Последний тоннель - Александр Неверов

- Ну, ясно, - вдруг расслабился собеседник. - Я все понял. Индивидуальное обучение, репетиторы... Не удивительно, что ты про Дубровского не слышал.

Он помолчал немного.

- Некоторые там, - мужик показал пальцем наверх. - Да и я, косвенно, много лет бились над темой, что такое есть благородство. Прирожденное это чувство или нет? Чего только не перепробовали. До маразма доходило. Ты слышал про станцию "Динамо"?

- Нет.

- А я тебе расскажу. Сейчас ведь уже все равно... Короче, там поставили эксперимент. Набрали болванов, ну отсюда, устроили, кормили, одевали, все как обычно. И стали им там проповедовать принципы невмешательства. Дескать, главная добродетель, это не лезть в чужие дела! И в конце даже экзамен провели, которые они с блеском выдержали! Вот чего они удумали - забросили на станцию девку. Сверху, с ничейных мест, в общем. Молодая, красивая, добрая. Все ее любят, уважают, куча женихов-воздыхателей... А потом раз и экзамен. Взяли и в центре станции стали ее насиловать. Как тебе?

Мужик посмотрел на Веника, который слушал эту безумную историю, стараясь запомнить каждую деталь, поскольку был уверен, что за рассказом последует вопрос по нему. И вполне возможно, что от этого вопроса будет зависеть его жизнь!

- Так вот, - продолжал собеседник. - Прямо в центре зала, днем, в открытую! Раздели не спеша, и давай... работать. И как ты думаешь, хоть один вступился за нее?

Парень, думая, что это к нему вопрос, ответил:

- Думаю, что ни один не вступился.

- Бинго! В самую точку ты попал! - бородач ткнул пальцем в грудь парню. - Ни один не вступился! Ни один из ухажеров, ни другие сволочи. Нет, конечно, они возмущались. Сидели там по щелям, кудахтали, глядя на стены и в потолок: да как это можно?, да сколько можно?, да когда это кончится?

- А толку-то от этого кудахтания? Девке той все равно было, возмущаются окружающие балбесы или нет.

- Жалко, - сказал Веник, вспоминая, как он сам был безучастным свидетелем изнасилования на "Китай-городе".

- Да, - задумчиво откликнулся бородатый. - Сперва-то хотели какую-нибудь потаскуху туда сунуть, а потом решили, для чистоты эксперимента, настоящую им подсунуть, так сказать, чистую и непорочную. В округе такие, как ни странно, еще встречаются.

Веник сразу же вспомнил рассказ Полковника про похищения людей в окрестностях города.

- Видишь? Никто не вступился!

- А те, - спросил Веник. - Которые насиловали. Они вооруженные были?

- Конечно!

- А те, ну народ на станции? Мужики и парни?

- Нет.

- Ну вот, видите? Какой смысл? И ей не помогут и сами погибнут?

- Вот! И все там так подумали!

- Понимаете, какое дело..., - собираясь с мыслями, начал Веник, но замолчал, услышав решительные шаги рядом.

Он повернул голову и увидел, что из центра зала, в их сторону направлялись три вооруженных мужика. Вид они имели самый что ни на есть хозяйский.

- Вон они, - тыкал в сторону Веника, какой-то древний дед, сидящий неподалеку. - Они и убили.

Дубровский, а за ним и парень поднялись на ноги.

Мужики приблизились. В середине стоял весьма молодой и кудрявый тип в длинном плаще и держал руки в карманах. Смотрел он очень уверенно. По его сторонам высились два здоровых лба, держащих в руках автоматы, которые они немедленно навели на Дубровского и Веника. У всех на рукавах краснеют повязки с буквами КМ.

"- Это что, "Комсомольская" что ли? - удивился Веник. - Они-то как здесь оказались?"

- Это ты стрелял? - поинтересовался у бородача кудрявый тип в плаще.

- А кто же еще?

- Пройдем с нами.

- Пойдем.

- Обыскать!

Один из вооруженных мужиков, повесил автомат на плечо и подступился.

Веник с напряжением смотрел, что будет. Однако, Дубровский, со спокойным лицом поднял руки. Мужик похлопал его по телу, полез под куртку и извлек револьвер. Его он подал кудрявому, а затем продолжил осмотр, вытащив из карманов горсть патронов и небольшое, странное устройство, в виде куска темного стекла, которое могло уместиться в ладони.

- А это у тебя откуда? - резко спросил кудрявый.

- Оттуда, - спокойно отвечал Дубровский

Кудрявый напрягся. Несколько мгновений он словно бы колебался, а затем проговорил.

- Ну, пойдем, уж, - пробормотал он нерешительно.

Веник подумал, что стоит бородатому настоять и этот тип его отпустит. Однако Дубровский, спокойно сделал шаг вперед, сложив руки за спиной.

Все они повернулись, чтобы уйти. Веник, еще не веря, что про него забыли, перевел дух, но тут раздался голос одного из добрых мужиков напротив.

- А этот тоже с ним был! - крикнул тот, указывая на парня.

Арестовавшие бородатого остановились. Кудрявый посмотрел на Веника:

- Ты тоже с ним? - спросил он.

По его тону, парень понял, что стоит сказать "нет" и его оставят в покое. Он покосился на Дубровского, который стоял, внимательно глядя на него.

- Да, - неожиданно для себя сказал Веник. - Да, я с ним.

- Федя, проверь, - кивнул кудрявый тому мужику, который обыскивал бородатого.

Обыскивая Веника, тот извлек из его кармана черный фонарик.

- А это откуда? - снова поинтересовался кудрявый, мрачно глядя то на фонарик, то на Веника.

- Оттуда.

- Ну, идем...

Кудрявый почему-то тяжко вздохнул и все они двинулись по платформе.

Дубровский уверенным шагом, держа руки за спиной, с поднятой головой и расправив плечи, шагал по платформе. Рядом слышались голоса сидящих людей:

- Повели их, убийц...

- Душегубы!

- Да сколько же можно убивать!

Тут до парня начало доходить его положение.

"- Ну что я за идиот! - думал он. - Зачем сказал, что я с ним? В благородство решил поиграть? Угрохают нас тут и все дела. Этот Дубровский, он псих, а мне-то это зачем?"

Они поднялись по лестнице на площадку, повернули в сторону и сразу же оказались перед лестничным пролетом, который привел их на платформу другой станции, поднимаясь на нее посредине центрального зала.

"- Это, значит, "Каховская", - сообразил Веник, разглядывая новую станцию.

Ничего особенного она не представляла. Такая же, как и "Севастопольская". Зал с тонкими, ограненными колоннами из темно-красного камня. Не чета величественным станциям Кольцевой линии. Интересно было только то, что эта станция находилась прямо поверх "Севастопольской", пересекая ее под прямым углом.

Вокруг никого. Только пустой зал, освещенный ярким светом.

Они направились на одну из служебных платформ, отделенную от тоннеля металлической сеткой.

Кудрявый постучал в одну из дверей под тусклой лампочкой и заглянул внутрь.

- Игорь Николаевич? Можно?

Он распахнул дверь, шагнул внутрь и сделал знак, чтобы за ним шли остальные. Веник, оказавшись в ярко освещенной комнате, осмотрелся. Обычная комната. Несколько столов, шкаф с пустыми полками. На полу разбросаны картонные папки и листы бумаги.

За одним из столов, на котором тоже лежали бумаги, несколько пистолетов и стояла пара стаканов, сидел здоровый мужик с большой лысиной. За другим столом восседал узкоплечий мужик средних лет, в коричневой куртке и кожаной широкополой шляпе.

У этих, красных повязок нет, отметил Веник.

- Это чего? - поинтересовался лысый.

- Вот, - робким голосом доложил кудрявый. - Убили троих внизу. Вот это нашли у них.

Он выложил на стол вещи, изъятые при обыске.

- Они оттуда, - пояснил он, преданно глядя на мужика.

- Обыскали?

- Конечно.

- Молодец! Идите! Мы тут с ними сами потолкуем.

Кудрявый и двое громил покинули комнату.

- Ну? - лысый обратился к бородатому. - И откуда вы такие?

- Я из второго отдела, - сказал Дубровский.

- Опа! - крякнул от удовольствия узкоплечий и лицо его расплылось в непонятной улыбке. Он быстро переглянулся с лысым и начал вылезать из-за стола.

- Вот оно что, - не сводя взгляда с бородача, протянул он. - Вот вы какие, выдумщики-экспериментаторы.

- А здесь, чего делаете? - скривив рожу спросил лысый.

- Да так, погулять вышел. Пройтись напоследок, так сказать, по местам боевой славы - пояснял Дубровский.

От этой фразы узкоплечий еще больше расцвел.

- Ты даже не представляешь, сколько я ждал этого часа, - щерясь страшной улыбкой проговорил он. - Я тебя сейчас на части рвать буду.

Дубровский почесал под носом.

- Ну, это уже лишнее, - пробормотал он.

- Э, нет! Не лишнее! - воскликнул узкоплечий.

В этот момент бородатый резко взмахнул рукой. Веник успел заметить, как полетели в воздухе брызги чего-то черного и узкоплечий схватился руками за горло. Между пальцев сразу же показалась кровь.

Лысый резко подскочил и положил руки на пистолеты, лежащие на его столе. Дубровский опять взмахнул рукой. Что-то коротко свистнуло в воздухе. Лысый выронил на стол взятые было в руки пистолеты, откинулся назад на спинку стула и, страшно хрипя, стал судорожно хвататься за горло руками.