Попаданец в Дракона (СИ) - Владислав Андреевич Бобков

Не дожидаясь ответа, Сариана пошла прочь, а за ней потянулись и остальные, желая хотя бы краем глаза увидеть награду.

Однако Лев остался. Его буквально переполняли эмоции и желание поблагодарить прислужника.

— Асириус, ну ты и дал! — Думов пораженно покачал головой. — То, что ты вытворил, это нечто! Ну что молчишь, герой?

Однако кобольд почему-то продолжал молча стоять у всё той же кучи сокровищ и даже никак не пошевелился.

Лев растерянно подошел и замер, чтобы спустя пару секунду начать полузадушено посмеиваться. Он не хотел привлекать внимание остальных, но смех его буквально душил.

Думов наконец-то понял секрет столь невероятной храбрости его прислужника.

В какой момент Асириус просто потерял создание и застыл, подобно какому-нибудь опоссуму в позе, в которой он был в тот момент! Замерший же хвост оказал отличное стабилизирующее действие. Именно поэтому он никуда и не побежал, ведь его сознание было далеко-далеко!

Подхватив бессознательное тело, всё ещё посмеивающийся Лев, тихо спрятал его в стороне и пошел за наградой.

О не собирался развеивать легенду о самом смелом кобольде из всех живущих.

От автора: внеочередная глава за 13.000 библиотек.

Глава 20

Глядя на то, с какой невероятной неохотой драконица передает ему осколок, Думов сразу заподозрил нечестную игру. Чем-то это даже напоминало их привычную тренировку с Латунной, когда они пытались подавить чувство драконьей жадности.

Под конец Сариана и вовсе сдалась, выронив осколок из лапы и позволив ему упасть на землю, но Лев был не в обиде. Быстро подхватив его, он стремительно сделал ноги, совершенно не доверяя самоконтролю драконицы.

Не улучшали ситуацию и пылающие жадностью глазки остальных его родственников. Было очевидно, что проверять их уважение к старшему брату уж точно не стоит.

Сам осколок, хоть так и назывался, но был размером аж с крупную дыню, по форме выглядя как отколотый откуда-то синий кристалл.

С трудом затолкав кристалл в пасть, Лев побежал за кобольдом, после чего, перекинув его на спину, скрылся в карете. Ради такого момента Думов даже расщедрился и положил Асириуса внизу у сидушки. Лев не собирался рисковать оставлять снаружи бессознательного прислужника, пока вокруг бродили его мстительные сёстры и брат.

Пока же Асириус пребывал без сознания Лев восхитился алчностью их матери. Очевидно, что бы Сариана не планировала изначально, но на третьем испытании её самоконтроль дал трещину, от чего драконица передумала отдавать кристалл.

Удар аурой взрослой драконицы был не тем, что смогли бы выдержать прислужники дракончиков. В связке же с атакующей громадной тушей, то в итоге при поражении в третьем испытании у Льва с Латунной было бы ровно по одному очку, что означало бы ничью. А значит, никто бы ничего не получил, оставляя кристалл у самой драконицы.

Но невиданная «храбрость» Асириуса вернула всё на свои места. Лев благодарил свою удачу за то, что пока Сариана мучилась от провала плана, то она не обратила внимания на странную неподвижность и поведение прислужника.

Второй же вещью, что почти полностью поглотила внимание Думова, был легонько мерцающий острыми гранями синий кристалл. Хоть по краям он и был полупрозрачен, но чем дальше вглубь, то тем труднее было в нём хоть что-то разглядеть. Более того, в самой глубине то и дело мерещилось какое-то движение.

Лев положил лапу на кристалл и постарался сосредоточиться, как учил его Асириус при взаимодействии с тотемом. Но как бы он не пытался, ему что-то постоянно мешало. Дракончик нахмурился и удвоил усилия, но что-то всё равно упорно препятствовало. Раздраженно цыкнув, Лев открыл глаза, собираясь попробовать чуть позже, как у него отпала челюсть.

Висящий на шее ремешок с костяным когтем натянулся и в наглую прижался к ЕГО кристаллу!

— Ах ты-ж скотина! — взревел Думов, обхватив коготь, будто собирался его задушить, и яростно тряся. — Воровать мою магию вздумал! А я-то думаю, что не работает!

Зажатый элементаль неумело пытался оправдаться, чем ещё больше злил дракончика.

Крики Льва оказались столь громкими, что невольно пробудили героя дня, Асириуса. Застонав и заворочавшись, Асириус приподнял голову, мутными глазами осматриваясь и пытаясь понять, что происходит.

Наконец глаза кобольда широко раскрылись, когда он понял, что его привели в святая святых — личное логово мастера, куда, как он слышал, никто больше ни разу не попадал.

— М-мастер? — рискнул пискнуть Асириус, привлекая к себе внимание гневающегося вирмлинга.

— О, ты уже проснулся? — решил все же смилостивиться Думов. — А ты, — он ткнул когтем в почтительно молчавший тотем, осознавший, что спором он делает только хуже. — Ещё раз так сделаешь, мы с тобой совсем по-другому поговорим!

Игнис тут же выразил полное раскаивание и заискивающе замерцал, вызвав насмешливый фырк Льва. Однако конфликт был затушен и элементаль мысленно стёр чуть «плазмы» со лба. Эту форму извинение он подсмотрел у кобольда и прямо сейчас опробовал её эффективность.

Элементалик уже понял, что его заклинатель духов очень вспыльчивое и раздражительное существо, бывшее ещё и до крайности мстительным, что опять же полностью соответствовало тому, кто он есть.

Но, что важно, он при этом имел небольшую, но снисходительность к идиотам. Поэтому, если ты сотворил при нём какую-то дурость, то лучше было её как можно скорее признать.

— Мастер, этот младший очень плохо помнит, что произошло, — доверительно признался Асириус, нервно почесывая голову под пристальным взглядом дракончика. — Помню, что этот ужас… то есть я хотел сказать, ваша дорогая матушка, приказала нам встать возле сокровищ, а потом… ничего не помню… — взгляд кобольда наткнулся на кристалл. — Мы победили⁈

— Воистину! И ты показал себя как настоящий герой! — преувеличенно радостно воскликнул Лев. Задрожавший в когте Игнис попытался было что-то сказать, но щелбан заставил тотем прокрутиться вокруг шеи дракончика, оставив оглушенного духа приходить в себя. — Представляешь, все остальные испугались и разбежались! Им было плевать на своих мастеров. Им были важны свои жалкие, никчемные жизни, чем возможность помочь повелителям! Можешь себе представить такую низость⁈

— А я? — страшась ответа, спросил Асириус.

— А ты был совсем не таким! Пока они бежали, спасая свои паршивые шкуры, ты храбро стоял перед всем ужасом и отчаянием моей кошмарной и безжалостной…

Пол в пещере ощутимо задрожал, словно внутри прошло небольшое землетрясение.

— … прекрасной и величественной матерью, — мгновенно переобулся Думов, даже на секунду не дав себе запнуться. — Даже когда смерть казалась неминуема ты всё равно не дрогнул! И всё это ради меня!

«Так и знал, что она слушает!» — мысленно закричал Лев, обливаясь потом: «Хорошо, что я решил перестраховаться! Если бы я сказал правду, то камня бы у меня уже не было!»

— Да? — ошеломленно протянул кобольд, не в силах поверить в то, что слышал. — Правда?

— Чистейшая правда, — не моргнув и глазом соврал Думов. —