Остров мечты - Джози Литтон

Он улыбнулся, касаясь губами ее горячих губ.

– Да уж, это ты сделала, – шепнул Алекс в ответ.

– Это так просто… и так приятно… – Джоанна отпустила руку Алекса и, опасаясь, как бы он не оттолкнул ее, обняла его за шею. – Я не могу больше терпеть.

– Джоанна… – Он обхватил ее талию, честно надеясь отстранить Джоанну, но вместо этого руки сами прижали ее к его плоти. Алекс чувствовал себя совершенно беспомощным. Беспомощным! Он, человек опытный и дисциплинированный! Это казалось ему нелепым, однако то, что он на время утратил над собой контроль, принесло ему громадное наслаждение.

Алекс откашлялся. Помолчал и снова кашлянул. Господи, как хорошо чувствовать рядом ее тело. Нет, он должен справиться с собой, должен совладать с бурлившей в нем страстью.

– Джоанна, тобой движет отчаяние, – наконец заговорил Алекс. – Но я тебя понимаю. Ты боишься за своего брата, думаешь только о том, чтобы найти его. Жизнь кажется тебе тусклой, но позднее ты пожалеешь о… – Он неожиданно замолчал.

Никакой силы воли не хватит, если женщина начинает осыпать его шею и подбородок легкими поцелуями. Ее груди под тонкой тканью прижимались к его груди, дразня Алекса. Его руки сами скользнули ей на бедра. Сквозь одежду он чувствовал нежность ее кожи, жар ее тела, сгорающего от желания.

– Я ни о чем не пожалею, Алекс, – шептала она хрипло. – Ни о чем. – Ее руки лихорадочно гладили его спину, плечи. – Я нашла тебя и, кажется, саму себя.

Долг, этот холодный советчик, попытался еще раз робко подать голос, но безуспешно. Алексом завладели иные силы. Наклонившись к Джоанне, он впился в ее губы страстным поцелуем, а потом бережно уложил ее на землю, на прохладное ложе из мха, благоухающего земными соками. Джоанна улыбаясь смотрела на него, в ее глазах отражался серебристый свет луны. Но тут по небу поползли облака, и они остались в темноте.

– Мы не будем спешить, – проговорил Алекс, глядя на нее сверху вниз и удерживая вес собственного тела на руках.

– Не будем? – улыбнулась Джоанна, лаская его. – Да мне кажется, что я всю жизнь ждала тебя, а ты предлагаешь не спешить.

Алекс резко вдохнул и медленно выдохнул, а потом так выразительно посмотрел на Джоанну, что у нее перехватило дыхание.

– Не стоит говорить такие вещи в эти мгновения, – сказал он.

– Ох, прости меня, – тихо засмеялась Джоанна. – Я склоняюсь перед твоей мудростью. – Смех переполнял ее, крохотные пузырьки счастья рвались наружу из ее тела, изнывающего по его ласкам, жаждущего того, что вот-вот должно случиться. На Алексе была всего лишь короткая тупика, и она могла легко снять ее. У Джоанны было чувство, что она способна летать. Его кожа была такая горячая, и когда Джоанна вновь коснулась ее, Даркурт вздрогнул всем телом.

– Господи, женщина, ты не соблазнишь меня!

Джоанна взяла его лицо в ладони и прижалась грудью к его груди, щекоча его сосками.

– Уже почти соблазнила, так что тебе остается только присоединиться ко мне, – прошептала она. – Это будет справедливо.

– Уже? – Алекс улыбнулся. – Надеюсь, ты все же невинна.

Джоанна замерла.

– Ты сомневался в этом?

– Мне приходило в голову, что это было бы славно, если бы ты не притворялась моей любовницей.

– Но я по-прежнему должна называть тебя креоном, хозяином, – улыбнулась в ответ женщина.

– Это уже не важно. – Алексу казалось, что его голос звучит где-то далеко. У нее была такая мягкая кожа, ее прикосновения доводили его до исступления. Схватив подол ее плаща, Алекс обнажил длинные стройные ноги Джоанны. Она инстинктивно развела их в стороны, освобождая для него место. – Я должен видеть тебя, – простонал он, – прикасаться к тебе.

– Я тоже. – Джоанна села, помогая Даркурту раздеть себя. Водопад золотых кудрей рассыпался по ее плечам.

– Как ты красива! – прошептал Алекс, касаясь их. Он знавал много женщин, но ни одна из них не была так хороша, как Джоанна. Он хотел ее не только физически, нет, его желание было куда больше. А сейчас… Сейчас он хотел овладеть ею на постели из мха, под ночным небом.

Джоанна села на его колени.

– Вообще-то я женщина терпеливая, но не до такой же степени. – С этими словами она сорвала с Даркурта тунику и отбросила ее в сторону. – Боже мой! – Ее восхищенный взор пробежал по его телу. – Ты… ты великолепен.

Алекс был польщен.

– Ты не должна бояться меня, Джоанна, правда, – сказал он, радуясь тому, что Джоанна не видит в темноте, как он засиял от ее похвалы.

Она осторожно провела рукой по его подбородку.

– Я бы не пришла сюда, если бы опасалась чего-то, – проговорила она.

Даркурт привлек ее к себе, его сильные руки ласкали ее груди, спину, ягодицы. Потом он стал осыпать ее тело поцелуями, и когда дошел до самого сокровенного места, она застонала:

– Я не могу больше…

Алекс приподнял голову и с улыбкой посмотрел Джоанне в лицо.

– Не можешь? Да мы же едва начали.

Впрочем, он и сам чувствовал, что долго этой сладкой пытки ему не выдержать. Джоанна была готова к самому главному, а потому, приподнявшись, он рывком вошел в ее нежное лоно. Она тихо вскрикнула от неожиданной боли, которая тут же забылась, унося Джоанну в океан бурной страсти. Их тела закачались в древнем, как мир, ритме любви, и вскоре оба вознеслись к сверкающим высотам наслаждения.

Луна поднялась еще выше, когда Джоанна вновь обратила на нее внимание. У нее было такое чувство, будто она совершила долгое путешествие в какую-то неизвестную ей доселе реальность, где сон переплетается с явью.

Так ли это?

Правда ли, что она спустилась на берег, нашла Алекса и попросту… соблазнила его? Неужели она действительно забыла об осторожности, о здравом смысле, которым была наполнена вся ее прошлая жизнь, и вела себя вызывающе? Да, неужели ее поведение было таким, что иначе как скандальным его не назвать?

С каждым вдохом Джоанна понимала, что именно так оно и есть. Более того, ей это очень понравилось.

Джоанна, еще не пришедшая окончательно в себя, улыбнулась. Алекс лежал рядом, жар его кожи удивительно контрастировал с ночной прохладой. Она повернулась к принцу, взглянула на него и почувствовала ставшее уже знакомым ей возбуждение – такое же, как то, что недавно привело их к взрыву страсти. Страсть и восхищение, любовь и уважение, что еще ей придется познать?

…Ей вспомнилась мать, стоявшая в большом хоукфорт-ском холле в легком белом платье, с которым играл рвущийся в двери ветерок. Чудесный летний день, ничто не говорит о близящейся беде.

Ее отец, высокий и красивый, нежно обнимает жену. Их фигуры чуть покачиваются в солнечном свете.

Живи со мной и будь моей любовью,Мы познаем все удовольствия,Которые дадут нам долины, рощи, холмы, поля,Леса и крутые горы.

Опять Марло! Ее отец очень любил обреченного писателя, погибшего в трактирной драке много лет назад. Смерть часто приходит слишком рано, проникает в ясные, солнечные дни, заглядывает в самые неприметные уголки…