Распределение богатства - Джон Джон

В статическом состоянии рабочая сила никогда не увеличивается и не уменьшается и методы, и условия производства остаются одинаковыми. Личный состав рабочей силы претерпевает изменения, происходящие по мере того, как один человек умирает и заменяется другим; но рабочая сила как таковая не испытывает изменения. Процессы и окружающие условия установлены. Здесь нет образования рабочей силы, начиная с первых ступеней, и нет изменений в ее продукте, падающем на одного человека. Тем не менее, заработки людей определяются законом предельной производительности. Это значит в действительности, что каждый работник получает то, что утратил бы предприниматель, если бы любой из работников оставил работу. Один из способов измерения этого конечного продукта труда и в то же время доведения до сознания принципа, управляющего его величиной, заключается в том, чтобы вообразить, что рабочая сила увеличивается единица за единицей до своего теперешнего размера. Каждая единица, когда она добавляется к рабочей силе, является на некоторое время предельной, и она устанавливает стандарт оплаты. Но когда поступает последняя единица, ее продукт становятся перманентным стандартом, так как рабочая сила далее уже не увеличивается и оплата людей уже не меняется. Весь этот процесс есть мнимый процесс; но он иллюстрирует два принципа, которые, взятые вместе, управляют судьбами трудящегося человечества, а именно: 1) во всякое время заработная плата тяготеет к тому, чтобы быть равной продукту конечной единицы труда; 2) этот продукт становится меньше или больше по мере того, как при прочих равных условиях рабочая сила увеличивается или уменьшается. Первый принцип статический и управляет заработной платой в каждом периоде, тоща как последний принцип — динамический и совместно с другими динамическими принципами управляет будущим рабочего класса. Простое увеличение населения, не сопровождаемое дальнейшими изменениями, оказывает обедняющее влияние. Каким же образом получается так, что продукт, вменяемый последнему работнику, устанавливает оплату всех работников? Здесь мы должны позаботиться о том, чтобы условия нашей иллюстрации были жизненными фактами. Фермер нанимает своих работников на общем рынке и платит им заработную плату в размере, который рынок некоторым путем установил. Он затем вводит своих работников на поле до тех пор, пока, согласно закону убывающей доходности, продукт конечного работника становится таким незначительным, что доставляет одну только заработную плату. Размер оплаты, нужно заметить, устанавливается, в основном, вне пределов этой фермы, и предельная производительность труда на ферме должна соответствовать этому размеру оплаты.

Как обстояло бы дело, если бы не было внешнего рынка, на котором размер оплаты мог бы быть установлен, или если бы ферма исчерпывала собою всю производственную сферу? Это предположение так упростило бы производство, что сделало бы его до гротеска непохожим на действительный мир. Однако оно самым ярким образом осветило бы закон заработной платы, действующий в действительном мире. Если бы эта ферма была изолированным обществом, не продающим своих продуктов, не покупающим других и не ввозящим труд по ценам, которые были установлены вне ее границ, то цена труда была бы установлена внутри самой фермы в зависимости от предельной производительности труда, который здесь применяется.

Возьмем, например, остров, не посещаемый кораблями и имеющий определенное количество земли и не меняющееся население; пусть он не имеет производства, с которым нужно было бы считаться, за исключением сельского хозяйства. Нет нужды доказывать, что такое состояние — воображаемое и гротескно непохоже на действительный мир. Оно, тем не менее, похоже на мир в той его жизненной особенности, что продукт, производимый конечным работником такого изолированного населения, устанавливает здесь заработную плату для всех работников. Эффективная ценность каждого работника для его предпринимателя заключается в том, что было бы утрачено, если бы он перестал работать. Эта величина — эффективный продукт любого человека в составе всей занятой рабочей силы — устанавливает стандарт, с которым обыкновенно сообразуется оплата труда. Здесь нет теперь выравнивания по внешнему рынку труда, здесь нет импорта размера оплаты, который некоторым путем установлен в окружающем мире. Мы превратили это общество в самодовлеющий мир и обнаружили, что всякий такой мир дает всем работникам в качестве естественного вознаграждения столько, сколько производит конечный работник.

Мы сделаем в дальнейшем, для полноты иллюстрации, нашу колонию похожей на мир в том существенном отношении, что она станет вполне организованным обществом. Мы сделаем ее обширной и заставим население заниматься не только сельским хозяйством, но всеми видами производства. Мы пополним колонию кузнецами, плотниками, ткачами, сапожниками, горнорабочими, печатниками и т. д. Мы доставим необходимый капитал и проследим, чтобы он принял необходимые формы. Мы обеспечим для каждого отдельного производства соответствующую часть общего социального фонда и будем тщательно придерживаться первоначально допущенного условия, что колония изолирована от всего окружающего. Она — самодовлеющий мир, и не существует никакого другого доступного мира, откуда она могла бы получить стандарт своей заработной платы. Что определяет при таких условиях уровень оплаты труда? Ясно, что предельная производительность труда, употребляемого в связи с общим фондом производительного богатства во всех филиальных группах и подгруппах или специфических производствах. Продукт, производимый конечной единицей общественного труда, устанавливает размер заработной платы.

И, действительно, нет никакого другого стандарта, к которому могло бы тяготеть вознаграждение. Когда мы говорили о фермере, получающем своих работников из окружающего района, фабрик; железных дорог и т. п., мы видели, что он платит своим работникам столько, сколько платят фабрики и т. п., и что он будет употреблять такое их количество, что последний из них, работающий на ограниченном участке земли, принадлежащем фермеру, заработает только свою заработную плату. Здесь продукт последнего работника не устанавливает уровня заработной платы, но просто согласуется с уровнем, доставленным извне. В общество же, которое является самодовлеющим, целым, уровень заработной платы не может оказаться заимствованным. Работники не могут быть вовлечены в это общество извне, и достаточно хорошая оплата не может их привлечь, так как в этом случае внешнего мира нет. Работники с самого начала находятся в обществе и должны оставаться здесь; все они должны быть использованы. Каждый из них, предлагая себя предпринимателю, может кое-что ему предложить, так как он увеличивает выработку благ в любом предприятии, куда бы он ни поступил. По известной ставке предприниматель его возьмет, и, если конкуренция абсолютна, эта ставка действительно согласуется с той величиной, которую наличие этого человека добавляет к продукту фабрики, формы или мастерской, в которой он работает. Если человек доставляет предпринимателю больше, чем он получает от него, то тем самым создается стимул для других предпринимателей пригласить его за лучшую плату. Работники в других отраслях находятся в таком же стратегическом положении и заработная плата общественного труда равна продукту его сложной конечной единицы.