Дамиан... (СИ) - Юдина Екатерина

Еще на свадьбе не было моей мамы, хотя она лично приходила и просила приглашение. Так получилось, что примерно два месяца назад она начала искать встречи со мной. Объясняла, что сожалеет о том, что отношения между нами испортились. Еще говорила, что хочет видеться со своим внуком.

Мне это сразу показалось подозрительным и, имея некоторые мысли, я попросила у Дамиана узнать каково на данный момент финансовое положение семьи Агилар. Выяснилось, что мои предположения правдивы — у Агилар имелись огромные долги, которые появились буквально за последнее время и, видно, уже теперь мама понимала, что сама с ними не справится.

Узнав эту информацию, я прямо спросила у мамы, желает ли она финансовой поддержки семьи Ариас. Мама некоторое время отнекивалась, а потом очень осторожно призналась в том, что была бы не против, если бы я помогла ей. Все-таки она моя мама и мы одна семья.

Я сказала, что выполняю ее желание — то есть, отказываюсь от Агилар и, естественно, мы больше не являемся семьей. Мама, поняв, что я помогать не собираюсь, сразу отчитала меня в привычной манере. Пыталась пристыдить, но, нет, не получилось. Мне до сих пор было полностью плевать на эту женщину.

Позже, поняв, что подобным образом на меня не повлиять, мама попыталась вернуться к первоначальному плану и вновь твердила про желание улучшить наши отношения. Из-за этого даже на свадьбу просилась, но эту женщину я тут видеть не хотела.

— Пусть попробуют, — Дамиан оставил поцелуй на моем плече и опустил ладони ниже, еле ощутимо коснувшись уже значительно заметного животика.

Насколько же бережно он прикасался ко мне и даже во время близости был очень осторожным. Каждый день обнимал и, пока мы по утрам лежали в кровати, гладил животик, а я млела от такой ласки. Порой скучала по той близости, в которой мы позволяли себе все, что хотелось, но позже мы к ней вернемся, а пока что я наслаждалась той нежностью, на которую Дамиан, казалось, был не способен.

Эта беременность вообще многое изменила в нашей жизни.

Пока я была беременна Матео, могла полагаться только на себя. Раз за разом обещала себе, что со всем справлюсь, но все же была в груди горечь и возникали частые жизненные тупики. При этой беременности я ощущала лишь то, каково быть любимой девушкой. Дамиан очень сильно баловал и, даже ничего не говоря, давал понять, что я и наши дети никогда и ни в чем не будем нуждаться.

Моя беременность так же повлияла и на Ариаса. Оказалось, что у нас будет девочка и Дамиан был рад. В тот же день он принес мне жутко дорогое, но главное до невозможности красивое ожерелье, но немного позже я стала замечать в его глазах нечто такое, чего понять не могла. Лишь позже все прояснил один вопрос:

«Как думаешь, наша дочь не будет меня бояться?»

«Конечно, нет» — я ответила не раздумывая ни секунды, но для себя многое прояснила. Поскольку мы каждое утро завтракали втроем, Матео уже видел Дамиана без маски. Некоторое время хмурился и рассматривал папу таким, но не плакал. Возможно, Ариас предполагал, что дочь будет его бояться.

Если смотреть правде в глаза — уродство Дамиана выглядело жутко, но даже с ним для меня он был самым красивым во всем мире. Я была уверена, что и наши дети в этом не увидят ничего такого.

Но, позже затрагивая эту тему, я открыто спросила, почему Дамиан не сделал операцию и не попытался избавиться от шрамов.

«Они мне не мешали жить» — судя по тону, за ответ можно было уловить то, что Дамиану просто было плевать на себя.

Вот только, шрамы были напоминанием о плохом. Почему бы не избавиться от них? Я была уверена, что нам обоим станет легче после этого. Больше не понадобится эта маска.

По этой причине мы после свадьбы собирались полететь в Грецию, а потом в Штаты к хирургу. Из-за этого некоторое время придется пожить в Калифорнии, но даже Марсело поддержал эту новость. Единственное, сказал, что будет часто приезжать. Уже теперь он все больше общался с Дамианом и проводил время с Матео.

Вообще все налаживалось и на душе было так легко.

Правда, на шее висела цепочка, на которой вместо кулона красовалось кольцо, когда-то давно подаренное мне Дамианом. Нет, я его не выбросила и все это время бережно хранила. Уже теперь оно было как напоминание того, что счастье могло наступить раньше, но так же оно не давало забыть про все пережитое. А это заставляло ценить то, что мы имели, ведь мы к этому так долго шли.

Сегодня один из самых счастливых для меня дней. Впереди свадьба и горячая ночь, а пока что на губах вкус поцелуев Дамиана и улыбка из-за рвущихся из груди теплых эмоций. А так же искренние слова, возникающие в самом сердце:

— Люблю тебя.