Обладатель-десятник - Юрий Иванович

– А как же охранники выживали? – спросил Фрол.

– Говорится, что стена из кольев стояла вплотную к деревьям, вот охранники на тех деревьях и жили в удобных хижинах, к которым передвигались по широким мосткам. Туда погибель не поднималась. А вот в земле некие смертельные духи явно обитают, убивая все живое.

– Живое – да, – кивнул Фрол. – Ну а если такой, как я, в земле покопается? Потому как в воздухе там наверняка опасности нет.

Дед Игнат покряхтел, почесал в затылке и признался:

– Честно говоря, я даже представления не имею, как ты там копаться станешь.

– Я в том смысле, что некие полости там внизу имеются. Рабочие судачили о том, как их заставляли скважины бурить по всей Плеши и что при этом выяснилось. Больших пещер нет, но почти рядом с внешним периметром отыскались этакие каверны, заполненные густой грязью порой до половины. На глубине пятнадцати – двадцати пяти метров. Причем в центре Плеши их нет, почему и не боялись строить массивные здания с глубокими подвалами. Вот я сразу и подумал: неспроста это. Надо бы в эти самые каверны заглянуть, осмотреться там, пробы грунта да той самой грязи взять. Вдруг да откроется тайна древних ариев? Или кто там в этих кавернах какую-то нечисть оставил?

Наблюдательность и сообразительность Фрола, не упустившего при разведке мельчайших деталей, впечатляла. Если бы удалось узнать причину гибельности выгоднейшего участка в шесть гектаров, то лучше места для базы и не сыскать.

Игнат Ипатьевич, правда, не верил, что само зло кроется в кавернах по периметру Плеши, но, вспомнив об уникальных возможностях фантомов, загорелся интересом. Попытка не пытка! И даже предложил именно свой фантом отправить в эпицентр неизвестности.

Да только Фрол на это рассмеялся:

– Еще утонешь, дедушка! Оно тебе надо? Идея моя? Вот мне и корячиться. Ну а ты, Иван, время не тяни, оформляй покупку участка. Даже если не используем, можно будет передать в дар поселку. И уж тогда в его собственности никакие уроды больше не заведутся.

Целителю пришлось оставаться в своем доме: процесс изготовления яшисарри шел полным ходом и был непрерывным. А обладатель поспешил домой, к компьютеру, и уже оттуда присматривался и руководил операцией «Поиск».

На задание ушли оба номера. Они очутились в одной из каверн. Первый, поставив фонарь, собирал пробы в баночки, а второй был на страховке, оставаясь бестелесным духом.

Именно Ольга заметила прозрачные едва заметные желеобразные корешки, свисавшие со свода на три-пять сантиметров. И такие же отростки оказались во всех подземных полостях.

«Что бы это могло быть? – мысленно спросил Загралов. – Может, в центре живет некая гигантская, да еще и разумная медуза? И это она распустила свои отростки-корни во все стороны?»

«Дорогой, – отозвалась Ольга, – ты насмотрелся фантастических ужастиков. Таких медуз не бывает…»

«Почему? Я бы никогда не подумал, что и такая штука, как сигвигатор, бывает, а оно вон как получилось…»

«В центре ничего нет, мы уже проверяли, – напомнил Пасечник. – Ни единой пустоты, кроме старого колодца с вполне чистой на вид водой. Правда, отростки прозрачные, можно и не заметить. Возьму пробы, пусть ученый и колдун посмотрят. Если там ничего страшного нет, то завтра продолжим изыскания в иной плоскости. У меня появилась идея использовать эхолокатор и с помощью взрывов на большой глубине прощупать эту Плешь до самых пяток. То есть примерно до глубины пятисот метров».

«Идея неплоха… – согласился обладатель. – Но как ты заложишь туда взрывчатку?»

«Не волнуйся, начальник, – хохотнул номер первый. – Пара проб, немножко изворотливости, и увидишь, насколько это все легко и просто. Прямо сейчас и начну брать пробы с глубины».

Идея со взрывами не понравилась Ольге. Она опасалась, что они могут спровоцировать землетрясение. Но Фрол стоял на своем.

Иван весь день носил банки с пробами как Романову, так и деду Игнату. Но если целитель знал что да к чему, то химик-микробиолог удивлялся все больше. Выдумка «Это мне прислали, а я просто ношу по нескольку штук» уже совершенно не прокатывала.

Вечером Загралов пожаловался раскрасневшемуся от работы целителю:

– Меня Станиславович уже достал своими расспросами!

– А ты ему расскажи всю правду, – посоветовал дед. – Миша прекрасный и честнейший человек, с высокими моральными принципами. Подобную тайну он, и на костре сгорая, не расскажет.

– Про все, про все рассказать?! – изумился обладатель.

– Необязательно сразу и все. Можно постепенно. Скажи вначале самое злободневное, потом на нечто глобальное намекни, и все! Он наш! Мало того, если вдруг тебе еще фантомы понадобятся, готов за Мишу Романова поручиться как за самого себя. Не подведет.

Так что при последнем посещении лаборатории Загралов с чистой совестью пообещал ученому:

– Как только раскроете тайну этих отростков, допущу вас в наш тайный орден. И многие другие тайны открою. Договорились?

Михаил Станиславович пристально посмотрел ему в глаза. Видимо, прикидывал, не розыгрыш ли это. Затем спросил:

– А старый колдун тоже в вашем ордене?

– Скажем так: очень-очень близко, – уклончиво ответил Иван.

– Ну ладно, постараюсь…

– Вот и отлично! До завтра!

За ужином родители насели с иными вопросами:

– Что происходит? Подруга твоя у Елены Сестри ночует, ты бегаешь то к Романову, то к Игнату, они из дому нос не показывают…

– Папа, мама, не волнуйтесь. Все делается только на благо. Вы все узнаете обязательно. Не могу сказать когда, потому что это не от меня зависит, но, не сложись определенные обстоятельства, ты, папа, уже во всем этом участвовал бы. Да и ты, мама, тоже…

– В чем «в этом»? – попыталась уточнить Татьяна Яковлевна.

Иван уклонился от ответа:

– Вы же у меня умнейшие, невероятно развитые духовно личности. Так что поймете мое молчание. А со временем узнаете и о его причине.

Иван опять взялся за вилку, осмотрел стол и прислушался к себе. Есть больше не хотелось, да еще и нетерпеливый женский голос в голове раздавался чуть ли не постоянно:

«Хватит объедаться! Станешь толстым, неповоротливым, ленивым и не сможешь толком заниматься наполнением озера яляторных удовольствий».

– Спасибо за ужин, иду спать! – сказал он родителям и вышел из кухни.

«Это озеро можно наполнять только будучи в кровати с двумя, а еще правильнее с тремя женами…» – мысленно напомнил он Ольге.

«Не раскатывай губу раньше времени! Тебе пока и так сил хватает… Э! А дверь-то подпереть забыл! Вечно тебя учить надо…»

Утром Иван проснулся от осторожного стука в окно, выходящего во двор. Там стоял явно не спавший всю ночь Романов. Выглядел он обеспокоенным и даже испуганным.