Отступница (ЛП) - Эрика Стивенс

К тому времени, как вернулась Мелинда, война кипела на полную катушку, и Брэйс видел Мелинду каких-то пару раз, прежде чем потерял зрение. Мелинда еще взрослела до того, как Брэйс ослеп и с того времени изменилась не сильно, но была уже достаточно зрелой. И после того, как Брэйс потерял способность видеть, общался с ней не больше раза в месяц. Он предполагал, что она наслаждалась тем же, что и Наташа: гуляет по Палацу, наслаждается излишествами, и поглощает кровь.

Очевидно, она часто сбегала в леса, чтобы подпитывать и проводить время со своим любовником. Мелинда всегда казалась Брэйсу такой молодой и безобидной. Судя по всему, её искусное лицо и скромное поведение таило в себе сильную личность, о чём он никогда не подозревал раньше.

— Почему ты постоянно возвращаешься во Дворец? Почему просто не останешься здесь?

— Кто-то должен возвращать рабов. Кто-то должен был заставить местных жителей помалкивать. Кто-то должен знать, не хотят ли во Дворце отправить новых стражей, и когда именно. Мы должны быть готовы к их прибытию. Кто-то также должен шпионить, есть ли хотя бы минимальный шанс, что мы сможем скрыться и наконец-то обрести свободу.

Брэйс кивнул, довольно впечатлённый смелостью, хитростью и навыками своей сестры. Он также с опаской относился к её манипуляциям и холодному отношению к своему вранью. Для себя Брэйс решил не доверять Мелинде, ведь раньше он не мог себе даже представить, что она беспощадно жестока, но все это было направлено именно на защиту Эшби, и Брэйс был уверен, что Эшби сделал бы всё от него зависящее для неё. Никто из них не сдвинется с места, пока не прибудет Джек. Только тогда он сможет почувствовать себя спокойнее и меньше волноваться за безопасность Арианны.

Арианна слабо пошевелилась, её рука сжалась у него на бедре.

— Ты знаешь, что не можешь позволить себе оставить её человеком, — уверенно сказал Эшби.

— Я не хочу изменять её.

— Ты может и не хочешь, ты даже можешь быть уверен, что сможешь сдержать себя, чтобы это не сделать, но все мы знаем правду, Брэйс. Ты думаешь, что сможешь прожить следующие пять, десять, пятьдесят лет, рискуя её жизнью, и увидеть, как она умрёт?

— Если мне придётся.

Эшби покачал головой и прислонился к стене. Молодая вампирша хранила молчание, она больше никак не выражала своего недовольства по поводу её заключения. Она сидела нахмурившись и была истощена, потому что была связана уже довольно длительное время.

— Брэйс, ты сейчас только на начальной стадии всего этого, — Эшби сложил руки перед собой, и сердито смотрел на Брэйса. — Ты думаешь, станет легче после нескольких лет? Все твои чувства усилятся и станут мощнее, связь между вами будет настолько сильной, что одна секунда без неё будет заставлять тебя забыть обо всём. Ранее ты спросил меня, кого я жду, так думаешь это была та девчонка? — резко сказал он, указывая на молодую вампиршу. — Нет, я думал, что за дверью стояла Мелинда. Ты хоть можешь себе представить, как тяжело видеть, как она уходит туда? Я ненавижу себя каждый раз, когда ей приходиться уходить, и ненавижу себя каждый раз, когда ей приходиться возвращаться в эту чёртову дыру. Если бы однажды она оттуда не вернулась, я добрался бы туда за один удар сердца, убил бы каждого на своём пути, пока они бы точно меня не поймали. И я был бы рад умереть, когда они были бы готовы меня убить. Она человек, Брэйс, ты будешь сталкиваться с этой её смертностью каждую секунду, пока вы вместе. И ты не сможешь с этим справиться, могу тебе это пообещать.

Брэйс одарил его сердитым взглядом:

— Я сильнее тебя.

Эшби тихо фыркнул, и откинулся назад.

— Бред. Физически ты сильнее нас, но в тоже время, ты слабее нас всех вместе взятых. У тебя на коленях сейчас лежит твоя Ахиллесова пята, и если кто-то из твоих врагов приберёт её к рукам, они будут иметь над тобой полную власть. Если они убьют её, то ты тоже мертвец. Да, из-за неё ты стал намного сильнее, но и именно благодаря этой девушке — ты сейчас невероятно слаб. Особенно, если она останется человеком.

— В этом вопросе у меня нет особого выбора.

— Будешь держать её человеком, пока не решишь, что делать. Хотя, как я понимаю, это всё заставит твоего отца сильно забеспокоиться, я ведь не ошибаюсь, верно?

Глаза Мелинды расширились, а нежные губы приоткрылись.

— Нет, — выдохнула она.

Эшби крепче сжал её руку, пока его светлые глаза блестели от нетерпеливости при приглушенном свете.

— Да, любовь моя, думаю Брэйс уже осознал, что есть что-то важнее чем долг, честь и повиновение. Я прав?

— Я не буду убивать своего отца, — твёрдо сказал Брэйс.

— Нет, я даже не уверен, что ты бы смог это сделать. Или в конечном итоге не именно ты, но у тебя есть преимущество в виде твоего вернувшегося зрения, и как я предполагаю, об этом он не знает.

— Не знает, — подтвердила Мелинда, когда Брэйс смолчал.

Эшби кивнул, он постукивал костяшками пальцев. Брэйс почти видел, как в его хитром разуме начали крутиться разнообразные механизмы.

— Тогда ты и Калеба не станешь убивать. Но если ты их обыграешь, свергнешь их власть, вырвешь контроль из их лап — а ты это сможешь, если, конечно, у тебя просто будет достаточно для этого поддержки. Вот почему ты здесь.

Брэйс уже забыл каким проницательным мог быть Эшби. Слушать его сейчас было чертовски раздражающе.

— Ты, наверное, надеешься, что я держу связь с семьями, которые повстали вместе с моей, которые боролись на стороне моей семьи, и которым каким-то чудесным образом удалось сбежать. Надеешься, что я могу знать каких-то вампиров, способных тебе помочь. По другой причине тебя бы попросту здесь не было и единственная причина, по которой ты хочешь знать это всё только одна — ты решил свергнуть Короля. Или я ошибаюсь, Брэйс?

Брэйс повернулся к окну. Он не собирался отрицать слов Эшби, но и подтверждать тоже не станет. Он покидал Дворец без намеренья свергнуть своего отца с престола. Брэйс не последовал за Арианной в пещеры, потому что уже тогда решил сражаться, но тогда Брэйс вытащил её на свободу без задней мысли, что в один день он сам займёт трон (Брэйс всё ещё не был в этом уверен, всё зависело от Арианны). Он просто хотел сделать её жизнь немного безопасней. С кем — то кто смог бы её приютить, и самому попытаться прожить с ней до скончания веков. Но где-то в пути Брэйс осознал, что ему негде найти безопасное место для неё, и никто не защитит Арианну кроме него самого. А если он хотел защитить её, его отцу придётся лишиться своих полномочий. Новая власть, новая структура мира — вот, что нужно.

— Это будет довольно интересная гражданская война, — размышлял Эшби. — Гражданская война с самым сильным когда-либо у нас существующих режимом. Это будет кровавая война между жестоким отцом и сыном, который его ненавидит. Представь себе последствия всего этого, представь этот хаос.