Заговор в Империи (СИ) - Лямина Софья Ивановна

По его задумке мы, конечно, должны были все понять. Но в реальности мы лишь усомнились в собственных интеллектуальных способностях и разом кивнули, потому как признавать свою глупость вот после такой интонации было совсем как-то и стыдно.

— То есть, — обернувшись к растерянному Лулу, которого только что на ионы разложили, произнес Игнатище. — ты — это подогретый газ. Я еще одного такого в микроволновке сделать могу.

Ланфорд отвернулся и, потерев глаза, что-то тихо произнес, потому как было оно явно не лицеприятным.

— В то время как классические призраки состоят и эктоплазмы, которая, как уже сказала нам госпожа Залесская, выделяется после смерти из остатков души человека, Лулу состоит из чистейшего ионизированного газа, нагретого пламенем дракона при соблюдении некоторых условиях, озвучивать которые я не намерен. — продолжил Ланфорд, после чего, поднявшись и обойдя стол, взял со стеллажа у стены металлическую коробочку и, распахнув ее пошире, произнес какое-то слово, повторить которое я бы не рискнула.

— Понял, в микроволновке такое не сделать. — понятливо кивнул Игнат. — Но для чего он нужен?

Лулу, разом побледнев, взвился вверх небольшим торнадо и, обойдя весь кабинет по периметру, исчез внутри этой шкатулки.

— Над скоростью исчезновения еще придется поработать. — вынес вердикт Ланфорд и, захлопнув шкатулку, поставил ее туда, откуда взял. — Лулу уникален, но не неповторим. При должном старании империя может создать армию таких же призраков, выведенных искусственным путем. В них можно заложить любое качество и способность, которые только могут понадобиться нам. Скажите, господин Алмазов, для чего империи непобедимая, неубиваемая армия существ, которые могут полностью соответствовать запросу?

— Полагаю, не кофе варить. — хмыкнул Игнат.

— Сколько времени заняла его разработка? — вопросила я. — И насколько это вообще гуманно?

— Избавьте меня, пожалуйста, от этих речей. — усмехнулся Ланфорд. — Достаточно мнений я выслушал, когда запустил программу клонирования, но здесь идти на уступки я не намерен. Как и в тот раз.

— Да разбирайтесь сами, — отмахнулся Игнат. — у нас к вам предложение серьезнее и интереснее.

— О чем это вы? — словно предчувствуя недобрые намерения, вопросил маг, обеспечивающий имперскую безопасность.

— Да вот, — пожал плечами Игнат. — хотели поинтересоваться, когда у вас во дворце планируется ближайший масштабный бал.

Еще не зная плана, созревшего в голове, уж простите за некую тавтологию, безголового напарника, я ощутимо напряглась, прекрасно понимая, что вопрос задан не из праздного любопытства. Еще нечеткое, совсем неясное сомнение поселилось внутри меня.

Ланфорд тоже молал, не спеша отвечать на вопрос. Сначала я было подумала, что маг тое почуял неладное, но только спустя несколько минут поняла, что сам он не в курсе затеваемых мероприятий.

— Лани, ну я же предупреждал тебя за добрый месяц, что у твоего брата планируется бал в честь его скорой свадьбы. — с добрый, отеческий осуждением произнес Томас, поглядев на пожавшего плечами сына, очевидно, смутившегося внутри, но не демонстрирующего этого снаружи.

— И я в тот же день разработал план для повышения безопасности, — отозвался он.

— То есть, присутствовать ты не планируешь? — вполне очевидно возмутился Томас.

— Спешу напомнить, что ты шафер. — словно между делом и не ему вовсе, сказал император, глядя, почему-то, на меня.

— Спешу напомнить, что вашу магиню срочно вызвали к северной крепости на практику. — усмехнулся Ланфорд.

И тут стало ясно, по крайней мере мне, почему маг так ловко избегает этого бала. Похоже, что тот хотели использовать и для сватовства, да только неудачно.

— Поверить не могу, что ты так поступил с дамой! — воскликнул Томас, вперев в сына возмущенный взгляд.

— Ваша дама обучалась на боевого мага, прекрасно понимая, куда решила податься и чем ей в будущем предстоит заниматься. — покачал головой Ланфорд. — Северная крепость — лучшее место для практики, если в дальнейшем она планирует продвигаться по службе. Я дал ей билет в будущее.

— Ага, высадив с поезда потенциального брака. — хохотнул император.

— Это все, конечно, крайне интересно. — вмешался в разговор Игнат, ничуть не смущаясь прерывать. — Но мы бы хотели все же обсудить наш план до того, как приступим к его реализации. Иначе потом пенять придется только на себя. Так, говорите, у вашего Грейстока скоро бал?…

Признаться, такого не ожидала от напарника даже я. Додуматься вытворить такое, да еще на балу — это просто верх беспечности и безумства! Ни разу до этого момента я не задумывалась, почему вообще Игната опасаются даже собственные коллеги, такие же наемники с жуткими, тяжёлыми взглядами и оружием во всех местах. А теперь вот поняла.

Просто Игнат сумасшедший, вот и все.

Я была уверена, что его план не то что не оценят, а полноценным образом возмутятся им. Быть может, даже случится небольшой скандал, потому как я бы именно так и поступила. Однако вместо хорошей трепки сам император лишь задумчиво произнес, прерывая образовавшуюся гробовую тишину:

— Грейстоку об этом знать не нужно. — произнес он и, встретившись взглядом с согласно закивавшим головой Томасом, добавил: — Иначе всем не поздоровится.

На том, похоже, нам и согласовали этот план.

Глава 12

Два дня подготовки пролетели крайне быстро. Казалось, вот еще в запасе целых сорок восемь часов, чтоб все детально продумать и обеспечить безопасность на высшем уровне, ведь мероприятие состоится не где-нибудь на окраине леса, куда ни одна душенька не забредет, а в самом центре империи, прямиком в императорском дворце, где сотни гостей были важными, по-настоящему значимыми лицами для народа и эпохи. Ошибки допустить было нельзя.

Ведь всего один недочет и могло случится нечто такое, что разом, буквально в одно мгновение, лишит империю не только законной власти, но и верхушки общества: руководящих лиц, представителей культуры и просвещения, боевых магов — в общем, всех тех, без кого захватить и поработить государство будет крайне просто.

Казалось бы, мы должны были тратить это время с умом. Например, расставляя ловушки, развешивая артефакты, понавешивая охранных и защитных плетений, но вместо этого окружающие меня существа почему-то решили, что гораздо более важно сшить для меня за столь короткий срок платье. Или, быть может, таким образом они избавились от меня, отправив к швеям, чтобы не мешалась под ногами?

Кто их, отчаянных, разберет.

— Волнуешься? — раздался рядом со мной голос Игната, который, обойдя весь зал, поднялся по мраморной лестнице и сейчас стоял рядом со мной, на балкончкие, протягивая мне бокал с чем-то похожим на шампанское и оглядывая развлекающуюся под нами толпу придворных.

— Нет, — покачала я головой, нагло соврав.

— Да я тоже не волнуюсь. — хохотнул Игнатище. — Ну что может пойти не так? Подумаешь, разнесем к чертям дворец. Не наш же.

Кажется про уничтожение дворца со мной речь уже велась. Разговор на сей счет у меня уже был накануне праздника. Вчера.

Я как раз освободилась с последней примерки и направилась в главный банкетный зал дворца, где сотни швабр, салфеток и прочих чистящих средств торопливо наводили порядок, подгоняемые десятком бытовых магов.

В круглом зале, распложённом в одной из башен дворца, три стены были украшены безупречными витражными окнами в пол, которые днем рассеивали по мраморному полу бесконечное число солнечных зайчиков, а ночью, под светом яркой, почти полной луны, отбрасывали загадочные тени. Наверное, более красивого зала для торжеств я прежде не встречала. А в тот день он уже был украшен цветами, композициями из них, огнями и светом, который отражался в натертых до блеска пирамид из хрустальных бокалов и буквально ослеплял. Казалось, этому залу и вовсе не нужны ни безупречно одетые дамы, ни их галантные кавалеры, ни даже оркестр, место и инструменты для которого терпеливо дожидались своих виртуозов.