Дорога на двоих - Константин Калбазов

Они, конечно, не афишировали свои планы, и об угольных копях пока мало кто знал, слухи ходили только по Збродам, а если и вышли за пределы, то не так чтобы и далеко. Все же месторождение угля — это не золото и не серебро, чтобы вызвать ажиотаж. Но Болотин не сомневался в том, что уж кронпринц-то точно в курсе событий. Возможно, они дули на воду, обжегшись на молоке, но надо исходить из худшего сценария. Да и был ли он худшим? Если только в том плане, что кто-то мог успеть застолбить этот участок раньше их.

Мало того, в своем письме Болотин высказал предположение, что обратившийся к нему инженер, скорее всего, и есть тот самый соглядатай. И последнее заявление очень походило на то, что они правы в своих предположениях. Впрочем, друзьям нечего было скрывать от властей Рустинии, никаких заговоров они плести не собирались. Пусть соглядатай, только бы не оказался дутым инженером, а хотя бы средненьким, потому что с набором специалистов дело обстояло совсем плохо.

— Кхм. Чтобы объяснить вам, я должен буду рассказать о своем прошлом, — потупившись, ответил инженер.

— Господин Заглавов, я, как и раньше, говорю, что мне нет дела до вашего прошлого, какие бы там ни скрывались скелеты. Но я должен буду выложить немалые деньги. Оружие это нелегальное, раз уж такие цены, а значит, я рискую.

— Риск минимален, а по сути, для вас его нет и вовсе. Ладно. На любом производстве имеется брак, это просто неизбежно, и уж тем более когда оборудование довольно изношенное. Достаточно сговориться нескольким лицам, и можно получать неучтенную и вполне качественную продукцию. Забракованные стволы, скобы и остальные детали сваливаются в кучу и отправляются на переплавку. Запоротые ложа и вовсе идут на дрова. Достаточно слегка превысить процент брака, и на выходе получается неучтенное оружие, которое по бумагам ушло в переплавку. У меня получалось зарабатывать около трех сотен крон ежемесячно. Неплохая прибавка к жалованью, не находите?

— То есть вы продавали на сторону брак?

— Похоже, вы меня не слушаете. Никакого брака. Просто выбраковывались пригодные образцы. Ну кто станет спорить с дотошным инженером, лично сующим свой нос в каждый угол. Я у начальства был на хорошем счету. Потом остается только отобрать из хлама помеченные мною образцы и уложить в отдельные ящики. Продукция стандартная, так что при самой скромной слесарной мастерской эти части и детали очень быстро превратятся в готовое изделие. И, прошу заметить, качественное, ничуть не уступающее тому, что прошло приемку.

— Допустим. А как с патронами?

— Тоже ничего сложного. Достаточно двух осечек на сотню выстрелов, чтобы вся партия была забракована. После выбраковки патроны разбираются, пули и гильзы уходят в переплавку, порох ссыпается и проходит дополнительную проверку, а капсюли уничтожаются. Все просто.

— То есть я куплю бракованную партию?

— Вовсе нет. Просто когда возникает необходимость в этом товаре, человек подбрасывает несколько негодных патронов при испытаниях, и, когда партия выбраковывается, она просто пропадает, проходя по документам как уничтоженная. Но это делают уже другие люди, я занимался только винтовками и карабинами. Кстати, с револьверами та же история.

— А начальник завода тоже в сговоре?

— Иногда да, иногда нет. По-разному бывает, но подобная схема работает на очень многих предприятиях.

— Но «дятличи» производятся на частном заводе.

— И что? Там все даже проще, так как всем заправляет сам владелец. Он таким образом обходит налоги. Заводчик продает тот же «дятлич» за тридцать крон, получая прибыль в чистом виде больше, чем если бы он продавал его легально. Но можно найти оружие даже ниже себестоимости, потому что воры есть и у вора, так что на этих карабинах получится сэкономить еще больше. Как вам «дятлич» по цене ворованного «балича»?

— За пятнадцать крон?

— Именно.

— Сказка.

— Быль, господин Варакин. Оружие мы вывезем и доставим на место в разобранном виде, даже в случае обнаружения — это только отдельные части, к тому же багаж можно доставлять отдельными партиями, к примеру, на трех разных пароходах и трем разным адресатам. Так что при желании никто не сможет собрать готовый образец, а значит, предъявить обвинение в незаконной торговле оружием нам будет нельзя. С патронами я советовал бы поступить таким же образом. Десяток ручных прессов, которые продаются в любом оружейном магазине, самый минимум подготовки, и мы сами сможем их крутить в любом количестве. К тому же в этом случае каждый патрон обойдется в полгнедка.

— Во что вы пытаетесь меня втянуть, господин Заглавов?

— Ни во что. Просто согласен с вашим высказыванием по поводу достойного окружения, способного сохранить нам жизнь. А еще исхожу из того, что раз уж в силу обстоятельств оказался в подобном положении, то вынужден быть с вами предельно откровенным и делать все для того, чтобы не плыть по течению, а как-то влиять на события. И наконец, уголь — это практически золотое дно, и тот, кто был с вами вначале, не будет забыт. Как вы заметили, мне нравится получать достойную плату за свои труды. Раз уж вас опасно обманывать, значит, нужно сделать так, чтобы вы сами по достоинству оценили мои таланты.

— А вы нахал. По виду и не скажешь. Порог моего дома переступил один человек, а сейчас передо мной совсем другой.

— Просто во время нашей беседы я сделал кое-какие выводы и предпочел пересмотреть свое отношение к происходящему.

— Ладно. Надеюсь, придет то время, когда вы сами захотите мне все объяснить.

Разумеется, все, что предлагал инженер, было весьма опасной авантюрой. Слово «подстава» само собой угнездилось в сознании Сергея и не желало покидать его. Но, поразмыслив, он решил, что, по сути, рискует только деньгами, к тому же на общем фоне не такими уж и запредельными. Всю аферу с оружием провернет господин инженер, ни Сергей и уж тем более Алексей к этому и близко не подойдут. А случится беда, то и отвечать будет вот этот специалист по незаконному обороту оружия. Он ему пока никто и звать его никак, чтобы лить по нему слезы. Но если инженер и впрямь проникся, то этот человек — просто находка.

Оружейник. Хм. А почему бы и нет. Сергей предложил переместиться в свой кабинет (вернее, в просторную комнату, исполняющую его роль) и там представил на суд инженера малокалиберный патрон. А ну как присоветует что дельное.

— Ничего сложного в изготовлении. Кольцевое воспламенение, прямая гильза. Правда, я встречал калибры чуть больше, но суть одна.

— У меня есть карабин под такие патроны, а вот последние практически вышли.