Дочь алхимика на службе у (лже)дракона - Яна Завгородняя

Возница цыкнул.

– Он перепрятал их, – парнишка одарил улыбкой очередную околдованную им деву. – Заметил слежку и перенёс в другое место. Котеб ему помог.

Товарищ насупился.

– Почему вы мне не сказали?

– Тебе не до того было, ты оплакивала свои волосы.

Пухлощёкий упал на стог сена, издав отчаянный вой.

– Наир ещё не видел меня такой. А когда увидит, передумает со мной бежать. Зачем я ему теперь нужна? – в голосе уже прорывались всхлипывания.

– Не шуми, – процедила Калли сквозь зубы оборачиваясь. – Нас могут услышать. Любят не за волосы.

Неожиданно позади раздался бойкий женский голос.

– Эй, красавчик, ты чей такой ладненький? Я тебя у нас раньше не видела.

Возница и его товарищ испуганно обернулись. Пришлось остановить ослика. От крыльца цветочной лавки к ним неспешным шагом плыла женщина в чёрно-красном одеянии, призывно виляя бёдрами. Остановившись, она оперлась рукой о край телеги, чем качнула её, заставив пассажира схватиться за другой край, чтобы не упасть.

– Мы не местные, госпожа, – проговорила Калли, стараясь понизить голос.

– Не местные? – переспросила та, растягивая слова. – Откуда же вы, если не секрет? – Теперь она одинаково оценивающе разглядывала обеих. Со стороны девушки, решившие прикинуться юношами, и впрямь выглядели как неопытные парни, впервые повстречавшие женщину с интересом в их сторону. И как всякие молодые люди, смущались и заикались.

– Как тебя зовут, малыш? – спросила она Калли прищурившись. В разрезе платка, прикрывавшего лицо, сверкнул озорной огонёк карих глаз.

– Сагиил, – глухо ответила девушка.

– Какое красивое имя, Сагиил. Откуда ты?

– Мы с другом из Персеполя, – Калли глянула на Мессиму в поисках поддержки. Приезжали сюда торговать керамикой. Теперь возвращаемся домой.

– Как жаль, – простонала женщина. Она прошлась вдоль повозки и встав ближе к перепуганной Мессиме, обратилась к ней. – А как тебя зовут, ангелочек?

– М-м-мехди, – выдавила она из себя.

Женщина рассмеялась.

– Чего же ты так испугался меня, Мехди? – спросила она, прикасаясь ладонью к пухлой щеке. Мессиме пришлось приложить недюжинные усилия, чтобы сдержать порыв взвыть. – Мальчики, не желаете ли зайти ко мне, выпить кофейку на дорожку? До Персеполя путь неблизкий.

– Благодарим вас за радушие, госпожа, но нам нужно спешить, – твёрдо заявила Калли.

Женщина разочарованно вздохнула.

– Что ж, ладно, – с досадой в голосе ответила она. – Счастливой дороги, мальчики. Когда будете у нас, заглядывайте в гости, – она игриво подмигнула.

Девушки продолжили путь. Свернув за угол, они, наконец, пропали из поля зрения цветочницы. Мессима, казалось, только теперь вспомнила, как дышать.

– Ка… – начала было она, но вовремя осеклась, – Сагиил, это же госпожа Фадина! Я была уверена, что ещё немного, и она узнает меня. Боже мой, я больше не выдержу!

– Не знала, что она такая… – Калли хотела, но не смогла найти приличного слова.

– Ещё какая! Нянюшка всегда скверно о ней отзывалась. О, боги. Скорее бы уже выехать из города.

Калли согласно кивнула, после чего ослик ускорил шаг. Когда солнце совсем скрылось за горизонтом, повозка оставила суровые стены крепости Эгриси позади и направилась через пустошь в сторону горного перевала.

С каждым часом вокруг становилось всё темнее, и вскоре Калли уже не разбирала дороги. Кое-где они съезжали с пути, и телега застревала колёсами в сырой земле. Девушки изрядно устали в попытках вернуть свой транспорт на место и несколько раз прилично извалялись в грязи, спотыкаясь в темноте о неприметные камни.

– Сагиил, друг мой, обессиленно стонала Мессима, – если мы выберемся отсюда, нам будет что рассказать детям и внукам.

– Не стоит, Мехди, – тяжело усмехнулась Калли, изо всех сил натужно выволакивая колесо из болотистой почвы. – Им не стоит повторять наших ошибок.

– Почему же ошибок? – прохрипела Мессима, когда колесо, наконец, поддалось. – Я считаю, что поступила верно, и смогла отстоять право на свободу! – Мессима гордо выпятила грудь, плотно стянутую тугой повязкой под рубахой.

Калли уже присаживалась на козлы.

– То-то мы прячемся по лесам и боимся каждого шороха. Не смеши.

Мессима тоже забралась в телегу, и они покатили дальше.

– А знаешь, Калли, я устала бояться. Мне надоело. Даже сейчас у меня такое чувство, что если нас тут найдут, я им всем глотки перегрызу.

– Это от усталости.

– Возможно и так. Калли?

– Что?

– Прости меня.

– Да брось.

– Нет, правда. Ты спокойно жила в замке, а теперь тебе приходится скрываться вместе с нами. Я так виновата перед тобой. Давай ты не поедешь в Кортли? Будем держаться вместе! Наир защитит нас обеих. Я даже не стану сопротивляться, если он захочет взять тебя второй женой. Мы вообще не расстанемся тогда! Здорово, правда?

Калли не удержалась от смеха.

– Мессима, послушай меня, – она обернулась на подругу, которая уже вцепилась руками в бортик повозки и с воодушевлением смотрела на неё, – я не поеду с вами. Арга передала мне сообщение от Олгаса. В назначенном месте мы с вами разъедемся, и я отправлюсь в горы. Табиб приготовил мне там кое-какое жильё. Не волнуйся за меня.

– В горы? – Мессима недоумённо выпучилась на неё.

– Да. У них там с Джамилем какие-то дела, и периодически приходится наведываться, а чтобы не бродить туда-сюда, им построили небольшую избушку.

– Я бы не смогла жить в избушке, – пробормотала Мессима, вновь укладываясь на мягкую подстилку из сена.

– Ты полмесяца жила в сарае у Арги, – напомнила Калли.

– И больше на такое не согласна. Хотя, если со мной рядом будет Наир, мне всё равно, где жить.

Они так и пробирались по мрачной пустоши, стараясь не сбиваться с дороги до тех пор, пока не заметили тёмную тень вдали у подножия перевала. Поначалу обе, встревоженно замерев и ожидая чего угодно от судьбы, не решались приблизиться, но узнав человека по характерной сутулости и едва заметной хромоте, Мессима не выдержала. Она соскочила с телеги и бросилась бежать навстречу любимому. Калли так и продолжала сидеть на козлах, не в силах отвести взгляда, привыкшего к темноте, от открывшейся ей картины. Вся чумазая и лохматая в грязной порванной одежде Мессима обнимала своего любимого, а тот страстно целовал её губы и прижимал к себе с таким жаром, что, казалось, боялся снова потерять. Наиру было всё равно, в чём она одета и какой длины у неё волосы. Он смотрел на девушку влюблёнными глазами, блеск которых не могла скрыть эта непроходимая тьма безлунной ночи.

Медлить не стоило. Вскоре троица спустилась в неглубокий овраг, где Наир уже успел приготовить всё для побега. Он довольно легко отыскал перепрятанные тайники Армана и теперь терпеливо ждал, пока возлюбленная простится с подругой. Мессима плакала, прижимаясь к ней.