Книга Азраила - Николь Эмбер

– Пожалуйста, позволь мне пойти с тобой, – попросила она.

Она посмотрела на меня своими большими карими глазами, обрамленными густыми ресницами. Любопытно, сколько мужчин попалось на эту уловку.

– Нет.

– Самкиэль! – закричала она, когда я повернулся к ней спиной.

Я чувствовал тошнотворный запах горящей кожи, пока она обрушивала свою ярость на светящиеся прутья решетки. Небожители последовали за мной, и дверь за нами захлопнулась, заглушив ее возмущенные крики.

Когда мы остановились в главном зале, я повернулся к ближайшему ко мне Небожителю.

– У вас есть адрес?

Он что-то пролистал в своем планшете, и на экране появилось несколько картинок. Я увидел деревья, пляж с белым песком и океан, простирающийся до самого горизонта. Стоящие вдоль побережья дома были невысокими, с куполообразными крышами. Лишь одно здание отличалось – оно было больше других и с множеством окон. Повсюду гуляли едва одетые смертные. Я взял планшет и принялся внимательно рассматривать детали изображения.

– Мы думаем, она там. Это похоже на какой-то курорт.

– Очень хорошо.

Я вернул планшет и повернулся, чтобы уйти. Небожители собирались последовать за мной, но я бросил им через плечо:

– Оставайтесь с Винсентом. Боюсь, наша гостья не очень сговорчива.

Уходя, я услышал, как кто-то из охраны нервно сглотнул.

19. Лиам

Я приземлился прямо на теплый песок. По изображениям на планшете я понял, что нахожусь в правильном месте. Песчаные острова были своеобразным убежищем, и, учитывая, насколько далеко они находились от других городов и островов, это был не худший выбор. Проходящие мимо смертные окинули меня оценивающим взглядом и принялись перешептываться, обсуждая мой наряд. На общем фоне я был слишком одетым.

Волны гулко разбивались о берег. Громкие крики и взрывы смеха сотрясали воздух, заставляя меня поежиться.

Я не на войне.

Я не на войне.

Нужно было покончить с этим как можно скорее. Я вздохнул, чтобы успокоить учащенное сердцебиение. Простенькая кирпичная дорожка под моими ногами извивалась, разветвляясь в нескольких направлениях. Одна из тропинок вела к большому зданию с окнами. Я отчетливо слышал каждого человека, живущего в этом месте, – слышал их смех, храп и крики удовольствия. Судя по сердцебиению, я насчитал две тысячи семьсот сорок четыре смертных.

Это было вовсе не убежище, но тем не менее умный ход. Если мисс Мартинес хотела спрятать что-то дорогое для нее, было хорошей идеей поместить это что-то туда, где это не будет выделяться. Я прошел по аллее. Тропа огибала два больших водоема, вокруг которых сидели люди. Некоторые из них болтали, некоторые – плавали. Это казалось идиотизмом, учитывая, что океан был всего в нескольких футах, но я не так хорошо знал смертных, чтобы оценить нормальность их поведения.

Войдя в здание, я невольно зажмурился. Свет был почти таким же ярким, как солнце, вокруг которого вращалась Онуна. Я остановился, меня охватило беспокойство. Несколько человек замерли на месте, глядя на меня и перешептываясь. На это мне было наплевать. Я был предметом обсуждения с самого рождения. Нет, здесь было что-то еще. Я мысленно просканировал все этажи, но смог распознать только сердцебиение смертных. Так в чем же дело? После нескольких секунд раздумий я, так ничего и не обнаружив, отмахнулся от этого странного чувства.

Люди столпились вокруг массивной статуи, извергающей воду в самом центре зала. По углам комнаты красовались большие цветочные горшки. Одна стена была выполнена из прозрачного стекла, открывающего потрясающий вид на океан и острова. Несколько смертных стояли возле двух длинных белых столов – таких же, как в Гильдии. Персонал отвечал на вопросы и просьбы гостей. Может быть, мне стоит пойти туда? Я шагнул вперед, пытаясь найти способ подняться наверх. Если не найду сам, значит, спрошу.

– Прошу прощения, сэр? Кажется, вы заблудились. Мы можем вам помочь?

Двое мужчин встали передо мной, вынуждая меня остановиться. Они были на несколько дюймов ниже меня, в одинаковой черной одежде с сине-белым прямоугольным символом на груди. Их поза говорила о том, что они занимают здесь какое-то важное положение.

– Да, как мне добраться до двадцать шестого этажа?

– Слушай, приятель. Я думаю, если бы тебе было место там, наверху, ты бы знал, как добраться до двадцать шестого этажа.

Парень слева протянул руку и похлопал меня по плечу. Я повернул голову, глядя на его ладонь.

– Пожалуйста, не прикасайтесь ко мне.

Он ахнул и отдернул руку, прижимая ее к груди.

– Какого черта, меня только что ударило током!

– Что за х…

За моей спиной меня раздался звон, и, обернувшись, я увидел открытый лифт. Я молча направился к нему, игнорируя крики позади меня и смертных, расступавшихся в стороны, чтобы дать мне дорогу. Я успел зайти внутрь как раз в тот момент, когда двери закрылись.

На панели загорелось несколько неизвестных мне символов. В моей голове замелькали всевозможные языки, выученные мною за долгие годы. Если бы Логан был рядом, он бы помог мне, как и всегда. Я провел руками по лицу.

В голове возникла картина: Логан в руках мисс Мартинес, она держит его избитое и окровавленное тело. Я видел его истекающим кровью, при смерти, но ничего не почувствовал. У меня не было боли в груди, как тогда, когда умер мой отец, не было огромного прилива силы, говорящего мне уничтожить стоящее рядом с ним существо. Я был действительно сломлен.

То, что говорили о старых богах, было правдой. Их эмоции со временем кристаллизовались, делались тверже камня. Отец показывал мне их статуи, когда я был мальчиком, напоминая мне о том, что нельзя позволять чувствам брать над собой верх. Если бы я действительно любил и потерял эту любовь, то это разбило бы мне сердце и уничтожило меня. Я знал, что нахожусь в шаге от того, чтобы потерять себя. Я понял это в ту секунду, когда узнал о гибели Зекиэля. Он был одним из моих самых старых друзей, но я ничего не чувствовал.

Я просто хотел вернуться домой, спрятаться от взглядов, умолявших меня быть тем человеком, которого они помнят. Поэтому я был здесь. Мне нужно было найти сестру мисс Мартинес и любыми способами предотвратить войну, после чего вернуться домой. Я опустил руки и открыл глаза. Пора сосредоточиться. Внимательно осмотрев маленькие кнопки, я вспомнил языки и изображения, которые мне показывал Логан. Там были буквы, цифры и знаки. Верно, цифры – мне нужен номер двадцать шесть. Расплывчатые образы, наконец, собрались в единое целое. Я моргнул, открыл глаза и увидел нужное мне число.

Я нажал цифру двадцать шесть, и кнопка загорелась.

Двери лифта открылись, и передо мной оказался длинный коридор со множеством дверей. Я ступил на блестящий каменный пол и остановился, не зная, что делать дальше. Пожав плечами, я решил стучать в каждую дверь. После нескольких неловких диалогов я наконец нашел то, что искал. Аромат из-за двери был тонким, едва уловимым, но я чувствовал силу его обладательницы. Она была похожа на маленькую вспышку пламени, тогда как ее сестра была бушующим лесным пожаром. Запах напоминал пряную корицу мисс Мартинес, но с оттенком чего-то удивительно чистого. Я легонько постучал в дверь и стал ждать.

– Кто там? – прозвучал тихий голос.

За этим последовал звук, похожий на шлепок, и шепот:

– Дерьмо.

Я почесал затылок, размышляя, как мне следует представиться, чтобы ее не напугать.

– Мисс Мартинес работает на меня, и она послала меня за вами.

Надеюсь, это прозвучало адекватно. За дверью послышалось шарканье. Потом раздался громкий треск и еще больший шорох. Я уставился на дверь, задаваясь вопросом, что она там делает. Из комнаты прозвучал голос:

– Одну минуту.

Я заложил руки за спину, терпеливо ожидая, когда мне позволят войти. Раздался тихий звон, и я рефлекторно повернулся к источнику звука. Лифт открылся и задержался на несколько секунд, словно кто-то из него вышел, но внутри никого не было. Волосы на моем затылке встали дыбом, ноздри раздулись – я почувствовал неладное. По коридору гулял легкий ветерок, но не было ни запахов, ни шагов.