До ее смерти осталось сто дней (СИ) - "Mia_Levis"

Гермиона кивнула и вышла - понимала, что больше ничего не узнает. Теперь тревога стала мучительнее вдвойне: она бы хотела не беспокоиться о Драко, но не могла. Погруженная в свои размышления, она почти не смотрела по сторонам, хотя раньше думала, что после возвращения будет с восторгом рассматривать каждый коридор Хогвартса. Иногда ей встречались знакомые - они удивленно пялились ей вслед, но пока приходили в себя, Гермиона успевала пройти мимо, сухо кивнув. Ей сейчас не до болтовни - у нее осталось две недели, чтобы размотать запутанный клубок тайн.

***

- Гермиона, - улыбка Гарри была такой искренней, а объятия такими крепкими, что Гермиона и сама невольно заулыбалась. Как же она, оказывается, соскучилась! - Мы тебя не ждали еще две недели. Все хорошо?

- Да, не переживай, - отмахнулась Грейнджер. - Лучше скажи, как ваши дела? Где Рон?

- Рон… - стушевался Гарри. Продолжать не было необходимости, по его реакции все стало ясно. Но он все же виновато, словно заранее извиняясь за свое лукавство, сморщился и сказал: - Бродит где-то.

- С Браун? - хмыкнула Грейнджер. Гарри отвел взгляд - он, бедный, сейчас разрывался между двумя друзьями. - Ладно, Гарри, не бери в голову. Это не главное сейчас. Давай сядем?

- Хорошо.

Они опустились в кресла возле камина. Жар огня согревал, накатывала сонливость и несколько минут они оба молчали - их никогда не тяготила тишина.

- Я не вернусь в Малфой-Мэнор. По крайней мере, до тех пор, пока профессор Дамблдор не объяснит мне, какой в этом смысл, - заговорила Гермиона. Гарри взглянул на нее внимательно, а потом понимающе кивнул.

- Что-то затевается, - тихо произнес он. - На каникулах. Возможно, как раз на Рождество. Дамблдор попросил меня остаться, я согласился.

- Даже этого он мне не сказал! - воскликнула Гермиона. - То есть, тебе можно рисковать, а мне что - отсиживаться где-то? Из-за того, что он почему-то решил, что в Хогвартсе я могу погибнуть.

- Герми, тебе бы и правда не рисковать. Я бы не хотел, чтобы с тобой что-то случилось, - после смерти Сириуса Гарри стал осторожнее. Он все так же рисковал собственной жизнью, но Гермиона замечала, как он беспокоился о ней и семье Уизли - слишком мало осталось у него близких, слишком болезненно и свежо было воспоминание о потере.

- Гарри, я там не могу больше, понимаешь? - смотря в огонь, прошептала Гермиона. - Я слышала, видела, как там умирали люди. В последний раз это была девушка, маглорожденная. Они ее…

Гермиона всхлипнула, обняла себя за плечи. Эти переживания с Драко помогали ей отвлечься последние дни, но теперь воспоминания о той кошмарной ночи навалились вновь. Гарри подошел к ее креслу, кое-как втиснулся рядом, обнимая ее и укладывая головой на свое плечо - было тесно, но зато тепло и спокойно.

- Все, Герми, все. Успокойся. Этот ублюдок Малфой… Как вы уживались? Он ведь тоже в Хогвартсе, ты знаешь? Я спрашивал у него о тебе, но от него разве добьешься?

- Все хорошо, Гарри. Правда. Драко Малфой может быть нормальным.

Поттер недоверчиво хмыкнул, но спорить не стал. Если бы тут был Рон, то наверняка бы возмущался оттого, что Гермиона дала такую лояльную характеристику их главному школьному врагу. Но Гарри понимал, что сейчас это не главное.

- Ты рассказывала Дамблдору об этом?

- Мне кажется, что он и без меня все прекрасно осознает, - отмахнулась Гермиона. - Гарри, я хочу узнать, что он скрывает. Мне кажется, я имею право знать, если это касается меня.

- Имеешь, - кивнул Гарри. - Но я сомневаюсь, что у Дамблдора удастся что-то узнать.

- Так что же нам делать? - вздохнув, безнадежно поинтересовалась Гермиона. Как же невообразимо она устала!

- Придумаем что-то, - уверенно заявил Гарри. - Я тоже считаю, что мы имеем право владеть информацией.

Они поговорили еще несколько минут - и тут наконец-то вернулся Рон. Он не сразу заметил их: что-то шумно рассказывал, смеялся. Лаванда Браун тоже хихикала, то и дело порывалась обнимать Рона. Гарри возле Гермионы напрягся, демонстративно покашлял, привлекая внимание.

Рон взглянул на него, улыбка освещала его лицо еще несколько секунд. А потом, когда он понял, что Гарри не один, она угасла, съежилась так быстро, словно тлеющий в пламени бумажный лист.

- Гермиона? - тихо произнес Рон. Лаванда настороженно выглядывала из-за его плеча, и Гермионе вдруг захотелось смеяться. Они пялились на нее так, будто ожидали взрыва, истерики, опасались, что вот сейчас она достанет волшебную палочку и проклянет их.

- Привет, Рон, - мягко произнесла Гермиона. Странно, но и его она была рада видеть - ее милого, неловкого Рона. Он вытянулся, раздался в плечах - квиддич явно пошел ему на пользу.

- Привет. Как ты?..

- Я пойду, - вклинилась Браун. Надо же - какие-то представления о тактичности были и у нее. - Спокойной ночи. И… с возвращением, Грейнджер.

Гермиона только улыбнулась скупо и холодно - еще одно малфоевское умение - и кивнула. Гарри удивленно хмыкнул и покосился на Грейнджер, одним взглядом спрашивая, стоит ли ему оставить их с Роном наедине. Гермиона отрицательно покачала головой; сейчас ей не хотелось разбираться в личных вопросах. Хотя этот разговор и был неминуем…

***

- В Малфой-Мэноре завтрак гораздо позже, - подавив зевок, пожаловалась Гермиона. Они медленно двигались в столовую в общем потоке галдящих учеников. На Гермиону то и дело обращали внимание: еще бы, после исчезновения на несколько месяцев некоторые и вовсе стали сомневаться, что она вернется. Но с расспросами никто не лез - по крайней мере, пока.

- Этот выскочка, кстати, тоже здесь, - произнес Рон, вертя головой из стороны в сторону. Кого он высматривал - Драко или Лаванду? - Гермиона не знала и не стремилась узнать.

- Я знаю.

- Так ты вернешься вместе с ним? - поинтересовался Рон.

- Нет, я же говорила. Пока я собираюсь остаться в Хогвартсе. Столько упустила.

- Не думаю, что все так плохо. Ты же и в Мэноре только и делала, что училась, - в голосе Рона сквозило какое-то легкое пренебрежение. Вряд ли он это осознавал, просто действительно считал, что Гермиона корпела над учебниками, в то время как в школе бурлила жизнь - учеба, квиддич, свобода без ее постоянного контроля. А еще война, конечно! Как же можно было забыть о грядущей войне и их в ней непосредственном участии?

“Не только училась”, - с какой-то необъяснимой злостью подумала Гермиона. Но не сказала ничего - сдержалась.

В столовой Грейнджер стоило невообразимых усилий, чтобы не бросить ни единого, даже мимолетного взгляда на слизеринский стол. Она стойко держалась: разговаривала с Гарри, улыбалась - выглядела вполне счастливой и спокойной. Но внутри - как же все переворачивалось у нее в душе! Ведь она чувствовала его взгляд - так же, как чувствуешь непреодолимое приближение бури. Словно ее било током - слабыми и частыми разрядами. Она пыталась поддерживать разговор, но, ответив несколько раз невпопад, замолчала и принялась без аппетита поглощать содержимое тарелки. Вкуса она не чувствовала, но встать и уйти сейчас, когда все только расселись - нет, на это она точно не могла решиться!

- Малфой так смотрит на тебя, - прошептал Гарри, склонившись к ее плечу. Его глаза за стеклами очков выражали… сочувствие? Но почему? Неужто выражение ее лица выдает все эмоции?

- Да? - удивление получилось уж слишком наигранным. Гермиона как можно безразличнее пожала плечами и принялась с удвоенной энергией расчленять собственный завтрак.

Но, вопреки ожиданиям, Драко не подошел к Грейнджер ни после завтрака, ни потом. Она посещала занятия, отвечала на вопросы друзей и преподавателей, улыбалась, улыбалась, улыбалась, но буря внутри не утихала. Гермиона не хотела признаваться в этом и сама себе, но она ожидала от Драко большего, чем испепеляющий взгляд! В какой-то момент ей ведь искренне начало казаться, что она ему интересна! Наивная, глупая девчонка…

- Так и знал, что найду вас здесь.

Они с Гарри как раз шли из библиотеки, когда в коридоре их перехватил Рон. Он весь день был словно на иголках, посматривал на Гермиону подозрительно. Пытался, видимо, понять, насколько много ей известно о его интрижке с Лавандой Браун. И вот сейчас он решился на серьезный разговор; Гермиона все еще могла читать все его эмоции, как открытую книгу.