Разлом - Рия Альв

мне, чего ты боишься. – Ее глаза, зеленые, как трава, как кроны деревьев, которых в этом мертвом мире почти не осталось, смотрели на него так внимательно, что казалось, если он соврет сейчас – сгорит в их изумрудном пламени.

– Я боюсь быть машиной, боевым кораблем, – слова давались тяжело, словно и горло, и язык немели, как от действия заклятия, – я боюсь, что меня используют и выбросят. И я буду гнить где-то, искореженный, ненужный, бессмысленный. Я боюсь умереть, даже не узнав, за что сражаюсь. Я боюсь, что это случится с Фрит. С родителями. Со всеми вами. Я боюсь вернуться из школы и обнаружить вместо дома воронку от взрыва. Я боюсь и злюсь, потому что ничего не могу с этим сделать!

На последних словах горло вновь сдавил удушливый спазм, словно кто-то стиснул на нем руки. Не зная, как избавиться от этого чувства, Айвор с силой ударил по стальному корпусу. Корабль ответил глухим, ноющим скрежетом. Рука – такой же глухой болью.

– Ты не можешь? – переспросила Витар, и в голосе ее слышалась тихая угроза. – Твоя семья создала Нумерованную планету. Тебе обеспечено место в отделе по ее разработке. Твой отец – руководитель группы. В твоих силах завершить ее и закончить войну. И ты говоришь, что ничего не можешь сделать?

Отец всегда утверждал, что война закончится, как только они завершат Нумерованную планету. Его народ просто уйдет на нее, оставив противников в этом мире, – это единственный способ решить конфликт. Но Айвору казалось, что даже в другом мире война продолжится, придет за ними следом. Просто потому, что они разучились творить своими руками хоть что-то, кроме нее.

– Раньше я думала, что эта война переживет меня, – продолжила Витар, глядя на огромное тело стального кита, – так же, как пережила моих братьев и отца, как переживет мою маму. Я и сейчас иногда так думаю. Но после того как я встретила вас, у меня появились силы гнать от себя эти мысли. Я знаю, что меня не возьмут никуда, кроме академии боевых магов. Я сделала глупость, так хорошо проявляя себя на уроках боевой подготовки.

Айвор до боли сжал кулаки. Он много раз говорил Витар быть сдержаннее, спокойнее, медленнее. Но во время битвы она входила в раж. Она была так прекрасна, что Айвор сам порой засматривался. Конечно, ее будут рекомендовать в академию боевых магов. А если тебя рекомендуют туда, путь в другие академии тебе заказан. Нет ничего важнее, чем быть боевым магом. Так что, куда бы ты ни подал заявление, после получения рекомендации – везде будет ждать отказ.

– Я уже ничего не могу изменить. Действительно не могу, – говорила Витар. Или страх говорил сейчас ее голосом. – Но ты можешь. Можешь закончить Нумерованную планету до того, как я превращусь в еще один подбитый крейсер.

– Тогда я закончу академию раньше, чем ты. Экстерном. И завершу работу над планетой даже раньше, чем ты попадешь на поле боя, – не задумываясь пообещал Айвор.

– Любишь же ты словами разбрасываться, – усмехнулась Витар.

– Не веришь? – спросил Айвор немного обиженно.

– Не очень, – пожала плечами она, – но знаешь, я не требую от тебя невозможного. Так что строй свою планету столько, сколько будет нужно. Я дождусь. Обещаю.

Она улыбнулась. И от этой улыбки, и от ее обещания на душе у Айвора стало легче, ведь Витар действительно никогда не бросала слов на ветер.

Тогда – по ощущениям, столетия назад – ему казалось, что он действительно сможет выполнить обещание, так что Витар не придется выполнять свое.

Но Витар никогда не бросала слов на ветер. В отличие от него.

Окончить академию экстерном действительно оказалось несложно. Так что до того, как Витар попала на линию фронта, у Айвора было целых два года. Два года, которые он потратил практически впустую, составляя бесчисленные ряды магических формул, отметая их и создавая новые только затем, чтобы отмести и их тоже.

Айвор пытался разработать некий единый пульт управления планетой. Одно заклинание или артефакт, которое бы позволило управлять всеми процессами, следить за состоянием. Тогда, вживив его внутрь планеты, можно было бы перебираться на нее хоть завтра, а остальное закончить и отладить уже там, в мирной обстановке. Но ничего не выходило. Ничего не выходило, а время шло. Витар уже полгода как бросало по полям сражений, а он все еще не закончил Нумерованную планету. Не остановил войну.

Но каждый раз, разбитый очередной неудачей, Айвор находил в себе силы начать заново только потому, что думал о Витар, о Море, о Фолкоре. О Фрит. Хотя, по идее, думать он должен был только о Нумерованной планете, о ее нуждах и благах.

«Забыв про прошлое, посвяти всего себя будущему», – вот что всегда твердил ему отец. Ученые следовали этому принципу в полной мере. Они жили ради Нумерованной планеты. Сам же Айвор думал, что он тут единственный, кто любит что-то, кроме нее. По правде говоря, Нумерованную планету он почти ненавидел. Сложно проникнуться любовью к чему-то подобному, когда знаешь его суть.

Проект № 716 был разработан прадедушкой Айвора несколько столетий назад. На новую планету, которую так и прозвали Нумерованной, должны были переселиться все обитатели, ведь ресурсы их мира были истощены. Но потом вдруг оказалось, что места на всех не хватит. Так вспыхнула многовековая война – между теми народами, на которых места хватало, и теми, на которых нет. Конечно, в учебниках истории это преподносили не так. Там было что-то и про предательство со стороны тех, кто «не входил» на планету, и про их диверсии, и еще про что-то. Но по факту группка чиновников и ученых просто решила, кому жить, а кому умереть. И теперь Айвор должен был продолжить их дело.

Отец заверял, что каждый, кто умер на этой войне, переродится в новом мире вне зависимости от стороны. Каждое живое существо – это энергия. Именно энергия делает живое живым. И Айвор подсмотрел структуру заклинания, собирающего энергию. По сути, оно являло собой огромную перерабатывающую машину и одновременно аккумулятор. Часть энергии оно действительно отправляло на новую планету, где к ней подключались алгоритмы, добраться до которых Айвор уже не смог. Они должны были воссоздавать тело и вживлять в него энергию (не ученые назвали ее «душой») обратно.

А другую часть энергии заклинание отправляло на питание планеты. Могло ли заклинание разграничивать стороны? Вполне. По крайней мере, в его цепочке было несколько непонятных Айвору формул. Так что не факт, что