Дальние континенты - Тильда Гир

- Вспомни... кем был твой отец?

- Я не знаю, - ответил эливенер. - Я сирота. Меня воспитало Братство Одиннадцатой Заповеди.

- И ты никогда не интересовался, кто породил тебя на свет?

- Мне сказали однажды, что моими родителями были обычные северяне из Республики Метс, но они оба умерли, когда я был еще младенцем.

- Тебя удовлетворил такой ответ? Ты никогда не пытался узнать больше?

Брат Лэльдо задумался. Он и в самом деле никогда не расспрашивал тех, кто его растил и воспитывал, о своих родителях. Почему? Ведь для ребенка естественно желание узнать, кем была его мама. И отец. Но у Лэльдо таких вопросов не возникало. Лишь теперь он понял, что тут что-то не так. И спросил:

- А ты знаешь, кем они были, мои родители?

- Думаю, что знаю. Но об этом позже. Скажи, ты никогда не испытывал странных ощущений - например, словно все энергии в твоем теле разом устремились вверх, и ты вот-вот оторвешься от земли?

Брат Лэльдо подумал. А ведь и в самом деле, однажды такое случилось.

- Да, один раз было так, - ответил он.

- Когда? Где ты находился в тот момент? С чем это было связано?

- Я тогда размышлял о неустойчивости всего материального. Я был один, в лесу, на пути в Центральное Аббатство. Я остановился отдохнуть и сидел под деревом на краю поляны, просто смотрел по сторонам и думал о том, что любой предмет этого мира имеет начало и конец, и что гибель одних вещей и существ приводит к рождению других. Если срубить дерево - можно сделать из его ствола какую-то вещь, или сжечь его, и тогда останутся зола и угли, они удобрят землю, на ней вырастут другие деревья... ну, в таком вот роде. А потом вдруг мне показалось, что я вот-вот взлечу.

- Что ты почувствовал в тот момент?

- Я удивился и испугался. И постарался остановить рвущийся вверх поток.

Старец помолчал, потом вдруг спросил:

-Тебе легко давалась учеба?

- Да, очень легко, - кивнул эливенер, вспоминая, как он без труда запоминал все, что объясняли ему старшие братья, - но его никогда не хвалили за это, словно так и должно было быть.

- Да, они тебя не хвалили, - сказал старик, услышавший эту мысль. Они боялись породить в тебе гордыню. Потому что твоя кровь двойственна, а жители этой планеты склонны к самовозвышению и самовосхвалению

- Моя кровь двойственна?...

И вдруг брат Лэльдо все вспомнил. То есть он не знал, воспоминание ли это, - но он увидел перед собой своего отца и свою мать. И ахнул. Перед ним в сизом тумане стояла необыкновенно красивая стройная северянка, а рядом с ней - улыбающийся брат Альдо, его главный наставник и учитель...

Дым сгустился, в его запахе прорезалась острая нота, колющая, бередящая душу... брат Лэльдо закрыл глаза, пытаясь справиться с волнением, но вдруг понял, что обеспокоена и растревожена лишь самая поверхность его сознания, а в глубине по-прежнему царит покой... так бегущие по поверхности моря волны не в состоянии нарушить недвижность гигантских толщ воды, лежащих под ними...

Не открывая глаз, продолжая прислушиваться к себе, он тихо спросил:

- Зачем это?

Он уже знал, кто перед ним. Нет, не тот великий Учитель, о котором рассказал ему отец, - но просто один из них самих, пришедших на Землю тысячи лет назад, пришедших только потому, что их влекло холодное научное любопытство.

- Это был наш последний эксперимент, - прозвучало из дыма, ставшего белым и плотным, как утренний туман на болотах. - И мы думали, что он не удался. Но ты проснулся все-таки. И проснулся после того, как тебя провели сквозь Стену.

Снова воцарилось молчание - долгое, но легкое. Лэльдо размышлял, пытаясь соединить воедино оборванные нити памяти, сложить нечто цельное и понятное из событий своей жизни... и ему это удалось.

- Но разве Стена поставлена не тобой? - задал он очередной вопрос.

- Нет.

- Тогда что она означает?

- Я не знаю. Стена возникла как бы сама собой, но я подозреваю, что это не так. Кто-то воздвиг ее. Может быть, один из нас, явившихся из далекой галактики. А может быть, те, которые живут далеко на севере этого континента. Местные называют их Другими Людьми.

- И кто же они?

- Они отказываются говорить со мной. Но они земляне. Какой-то новый вид, возникший после ядерной катастрофы.

- Но с тех пор прошли тысячи лет! А Стена, как я понял, существует не так уж давно.

- Верно. Стена возникла около тысячи лет назад. И я хочу, чтобы ты помог мне разобраться в этом. В тебе земная кровь, и возможно, они примут тебя за своего. Видишь ли, Стену необходимо убрать. Она мешает естественному ходу развития в этих краях. Ты сам видел здешних людей. Они стремятся истребить любую мысль, не похожую на их собственную. А если им придется жить бок о бок с лесными обитателями - они поневоле изменятся.

- Но они начнут убивать... а кроме того, мне говорили, что по эту сторону Стены есть опасные существа, упыри.

- Да, верно. Но упыри были всегда, и до ядерной беды, и после нее. И люди умели справляться с ними. Так пусть научатся снова. В ваших краях разве мало хищников?

- Сколько угодно, - усмехнулся Лэльдо.

- Разве они мешают вам жить по-своему?

- Конечно, нет. Мы сражаемся с ними... а ведь многие из них обладают ментальной силой. Да, ты прав, конечно. Люди здесь закисли. Им необходима встряска. Но...

Брат Лэльдо снова замолчал и снова прислушался к себе. В нем происходило что-то странное. В нем бродили новые энергии, о существовании которых он ничего прежде не знал, - а сейчас он не знал, как управлять ими... но почему-то был уверен, что научится, и очень скоро научится. Старик терпеливо ждал, глядя на Лэльдо сквозь густой дым. Старый пришелец радовался тому, что происходило на его глазах. Ведь когда его соотечественники решили рискнуть и произвести на свет ребенка от земной женщины, они не были уверены, что их расчеты верны. Некоторые считали, что вообще ничего не выйдет, хотя в принципе их расы были родственными друг другу. Но те, кто не сомневался в том, что ребенок все же появится на свет, не знали, передастся ли малышу особый дар пришельцев... или его заглушит простая материнская наследственность. А на деле получилось нечто третье...

Брат Лэльдо обладал собственным даром - и схожим, и не схожим с даром его отца. Но до сих пор он казался самым обыкновенным человеком, хотя и чрезвычайно способным. Лишь одно обстоятельство четко говорило о наличии инопланетной крови: внешность. Брат Лэльдо прожил на свете уже больше ста лет, но с виду ему было тридцать. Но этим дело и ограничивалось. И вдруг...

Старик знал, что брат Лэльдо внутренне проснулся в тот момент, когда его, сонного, провели сквозь Стену. Старик ощутил, как что-то дернулось и вспыхнуло в глубине ума молодого эливенера, но не знал, что это такое, потому что проснувшаяся в Лэльдо энергия слишком отличалась от всех известных ему. И он не знал, почему именно Стена инициировала эту силу. Он вообще ничего не знал о природе Стены, хотя уже много десятилетий изучал ее и пытался уничтожить. Стена родилась как бы сама собой, но старик подозревал, что это не так. Однако Другие Люди с далекого севера отказывались отвечать на его вопросы. Но теперь пришел вот этот юноша...