Невеста самурая и три папы - Янина Олеговна Корбут

– Ветки на входе были расправлены, словно кто-то хотел замаскировать протоптанную дорожку. Она ведет прямо к доскам и прочему хламу. Интересно, что за сокровища там прячут? Уж не те ли, про которые ты писала в своей статейке.

– В музее я видела фотографии этого дома, – нерешительно протянула я, игнорируя его сарказм и припоминая подробности. – Кажется, там была пристройка, летняя кухня, а потом красивые изразцы растащили и кухню разобрали на кирпичи.

– Кухня, говоришь? Тогда там мог сохраниться подпол…

Не сговариваясь, мы снова отправились в кусты. Дойдя до кучи досок, Дубровский потер щетину с видом мыслителя:

– Кто-то зачем-то перетянул кучу камней и мусора с одного места на другое. С какой целью?

– Мальчишки что-то спрятали? – предположила я, а Дубровский уже начал разбирать хлам, не жалея своих белоснежных кроссовок и новенькой рубашки.

Я помогала ему по мере сил, не понимая, что мы ищем, но все время к чему-то прислушивалась. В какой-то момент мне даже стало казаться, что я слышу глухие стоны. Вот уж правда – нехорошее место.

Когда с досками было покончено, дело пошло веселее. Камни мы перенесли в сторону, оставался один, самый крупный и тяжелый на вид. Дубровский приналег, я тоже уперлась в камень, пытаясь сдвинуть с места, но больше мешала. Наконец, и последняя преграда была сдвинута в сторону.

Под камнем мы сразу же увидели металлический лист, по виду старый и ржавый, а под листом – полусгнившую дверцу с металлическим кольцом.

Велев мне отойти назад, Дубровский поднял ее, откинув в сторону. А сам опасливо отошел назад. Неужели думал, что что-то может рвануть? Под дверцей ожидаемо оказалась дыра, ведущая в подпол.

– Не стоит туда лезть, еще засыплет землей, – предостерегла я Дубровского. Хотя старалась я зря, на любителя рисковать своей драгоценной особой Дубровский был похож мало. Он достал из кармана мобильник, включил фонарик и, присев на корточки, присвистнул:

– Срочно! Звони в скорую! Там уже кого-то засыпало…

И тут до моих ушей донесся теперь уже вполне себе четко различимый стон.

Вызвав скорую, мы объединили свет фонариков и быстро установили: в яме находился мужчина, очень похожий на Кирилла. Это я так решила, ведь Дубровский Кирилла отродясь не видал. Мужчина внизу не двигался, только иногда глухо постанывал, но все-таки был жив.

– А я был уверен, что ты, приятель, уже давно покоишься на дне какого-нибудь водоема, отравленный злодеем, – пробормотал Дубровский.

Скорая прибыла через двадцать минут. Какие травмы получил Кирилл, было пока неясно, но по его виду можно было уверенно сказать: бедняга натерпелся. Когда Дубровский со Славиком и подоспевшими отцами вытащили его, он сразу же потерял сознание и больше не подавал признаков жизни. Хорошо, что дыхание присутствовало. Это Славик проверил в первую очередь.

– Как же бедолага угодил в эту яму? – озадаченно потер переносицу второй отец, когда несчастного Кирилла загрузили в «Скорую» и увезли в больницу. – Вы же говорили, он дал деру, чтобы менты не цеплялись?

– Вряд ли он так глубоко законспирировался, закидав себя досками в подполе. Врачи решили, что это несчастный случай, но надо будет рассказать в полиции про доски. Скорее всего, это Борис его упаковал. Каким-то образом ему удалось заманить сюда Кирилла, хотя странно, зачем бы ему прятать его прямо у нас под носом, рискуя выдать себя.

– Значит, обстоятельства сложились так, что ему нужно было срочно разделаться с Кириллом. К примеру, муж тоже стал подозревать, кто может стоять за отравлением, и шел к вам, чтобы поделиться подробностями. Ты же говорила, что оставляла ему свой телефон и адрес. А наш злодей его выследил и прямо возле дома по башке отоварил. Он же исчез в день похорон?

Я утвердительно моргнула, а Дубровский продолжил:

– Кирилл был пьян, наверняка с ним было легко справиться. Конечно, тело тяжелое, но, возможно, он как-то заманил его во двор. Позвал, к примеру, попросил о помощи. Тот открыл калитку и попал в ловушку. Уже неподвижное тело злодей заволок в кусты. Добить Кирилла у него не хватило духу, и он упаковал того в подпол. Хотя, скорее всего, ему не хватило времени. Возможно, кто-то выходил или проезжал мимо, спугнул его, и пришлось действовать быстро. Наверное, сначала просто хотел закидать тело досками, но ему повезло – он заметил лаз. Думаю, он просто скинул тело туда, надеясь, что мужик задохнется. Или рассчитывал, что удар по башке был таким сильным, что тот уже не оклемается. Скорее всего, он вернулся на место преступления в другой день. Узнав, что пленник жив, закидал яму досками и камнями. Звук оттуда не доходил, и он успокоился. Почти уверен, что Кирилл не видел того, кто его отоварил по голове. Так что злодей ничем не рисковал в случае, если Кирилла найдут.

На расспросы отцов, как он до этого додумался, Дубровский не мог или не хотел дать точного ответа. Скупо и нехотя уклонялся от подробных объяснений. Наверное, чтобы не выдавать своего богатого криминального опыта и излишнего рвения.

– Пару дней назад я вышла подышать, и мне показалось, что во дворе кто-то был, – припомнила Агния. А я сразу же вспомнила про огонек фонарика, который видела как-то ночью. Тогда я думала, что мальчишки лазят, ну или в доме творится какая-то чертовщина. И все-таки что-то не давало мне покоя.

– Вопросов пока много, – сказал папа № 1, что-то помечая в записной книжке.

– Надеемся, на эти вопросы ответит сам Салущев, когда оклемается. Если оклемается. Ведь он просидел тут столько дней без воды и еды…

Глава 27

Испанский сундук

Конечно же, при виде «Скорой», а потом и полиции, которую вызвал папа № 1, возле дома собралась половина деревни. Но, надо отдать должное, все деликатно наблюдали со стороны, вытягивая шеи. Тимофей с каким-то бородатым мужиком стояли в сторонке, бабка Маланка причитала, что теперь приличному человеку и козу вывести страшно. А ну как угодишь в какую-то опасную яму.

На правах старосты Тимофей быстро успокоил односельчан, велев расходиться по домам.

– Это вы его обнаружили? – спросил он, обращаясь к нам со Славиком.

– Ага, гнались за котами, услышали странные звуки из-под земли…

– Повезло бедняге! Спасибо вам! – горячо пожал мне руку Тимофей. – Сами понимаете, наша деревня на слуху, и если покойник… Ох, не хочется даже думать. Как его состояние? Маланка сказала, лицо синее, как у мертвяка. Прости Господи…

– Не будем хоронить беднягу раньше времени, – пробормотала я, похлопав Тимофея по плечу.

Тяжело вздохнув, он