Хозяйка маленького дома, или Любимая для дракона - Кира Рамис

посмотрел на меня и поймал его. Похоже, в этом мире они знакомы людям.

– Тпру, милая! – прикрикнул возница, натягивая поводья. – Кормилица моя, – спрыгнув с телеги, погладил лошадь по шее и послал воздушный поцелуй. Это он нас так передразнивал.

– Алтея, почему так долго?! – к нам подбежал помощник старосты. – О, какой хороший урожай! – довольно произнёс мужчина, морща нос, заглянув под ткань. – Перегружайте! – Тайлер махнул рукой работникам, что стояли возле обоза. – Тая, пойдём, я тебя рассчитаю, – довольно потёр руки мужчина.

Мы с Эдвином и детьми зашли в помещение, за нами, не стесняясь, столпились сирги.

Как и договаривались, я получила три серебряных, которые тут же спрятал Хима. Пришлось потребовать две монеты обратно для Эда, мало ли что может случиться в дороге. За место на двух пустых телегах, а Эд не собирался заставлять сиргов весь путь идти пешком — уставшие, запылившиеся они могут меньше стоить (Хима потратил магию и быстро привёл заячью шерсть в идеальный вид) – мой муж отдал серебряный. Да, дорого обошлось, но оно того стоило. Если бы у нас были лошадь и телега, не пришлось бы платить, а так выбирать не приходится. В эту сумму входила и охрана обоза.

Поцеловав мужа в щёку — да, я себе позволила такую вольность — долго махала рукой вслед. На сердце было неспокойно. Будь моя воля, отдала бы сиргов купцу тут, но, со слов Тайлера, выручили бы мы в три раза меньше, чем в городе. Пришлось смириться.

– Тая, не расстраивайся, – мои руки с двух сторон обняли мальчишки. – Вот увидишь, Эд из города вернётся здоровым и с магией. Всё будет хорошо, – увещевал Коул, Лойд кивал, соглашаясь с братом.

– Скорее идём! Да поднимай ты своё платье! Ой, мы первыми будем! – мимо нас прошли две девушки, через мгновение за ними ещё две, в ярких нарядах, с желтыми цветочными венками на головах.

– А что происходит? – повернулась к Тирону Тайлеру в недоумении. – Почему все такие нарядные и с цветами в волосах?

– То, что нарядные, это понятно, дракон же сегодня обещанную жертву выбирает. А вот про цветы кто-то глупость ляпнул, что драконы любят всё золотое, особенно каменья да цветы, эти глупышки весь луг оборвали. А кто поумнее, ночью цветы рвали, венки плели, а рано утром по богатым домам разносили, туда, где девушки незамужние живут.

– Ну пусть выбирает, – усмехнулась, поворачивая в сторону дома.

– Тая, можно посмотреть хоть одним глазком, какую невесту дракон выберет? – попросил Коул.

– Народа уж слишком много собирается, – произнесла с сомнением, посмотрев на толпу зевак.

– Пожалуйста, с нами будешь ты и Хима. Что может случиться? – не отставал ребёнок.

– Хорошо, идём, – махнула рукой, – но встанем в стороночке, чтобы не затоптали.

Неожиданно я увидела Розалию, которую через толпу за руку тащила тётка Феогнеда. Судя по выражению лица, Роза была чем-то недовольна. 

Глава 46

– Ох и страшно…

– Конечно, страшно… – рядом кто-то перешёптывался. – Сегодня дракон в истинном обличии будет выбирать ту, кого приведут ночью на гору… Не знаешь, что он с ней там будет делать?..

– Думаю, что кровь пить, – предположил какой-то мужчина. – А что вы на меня так смотрите? Он отдал свою кровь для травли магли, сейчас восполнить её желает. Нет чтобы старуху взять, молодую подавай. Ух…

– С ума сошёл такое нести? А что, если кто-то услышит? Ты пил, что ли? А ну дыхни! – послышался тихий шлепок.

– Жёнушка, за что? Я всего лишь дочь пытался подбодрить, – зашипел рассказчик.

– Фу-у… от кого так воняет? –  две женщины зажали носы и посмотрели на нас. – Вы чем занимаетесь? Помыться негде? – одна из них, сморщив лицо, тихо принялась отчитывать.

– Извините, редис шелковистый привезли к старосте, не успели домой сбегать, очень уж хочется на невест посмотреть, – попыталась извиниться, но женщина не собиралась сдаваться, да только ей помешали раздуть скандал.

– Драконы… драконы пришли, – зашептали с разных сторон.

Смотри-ка, не только людям интересно, как Долгрин будет выбирать девушку, но и его родичам.

Девушки в нарядных платьях оживились, безо всяких просьб выстроились в линейку, их родственники отошли чуть назад. Всё было так организованно, будто не впервой.

– Больше, дайте больше места, разойдитесь, или вы думаете, что благородный дракон размером с лошадь?! – громко крикнул помощник старосты.

Народ послушно отступил.

Как же быстро произошёл оборот, не уверена, что кто-то заметил. Высокий, красивый, с большими глазами, густыми ресницами, блестящей чешуёй.

Женщины одобрительно зашумели.

Дракон обвёл народ пристальным взглядом и направился к нервничающим девушкам. Толпа, испугавшись, сделала ещё несколько шагов назад.

Большая голова медленно опустилась перед первой девушкой, ноздри раздулись, глаза сузились, дракон фыркнул, обдав тёплым воздухом красивую девушку, и двинулся дальше.

– Похоже, и эта не понравилась, – прошептал всё тот же неугомонный мужик, после того как Долгрин миновал шестую «невесту», которой оказалась Розалия.

Дракон резко поднял голову и посмотрел на говорившего, комментатор ойкнул и, похоже, присел, чтобы его не было видно.

– Нет её тут! – громко взревел не нашедший свою жертву Долгрин и начал обшаривать взглядом толпу. Девушки, да что таиться, и женщины разных возрастов выпрямились, поправили волосы и с надеждой посмотрели на странно ведущего себя дракона.

А тот, не теряя времени и не разбирая дороги, ринулся в толпу. Визгу было, разбегались кто куда, но цепкие когти умело выхватывали женщин, сжимали и подносили к ясным очам. Да всё не те, хорошо, что не бросал, а быстро ставил на землю.

От таких воздушных горок побывавшие в когтях селянки не убегали в ужасе, а в романтическом ступоре застывали на месте, словно их околдовали.

– Тая! Ты где прячешься? Неужели не пришла?! Я же сказал всех девушек привести! – громыхал Долгрин.

И тут до меня дошло, что дракон-то меня не видит. Скосив глаза на Химу, приподняла брови в немом вопросе.

Тот, прижав уши к голове, кивнул, подтверждая, что это он магией балуется, скрыл меня от чужих глаз.

– Алтея! Приведите её, или сломаю ратушу! – потребовал наглец.

Никто не посмел перечить, трое мужиков бросились по улице в сторону окраины, где стоял мой дом.

– Хима, убери магию, пусть принюхается, – тихо