Полёт феникса (СИ) - Архангельская Мария Владимировна

— Посмотрите повнимательней, господин Тэн, — сказал Тайрен. — Вы узнаёте этого человека?

— Э… Нет, ваше величество.

— В самом деле? А разве это не вы купили его из числа пленных, которых я привёл с собой из последнего похода?

— Ваше величество, — после секундного вглядывания в незнакомца ответил заместитель, — покупкой рабов, как и наймом слуг, занимается мой управляющий. Быть может, этот человек и служил в моём доме, но я его не помню. Он чем-то провинился? В таком случае я нижайше прошу прощения и разрешения возместить причинённый им ущерб.

— О да, он провинился. Он был взят с поличным в Лотосовом квартале при попытке убить одну из прислужниц в доме "Зовущих красавиц".

— Каков злодей!

— И при нём было найдено вот это оружие, — Тайрен снова посмотрел на господина Цза, и тот с поклоном поднёс на небольшом подносике кинжал с коротким загнутым лезвием и простой, кажется, бронзовой рукоятью. Я наклонилась вперёд, всматриваясь. Кинжал больше напоминал стилет — благодаря полузабытой реконструкторской тусовке я немного подковалась в холодном оружии. Клинок был в сечении круглым, с остриём, но без боковых лезвий.

— Экзотическая вещица, — светским тоном продолжил Тайрен. — Кажется, такие используют южные варвары-моу. Следователи, ведшие дело об убийствах в Лотосовом квартале, уверены, что все жертвы были убиты этим кинжалом — или точно таким же.

В комнате повисла тишина. Заведующие отделами переглянулись.

— Что скажете, сановник Тэн?

— Ваше величество, что же ваш слуга может сказать? — развёл руками сановник, державшийся, надо сказать, с полным самообладанием. — Если этот человек убийца, то… Слуга не смеет задавать вопросы…

— О том, почему был арестован Цзоу Риад? Что ж, как ни прискорбно, непогрешимых нет, и Судебное министерство порой допускает ошибки. Но Небо даёт нам возможность их исправить.

— Хвала Небу! А этот… человек… он говорит что-нибудь?

— Увы, пока молчит, — с явным сожалением ответил Тайрен. — Но времени с его ареста прошло мало, и следователи ещё не испробовали всех методов допроса, так что посмотрим, насколько его хватит. Но время идёт, кровь убитых вопиет. Потому я и спрашиваю вас.

— Меня, ваше величество? Но… при чём тут ничтожный? Виновен этот человек в тех убийствах, или нет, я признаю свою части вины за его поступки, но…

— Это похвально, что вы признаёте свою вину, — с нехорошей улыбкой перебил его Тайрен, махнув рукой окружавшим бывшего военнопленного стражам. — Сэкономим время Судебному министерству и Цензорату. Сегодня утром, когда вы отбыли на службу, чтобы собрать сих достойных сановников и подать жалобу на вашего начальника, следователи наведались в ваш дом и допросили слуг. Многие из них оказались куда разговорчивее этого раба. Допросы ещё продолжаются, но предварительная картина уже ясна. Особенно ценные сведения дал ваш управляющий, я даже думаю, не сделать ли ему послабление… Хотя он безусловно виновен хотя бы в том, что не донёс.

Вот теперь заместитель Тэн побледнел. Стража вывела арестанта, и двери успели закрыться, пока хвативший ртом воздух сановник сумел выдавить:

— Мои слуги арестованы?!

— Некоторые из них, — кивнул император. — Благодаря им выяснились интереснейшие подробности. Например то, что перед каждым убийством вы отправляли убийце посланца. Нет, сами вы с ним не общались, так что с чистой совестью можете поклясться, что не отдавали ему приказов. Но можете ли вы сказать, что вообще не приказывали никого убить? О, к слову сказать, ваш племянник, который пил с Цзоу Риадом накануне ареста последнего, тоже схвачен. Давайте поспорим, как скоро он признается, что напоил приятеля до невменяемого состояния по вашему приказу, и даже, быть может, что-то добавил ему в вино, а потом оттащил туда, куда ему было сказано?

Я с невольным уважением глянула на мужа, впечатлённая такой оперативностью.

— Ваше величество!.. — сановник Тэн упал на колени, ткнувшись лбом в пол. — Я не смею спорить с вашим величеством, однако…

— Однако?

— Мои слуги оговорили себя и меня, или были подкуплены! Ваше величество, должно быть, кто-то давно плетёт сети против вашего ничтожного слуги, и вот теперь вылил на меня чёрный горшок клеветы перед лицом Сына Неба! И теперь я стою под остриём и могу лишь уповать на справедливость и прозорливость вашего величества!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— И кто же, по-вашему, на вас клевещет?

— Ничтожный не может знать, но как у вашего величества есть враги, так есть враги и у ваших верных слуг, мечтающие, чтобы от нас и пластинки лат не осталось, — сановник поднял голову, не изменив положения тела, так что я невольно подивилась гибкости его шеи. — Должно быть… должно быть, это кто-то из Судебного министерства. Раз он может навязать допрашиваемым нужные ему показания.

— А кстати, о Судебном министерстве, спасибо, что напомнили. Не объясните ли вы, зачем вам понадобилось подкупать начальника министерской тюрьмы, когда вы навещали его, поздравляя с рождением внука?

— Ваше величество! — почти прорыдал несчастный заместитель. — Неужели теперь даже вручение подарков будет поставлено в вину этому ничтожному?

— Смотря, с какой целью подарки вручаются. Начальник тюрьмы уверяет, что вы уговаривали его отпустить преступника — скажете, тоже клевета?

— Разумеется!

— Как интересно, все только и делают, что на вас клевещут. С чего бы это вдруг?

— Ваше величество, я могу лишь гадать, за что меня так ненавидят, что и попытку побега Цзоу Риада вздумали приписать мне!

— Попытку побега? — Тайрен никак не выделил первое слово, однако сановник Тэн застыл, открыв рот. Потом закрыл, медленно выпрямился и сел на пятки, сложив руки на коленях.

— Любопытно. Я-то полагал, что вы действительно купились на наше маленькое представление, сановник. Но вы оказались то ли ещё наглее, то ли ещё глупее, чем я о вас думал.

Тэн молчал. Как ни странно, но его лицо опять стало спокойным — тем спокойствием, которое осеняет людей, принявших неизбежное.

— Пусть обвиняемый на самом деле не бежал, и вы это знали, но, должно быть, непросто вот так взять и остановиться, уже почти добившись цели. Тем более что начальник тюрьмы не был арестован, и вы решили, что он вас не выдал. И правильно решили, так что я им ещё займусь. Вы думали, что я не захочу терять лицо и брать свои слова обратно, раз уж объявил о побеге преступника? Или… вы, наверное, и не возражали б, если молодого господина Цзоу оправдали, в конце концов, вы ведь ничего против него не имели, вам было нужно лишь стащить с лошади его отца? И если успеть принести жалобу сейчас, пока оправдание ещё не состоялось и общественное мнение настроено против этой семьи… да, у вас был шанс на успех. Что скажете?

— Ваше величество, — даже чуть торжественно произнёс сановник Тэн, — раз уж меня постигла такая злая судьба, могу сказать лишь одно: вверяю себя в руки правосудия вашего величества.

— Пусть будет так, — кивнул Тайрен.

Арестованного сановника увели, за ним тихо ушли заведующие, сперва подтвердив на язвительный вопрос Тайрена, что жалоб больше не имеют. Последним вышел евнух Цза, оставив нас с мужем наедине.

— Тайрен, ты же сказал, будто начальник тюрьмы свидетельствовал против заместителя Тэна, — сказала я. — А теперь выясняется, что он его не выдал?

— Я блефовал, — безмятежно улыбнулся Тайрен. — И он купился. Собственно, что начальник тюрьмы тоже был подкуплен, предположил Кей, и я до сих пор не знаю, прав ли он. Эта падаль прокололась лишь на знании о том, что побег не состоялся, должно быть, его люди следили снаружи. Следствие ещё далеко от завершения.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Но Кей всё равно молодец. И ты тоже.

— А то ж! Повезло мне с другом, верно?

16

На Ло поглядите, как воды реки Разлились широко и как глубоки… Не так ли является нам государь? И полное счастье и благо при нём. Да здравствует царь наш, на тысячи лет Он царство своё сохранит и свой дом! Ши Цзин (II, VI, 9)