Хит сезона (сборник) - Светлана Алешина

Наконец одна за другой из-за деревьев показались четыре темные фигуры и бесшумно направились к нам.

Я нетерпеливо рванулась им навстречу.

– Маринка здесь? – спросила я прежде всего.

– Да! – ответил Виктор. Он тяжело дышал и был сильно возбужден. – Идем туда!

– Подожди! – резко сказал Эдик. – Лишние полчаса сейчас все равно ничего не решают. Надо подумать сначала, что делать.

– Рассказывайте, что вы видели? – потребовала я. – Это база Шатунова?

Эдик кивнул головой:

– Это шатуновская резиденция. Но он там явно не один. Сергей видел иномарки, а Шатунов сам на иномарках не ездит и своим никому не разрешает, в целях конспирации. Значит, у него гости, причем много гостей, судя по количеству иномарок. Похоже, у них совет.

– Самое время, – сказала я. – Завтра закон принимают, в который они столько денег вложили.

– Вчетвером нам тут делать нечего, – сказал Эдик. – Вы с Ромкой не в счет. Здесь профессионалы собрались, такие же, как мы. Нам взвод нужен, усиленный огнеметчиками… Ну, да что об этом мечтать!

Он тяжело вздохнул и спросил неизвестно у кого:

– Ну так что делать будем?

– Освобождаем Марину! – сказал Виктор.

– Записываем на пленку совет! – выпалила я одновременно с Виктором.

Эдик покрутил головой.

– Спасибо хоть луну с неба не просите… Впрочем, именно этого я ждал от каждого из вас.

– Дело за малым, – подал голос Иван. – Придумать, как для начала проникнуть на территорию самой базы, в район уцелевших домиков. Там, надо думать, как раз и держат Марину.

– А где же ее еще держать? – сказал Сергей. – Здесь больше и негде.

– Марина на складе, – сказал Эдик. – Я видел часового у дверей.

– Может быть, он склад охраняет, – возразил Сергей.

– База три года пустует, – напомнил Эдик. – Трубы поснимали! Что там могло на складе сохраниться, что часового потребовалось ставить?

Сергей пожал плечами.

– Не знаю, – сказал он.

– Не знаешь – не балабонь! – отрезал Эдик. – Идей не слышу.

– У нас же Троянов есть! – вспомнила я. – Накачаем его водкой и выпустим на часовых. Он поднимет у них суматоху, а мы тем временем проникнем на базу.

– План гениален до глупости! – сказал Эдик. – Вопрос первый: удастся ли нам напоить Троянова? Он человек в этом деле опытный.

– Тем меньше ему водки нужно, чтобы окосеть, – сказала я.

– Вопрос следующий, – продолжал Эдик. – Ты что же, с нами, что ли, собираешься идти?

– По-другому и быть не может! – уверенно сказала я. – Мне нужно узнать, о чем они говорят на этом совете. И не только узнать, но и снять на видеопленку. И не надо больше задавать вопросов, если они у тебя все такие, как предыдущий.

Эдик молчал.

Виктор снова сказал:

– Идем! Нужно идти! Пора!

– Сядь! – сказал Эдик спокойно. – Посиди минутку. А то пути не будет.

Тут еще одна идея пришла мне в голову.

– Эдик, дай мне минут десять, я должна выяснить одну вещь, – сказала я. – Только обещай, что никуда без меня не сунетесь. Я сейчас.

Я отошла поглубже в кусты, чтобы не слышно было ребятам, как я разговариваю, и набрала на сотовом номер генерала Синицкого.

Случайно или нет, но Синицкий оказался на месте, на работе, хотя было уже часов десять вечера.

– Василий Михайлович! – начала я не торопясь, стараясь говорить убедительно. – Я выследила людей, подкупающих депутатов областной Думы. Это Шатунов и еще ряд товарищей такого же уровня. У них сейчас совет. Вы можете арестовать их сразу всех…

Генерал молчал. Я почувствовала себя в глупой ситуации, когда чего-нибудь просишь, а тебе отказывают. Остается только просить второй раз, а это еще глупее.

– Слушай, Бойкова, – сказал наконец генерал Синицкий. – На этот раз я помочь тебе ничем не смогу. Я давно за ними слежу. Можешь поверить, мне многое о них известно. Ну, чтобы ты поверила, скажу, что у них третий день находится твоя подруга Марина.

– Что? – воскликнула я. – Вы это знали?

– Конечно, знал, Оля, – сказал генерал. – Но опять-таки сделать ничего не мог. У Шатунова есть юридически правильно оформленное трудовое соглашение, подписанное твоей подругой – Мариной Широковой. Где она принимает на себя определенные обязательства, свидетельствующие о том, что ее пребывание на территории базы «Зорька» – ведь ты оттуда звонишь, верно? – так вот, что ее пребывание на указанной территории можно расценить как акт доброй воли или производственную необходимость… У Шатунова очень сильный юрист, между прочим, и тексты договоров всегда подготовлены отлично.

– Я все-таки не понимаю, почему… – начала я, но генерал меня перебил.

– Потому, что формально придраться к этим ребятам нельзя, – сказал он. – На оружие у них есть разрешение. Проституция – вот-вот будет разрешена. Да и не время сейчас проводить операции против тех людей, кто делает на ней свой бизнес. Это, Оля, уже политика… И если ФСБ вмешается в эту историю – выйдет скандал и только. Ничего толкового из всего этого не получится… Поэтому извини, но… Я тебе уже все объяснил.

Дальше я слушать не стала.

Я поняла, что придется обходиться собственными силами.

Вернувшись к ребятам, я ничего не ответила на вопросительный взгляд Эдика – ну что, мол, зачем они так долго меня ждали? Пусть думают, что хотят! Например, что у меня внезапное расстройство желудка.

Я отобрала у Эдика пистолет, крепко зажала его в правой руке и заявила:

– Пошли!

Эдик усмехнулся и ответил:

– Пошли!

И мы двинулись на базу, занятую бандитами.

Глава 10

Пока я разговаривала с Синицким, Эдик с ребятами вытащили из багажника Троянова, влили в него бутылку водки и теперь подталкивали его вперед к воротам базы. Глядя на заросшие молодыми березками полянки, среди которых были разбросаны домики, я недоумевала – о каких часовых говорили ребята, когда к любому домику можно свободно подойти из леса и никто тебя не заметит?

Я уже было и направилась напрямую к базе через невысокий кустарник, чуть выше меня ростом. Он идеально меня скрывал, никто бы никогда не заметил меня в нем, но Эдик схватил меня за руку.

– Без самодеятельности! – сказал он. – Только за мной! Сама никуда не ходи!

– Но почему? – попробовала возмутиться я. – Там же запросто можно пройти!

– Там запросто можно только напороться на проволочную сигнализацию, которую ты в темноте ни за что не увидишь. Поэтому путь у нас только один – через ворота… Зато самый простой.

Я, конечно, подчинилась, но, честно говоря, мне так и не верилось, что нельзя напрямик пройти по этой густой траве, между этими невысокими березками и сразу оказаться на территории базы, не связываясь ни с какими охранниками у ворот.

Эдик дал знак остановиться, и мы замерли за рядом густых елочек, отлично скрывающих нас от часовых, хотя стояли мы от них в каких-нибудь десяти метрах. Троянов по пьяной инерции продолжал идти, не заметив, что рядом с ним уже никого нет и он идет один. Он, по-моему, дремал на ходу.

– Куда прешь? – раздался окрик часового. – Стой! Стой, тебе говорю!

– Да он пьяный как свинья! – сказал второй часовой и крикнул Троянову: – А ну иди сюда!

Троянов крик услышал, но, кто кричит, так и не понял. Он продолжал идти в сторону ворот, но его слегка заносило вправо, а это вызвало у часовых раздражение.

Один из них выскочил вперед и ударом по шее положил Троянова на дорогу.

Это его слегка отрезвило. Он попытался встать, получил еще один удар, теперь уже по спине, и принялся лежа возмущаться.

– Как вы смеете, хамские морды! – кричал он. – Я депутат государственной… Или не государственной? Ну, какая разница! Я член Думы! Нет, «я – член» – это звучит нехорошо… А, вот! Я – депутат Думы и не позволю! Чего я не позволю? А ничего не позволю! А прежде всего вот этого… Класть меня на дорогу и наступать на меня ногами. Я требую уважения к личности. К моей.

– Слышь? – спросил один из часовых. – Чего это он несет? Он из Государственной Думы, что ли? А чего ж он тут делает?

– Может, к Шатуну приехал? – почесал в затылке другой. – Сегодня к нему много народа понаехало… Наверное, машина у него заглохла, пьяный же, может, в дерево въехал? Надо его к Шатуну отвести!

– А если левый? – спросил первый часовой.

– А если случайно забрел, мы его с обрыва столкнем, – сказал второй. – А Шатуну скажем – сам свалился, пьяный же. Стойте здесь, я отведу его к Шатуну, покажу ему эту рожу.

Он поднял Троянова за шиворот, поставил на ноги и, подталкивая в спину, повел в темноту за воротами. Троянов что-то возмущенно бормотал.

У ворот остались двое с автоматами. Эдик поднял руку и показал мизинцем и большим пальцем вправо и влево от ворот. Виктор и Иван исчезли в темноте – один справа, другой – слева.

Секунд через пятнадцать раздался легкий треск справа от ворот.

– Кто там? – спросил испуганно часовой.

– Да никого там нет! – ответил ему второй. – Хорек какой-нибудь пробежал.