Двор Ураганов - Виктор Диксен

качка, тогда как на верхней палубе плавучей цитадели движение моря не ощущалось совсем. Здесь же, в ее недрах, невозможно игнорировать тот факт, что нас окружали тысячи кубометров воды…

Зрачки вампира, по мере того как он вновь обретал контроль над собой, постепенно расширялись. При свете масляной лампы, мягко покачивающейся на потолке, я увидела золотые всполохи, тлеющие в черных радужках.

– Откажись от участия, – наконец произнес он, отнимая руку от стены, – у тебя еще есть время.

– Отвечу встречной любезностью: попроси свою графиню снять кандидатуру.

– У тебя нет никаких шансов обыграть ее.

– Думаю, наоборот, все шансы на моей стороне. Леди Джуэл не производит впечатления находчивой и умной. Красноречие на уровне устрицы. К тому же не участвовала в абордаже. Неужели королева Анна не нашла никого лучше? Так и хочется спросить, где она взяла эту чемпионку…

– На улице Лондона. На одной из самых злачных в Сохо[124], если быть точным.

Приступ гнева прошел, и к Стерлингу вернулась привычная флегматичность. Он снова выражался невыносимыми полунамеками, которые раздражали и в то же время возбуждали любопытство.

– В Лондоне? Разве леди Джуэл не живет в своем замке в Кентербери?

– Она никогда там не была.

– Но как в таком случае можно считаться графиней?

– Нет ничего проще: с помощью грамоты о пожаловании дворянства, в срочном порядке подписанной рукой королевы. Вместе с приказом о трансмутации, который я имел удовольствие исполнить.

Губы лорда растянулись в довольной улыбке.

– Хочешь сказать, что ты трансмутировал простолюдинку по приказу Анны Стюарт специально для этой миссии? – я пребывала в шоке.

– Именно. И ее кровь была самой сладкой до того, как я предложил ей выпить мою в наших восхитительных объятиях, потому что нет ничего более интимного, чем ритуал трансмутации.

– Но зачем искать девушку с улицы? Только из-за ее красоты?

– Государственная тайна, – загадочно ответил Стерлинг.

Опять эта невыносимая манера! Вампир сделал вид, что запечатал губы пальцами: его ногти и клыки вернулись в прежнее состояние. Мой язык зудел от незаданных вопросов. Смутное подозрение, охватившее меня в тот момент, когда я впервые услышала имя англичанки, не давало покоя: неужели «джуэл» – это аллюзия на «El Corazón de la Tierra»? Да нет, не надо впадать в паранойю. Ничто до сих пор не указывало на то, что Стерлинг охотился за мистическим алмазом… если только его миссия – не очередная государственная тайна.

– Ну и храни свои секреты, – бросила я лорду, понимая, что большего из него не вытяну. – А я сохраню свои пешки в игре. Если бы ты был уверен в победе своей протеже, то не просил бы меня отказаться от участия. Не рассчитывай на то, что я это сделаю.

– И ты не рассчитывай, что выручу тебя, когда в следующий раз будешь на волосок от смерти.

– В следующий раз? Ты бредишь! Я не была на волосок от смерти!

Стерлинг снисходительно кивнул, как взрослый, соглашаясь с неразумным ребенком.

– Да, ты ее почти коснулась, только не осознала это. Ты действительно веришь, что абордаж под руководством шведки потерпел неудачу исключительно из-за некомпетентности ее экипажа?

– Канадские моряки непривычны к военным маневрам… – промямлила я, оторопев.

– В их защиту могу сказать, что любой маневр трудно исполнить с сошедшим с оси штурвалом. То, что я и решил сделать за час до баталии, увидев, как охрана «Ураноса» готовила несколько лодок-спутников; я заподозрил, что в вечернем подвиге будут задействованы эти корабли.

Утверждение Стерлинга лишило меня голоса. Он совершил диверсию, чтобы… повысить мои шансы на победу? Прежде чем я смогла вымолвить хотя бы слово, раздался скрежет, затем другой: двери кулуара открывались одна за другой, из них выходили вампиры в майках. Последнее создание, стряхнувшее с себя оковы сна без сновидений, вышло из каюты самого Стерлинга. Я узнала высокий стройный силуэт: леди Джуэл в ажурном кружевном платье. Ее длинные светлые волосы были взлохмачены, как после бурной ночи любви. Она делила покои со своим трансмутатором и, возможно, его гроб. Как он сказал? Нет ничего более интимного, чем ритуал трансмутации?..

В полном замешательстве я развернулась на каблуках. Было ощущение, что это не лампы на потолке мягко раскачивались, а моя голова начала кружиться.

Зачем Стерлинг повредил штурвал канадцев? Предпочел убрать шведку первой, полагая, что впоследствии я буду представлять меньшую угрозу для англичанки? Или притворился, что хотел помочь мне? Во время нашей стычки в Фор-Руаяль он утверждал, что искренне заботится обо мне, а не играет роль. А те испытания, что мы преодолели вместе в Париже, напав на след Дамы Чудес? Совместная миссия в сложившихся обстоятельствах?.. Или я должна разглядеть что-то большее?

Голова гудела от вопросов. Я брела по кулуарам и лестницам, в действительности не понимая, куда иду. Все палубы выглядели одинаково. Как члены экипажа «Ураноса» находят дорогу, не теряясь?.. К тому же давненько никто из них мне не попадался на пути. В каких неожиданных закоулках я снова оказалась? Узкий проход почти не освещался. Редкие масляные лампы, специально притушенные, излучали слабый свет. Я приблизительно понимала, что прошла достаточное количество ступенек и должна бы уже вернуться наверх, на уровень ватерлинии[125], но все равно меня окружали стены без иллюминаторов, значит, я где-то в центре плавучей цитадели, далеко от борта. Кончилось тем, что я уперлась в широкую шипованную дверь, которая перекрыла проход: тупик.

Я хотела развернуться и уйти, но интуиция подсказала не торопиться. Или скорее ощущение. Ощущение пронизывающего холода, усиливающегося по мере приближения к двери. Я коснулась бронированного полотна: иней покрывал его. Единственным существом, способным создавать подобную стужу, превосходящую всю ассамблею версальского Двора, вместе взятую, был Бледный Фебюс. Тот, кто спит по утрам, должен к этому времени проснуться. И он там, совсем близко, я убеждена в этом.

Я прочистила горло и постучала три раза:

– Пожалуйста, есть кто-нибудь?

Тишину нарушило дребезжание дверного запора, тяжелая панель повернулась, проскрипев на железных петлях. Я увидела не Бледного Фебюса, а его первого лейтенанта в белоснежной ливрее.

– Месье Гюннар, – пролепетала я. – Я… я заблудилась.

Встав на цыпочки, я пыталась разглядеть комнату за спиной норвежца, но его крупная фигура загораживала обзор.

– Вы слишком далеко от ваших покоев, чтобы просто заблудиться, – прорычал великан, пронзив меня взглядом.

Я изобразила самую невинную из своих улыбок:

– Пошла прогуляться, несколько неразумно, согласна. Цитадель настолько экстраординарна, что я утратила ощущение пространства и времени. Признаюсь, у меня трудности с ориентацией: далеко ли я от центральной части – донжона?

– Нет, вы уже пришли, – прошептал голос за спиной Гюннара.

Лейтенант посторонился, пропуская белую