть. Меня зовут Афанасьев Иннокентий Викторович. Поведайте мне о вашей проблеме. Мы мигом во всем разберемся!

Он пригласил меня присесть напротив и достал стопку бланков.

— Здравствуйте! — сказал я. — Вот решил отдать долг обществу и оплатить накопившиеся штрафы.

На лице Иннокентия Викторовича отобразилось недоверие, но все равно позвал помощника и попросил принести мое дело. Видимо, нечасто аристократы безропотно желают расстаться с деньгами.

Ждать пришлось долго. Служитель правопорядка сначала развлекал меня беседами о погоде, а потом, когда обсуждение