Олег из Иных Миров - Эмир Радригес

занимался «склеиванием зеркал». Он думал, что познав все науки – сможет заполучить полную и истинную картину мира. Как же он ошибался… И по итогу, начав свой путь с подросткового желания стать всезнающим учёным, он очутился здесь – в мрачной пещере, где-то далеко в горах, над расчерченными сложными геометрическими фигурами на полу, в окружении своих фанатичных соратников-единомышленников. Во главе собственного почти религиозного культа. Это осознание заставляло Александра хохотать. Культисты воспринимали хохот своего личного полубога, как зловещее божественное озарение, они впадали в религиозный экстаз и раскачивались в такт особенным звукам, доносившимся из навороченной системы динамиков, установленных вокруг ритуального круга для объёмного звучания. Тоже, кстати, часть Ритуала.

Вселенная открывает свои тайны только тем, кто действительно ищет, отбрасывая старые убеждения. Только те, чей разум открыт и гибок, способны заглянуть за тёмный край. Именно этим свойством обладал Свободный Человек. Потому он и был Свободным Человеком – его разум был очищен от убеждений, навязанных обществу определёнными силами. Видите ли, мир совсем не такой, каким кажется. И основной массе идиотов, населяющих эту планету, знать истинную картину противопоказано. Власть имущие, к сожалению, тоже относились к категории идиотов, но им хватило мозгов держать тайны вселенной за ширмой, обозванной «наукой» и «рациональностью»…

Джермундаев преодолел тернистый путь от воинственного «учёного» и атеиста -- до главы опасной секты, похищающей и убивающей людей для своих ритуалов. А чего ему стоил этот путь! Он чуть было не лишился рассудка. Каждое новое знание будоражило глубины души и что-то ломало внутри… Но такова была цена Истины. А Свободный Человек был готов её заплатить.

Порой даже казалось, будто ещё никто из вида сверхобезьян, именуемых человеками, не заходил настолько далеко в направлении Истины. Ведь если бы кто-то зашёл так далеко – он бы обязательно осуществил Замысел! Конечно, можно было предположить, что вся проблема в том, что каждому такому осуществителю Замысла мешало нечто из Изнанки. Или он осознаёт нечто, что заставляет его не вмешиваться в циклы? Но что же это тогда? Александр не отрицал, что всё ещё знает слишком мало.

Перед культистами на каменистом полу, в сложных геометрических фигурах, лежало творение секты. Любимое детище. Чудовище, сшитое из различных частей тела особых людей и некоторых животных. Гигантская гора трупов похищенных и убитых Котлом, над совершенством анатомии которой поработала казашка Мария, а над качеством швов – Сова.

Особенные геометрические фигуры позволяли собрать в это место наибольшее количество Изнанки. В этом помогут планеты, кометы и звёзды, в настоящий момент выстраивающиеся под нужными углами в небе, именно над этим местом. Вселенная любит углы и сложную геометрию. Геометрия, как давно понял Джермундаев – это путь в Изнанку, к другим измерениям, к тому, что нельзя увидеть ограниченными органами чувств. Он много экспериментировал с пространством. Скорость, ускорение, угловая скорость, углы поворота, геометрические формы и даже путь, проделанный материей – это всё, в определённых сочетаниях способно влиять на скорость течения времени, на проявление Изнанки или каких-либо ещё физических процессов. Определённая последовательность звуковых частот из динамиков тоже оказывала влияние на ритуал, но это было уже личное усовершенствование Джермундаева.

-- Магия жизни заключается в том, что она – тоже процесс, проявленный в этой вселенной через последовательность определённых сочетаний, -- обратился Джермундаев к своим последователям. -- Жизнь брала своё начало в Изнанке, потому она так тесно с ней связана. Но в то же время жизнь – это та часть Изнанки, которая в ужасе покинула место своего вечного заключения.

Джермундаев шагал по кромке круга, размышляя вслух.

-- Жизнь покинула Господа, Истину – называть эту суть можно по разному -- ограниченным человеческим разумом всё равно нельзя описать ЭТО… Изнанка хочет вернуть часть себя, поэтому между ней и жизнью царит война смерти. Задумайтесь – сама суть жизни – в вечном бегстве. Страх смерти, голод, вечные страдания – это всё отпечаток Изнанки. Вечный изъян. И исправить его можно лишь двумя путями…

Культисты внимательно слушали, раскачиваясь в такт неземной мелодии из динамиков.

-- Первый и самый желанный – это исправление изъяна. Отрезать пуповину матери. Вечный рай. Но рай лживый, искусственный, противоестественный. Это сладкий путь для тех, кто желает быть как можно дальше от истины…

Джермундаев окинул взглядом культистов.

-- И второй путь. Возвращение «жизни» туда, где ей и положено быть. Но это будет не просто возвращение. Жизнь уже познала нечто за пределами Изнанки и поэтому, когда две части объединятся – получится Новое. Совершенное. Истина. Это и есть Замысел.

-- Да!! – ответили культисты хором.

-- Но осуществлению Замысла мешает Олицетворение Жизни. Олицетворение всего страдания, всего ужаса бытия, всех изъянов и искажений, полученных жизнью при переходе от Изнанки в наш мир. Это моё порождение. Это мой главный грех. Но так же это – часть Замысла. Пока мы не истребим мои порождения до конца – жизнь никогда не воссоединится с Изнанкой. Мы никогда не осуществим Замысел. И циклы страданий во лжи и неведении продолжатся во веки веков. Пока не придёт следующий мессия…

Часы показывали, что время пришло. Джермундаев нажал кнопку на специальной вращательной установке, и она выстрелила вдоль одной из