Я – дочь Кощея, или Женихи, вы попали! (СИ) - Лоя Дорских

Бесшумно приблизившись к ней, я осторожно прикоснулся к цепочке, вытягивая медальон из-под одежды. Что же Светлояр с ним сделал… мог ли он ещё припрятать в нём заклятий? И могут ли они навредить самой Кирьяне? Нося его с детства, она даже ни разу не почувствовала медальон. Или здесь снова всё связано со мной? Кулону не на что было реагировать. Я ведь… спал, если можно так выразиться. А теперь?

Отпустив медальон, я перевёл взгляд на лицо ведьмочки и потянулся к нему рукой, но вовремя остановился, заставляя себя вернуться на своё место.

Нет.

Это всё не для меня.

Да и не для неё…

Вспомнив эмоции Кирьяны, я шумно втянул в себя воздух. Злость, раздражение, сочувствие, ревность… всё это было продиктовано лишь всплесками тьмы, вкупе с частицей моей магии. Выбросы в разы увеличивали истинные чувства. Сейчас же, лишённая внутренних усилителей её эмоций, она испытывала ко мне… нечто схожее с раздражением. Разочарование? Возможно.

Я не так хорошо ощущал чужие эмоции. Всё же, мой врождённый дар, кроме ледяной стихии, это чувствовать правду. Или распознавать ложь, смотря с какой стороны на это смотреть. Как и на то, а такой ли это дар. Скорее, проклятие. Не раз спасающее мне жизнь, но всё же именно проклятие. До Кирьяны я не встречал ведьм, которые не пытались бы меня обмануть или как-то использовать в своих интересах. Но в одном Кирьяна всё же не стала исключением. Как и все остальные, никаких светлых чувств она ко мне не испытывала.

Светлых чувств.

Усмехнувшись своим мыслям, я прилёг, расположившись так, чтобы держать Кирьяну в поле своего зрения.

Красивая.

Это стоит признать. Как бы я не старался отогнать от себя эту мысль, но моя излишняя откровенность в наведённом Светлояром сне, говорила сама за себя. И потрясающие у девушки не только глаза. Но это ничего не меняет.

Продолжая размышлять, я незаметно для себя заснул. Нет ничего удивительного, что ход моих мыслей отразился и в сновидении. Наверное, в какой-то другой жизни такое могло бы быть не только во сне, но и наяву. Я мог бы наблюдать, как Кирьяна подходит ко мне. Как улыбается и смотрит, словно видит саму душу, своими удивительными глазами.

И как сама тянется к моим губам. Без страха. Без сомнений. Просто потому, что этого хочет. Не получить от меня что-то, а просто... меня.

Такое определённо могло бы быть. Но не в этой реальности. И пробуждение, которое мне устроила реальная Кирьяна, более чем наглядно это продемонстрировало.

– Тебе снился кошмар, – даже лишённый доступа к своим силам, я прекрасно чувствовал её злость. – Ты так кривил лицо… я решила, тебе снится что-то омерзительное.

– Спасибо, – на мгновение прикрыв глаза, прогоняя всплывающий из сна образ совершенно другой Кирьяны, я решил с ней согласиться. – Это точно был… кошмар.

Я ведь чудовище.

И не стоит забывать об этом. Ни ей. И тем более ни мне.

– У нас нет времени на завтрак, – сухо произнёс я, заметив, что Кирьяна достаёт из сумки продукты.

– У меня есть время, – девушка обернулась на меня, не пытаясь скрыть отвращение ко мне ни из голоса, ни из взгляда.

Что ж. Пора поубавить её уверенность.

– Надеюсь ты достаточно насладилась отсутствием своей тьмы, чтобы впервые в жизни ощутить себя той, кем ты и должна быть, – не без удовольствия протянул я, игнорируя исходящие от Кирьяны волны злости. – И очень странно, что у тебя не возникает вполне закономерного вопроса, а куда, собственно она делась?

– Её что-то блокирует, – яростно отчеканила Кирьяна, смотря на меня так, словно видела перед собой нечто омерзительное. – Скорее всего сами своды имеют свойство…

– Ты ещё глупее, чем я думал, – перебил я её. – И ещё слабее, чем мне казалось. А может всё дело в необразованности? Или отсутствии логического мышления.

– Послушай ты, Мракакен…

– Нет, это ты послушай, ведьма, – повысил я голос. – Из нас выпили всю силу, чтобы напитать что-то. И продолжают пить, не давая резерву восполниться. А теперь просто подумай, какова вероятность, что как только это нечто напитается, нам понравится увиденное?

– Я не думаю…

– Вот и не думай, – снова не дал я договорить, закидывая всё, что Кирьяна успела достать из сумки, обратно. – Будет идеально, если ты будешь просто слушать, что я говорю и исполнять.

Не став дожидаться от неё ответа, я подхватил собранную сумку и уверенно направился вперёд по ставшему чуть ярче светиться каменному коридору пещеры. Что бы не питалось сейчас нашими силами, с каждой минутой оно становилось сильнее.

39

По моим ощущениям мы шли уже несколько часов, но злость внутри меня всё никак не желала проходить.

Я смотрела в спину вышагивающего впереди Мракакена и просто не могла понять… ну почему именно Василина?!

Что в ней такого особенного? Она же… она же…

– Если ты что-то хочешь мне сказать – не стесняйся, – неожиданно нарушил наше продолжительное молчание Мракьян.

– С чего ты взял? – сухо отозвалась я. – Мне нечего тебе сказать.

– Ты сопишь. И довольно громко, – пояснил он, чуть замедляя свой шаг. – Либо устала, либо тебя разрывает от желания что-то мне сказать.

– Устала, – подтвердила я первое его предположение.

Мракьян лишь едва заметно покачал головой, словно сомневался в правдивости моего ответа. Но ускоряться не стал, продолжая медленно идти вперёд.

Вот как у него получается быть таким? То убить его хочется, и вполне себе обосновано! За резкие ответы, за хамство…

А то, вот… как сейчас. Решил, что я устала – замедлил шаг. И ведь не стал даже акцентировать на этом моё внимание. Ни слова не сказал… И это вполне в его характере. Не бросать слова на ветер. Или в принципе, говорить. Правда, иногда неуместные фразы из него всё же вылезают. Он мне даже обручение Вельки с лешим своими замечаниями испортил! Но доля истины там всё же была…

А может я придумываю на ровном месте то, чего нет? Может он вообще сам устал, поэтому и сбавил шаг! А вовсе не из-за меня. Хотя…

Придирчиво осмотрев Мракьяна, да и, что скрывать, вспомнив его без рубашки, я откинула эту мысль. Не мог он устать. Как и я. Вполне молодой мужчина… с сомнительными предпочтениями в плане женщин, конечно,