Рандеву с водяным - Дарья Калинина

На это Делон начал бормотать нечто такое невразумительное, что понять точно, что он хотел сказать, я так и не сумела. Я поняла только то, что трудности и преграды буквально высились перед Делоном просто со страшной силой. И ничегошеньки ему выяснить про этого помятого типа, сунувшего в дверь Михаила записку от Алены, не удалось. Попросту говоря, он про него забыл.

— Ну и черт с ним! — рассердилась Мариша, когда я рассказала про легкомысленное отношение Делона к данным обещаниям. — Как-нибудь без него справимся. Раньше же как-то справлялись? А мужикам верить вообще нельзя, обязательно подведут! Пообещают, что встретят, а сами потом за своими делами про все обещания забудут, надуют тебя за милую душу. И вот ты уже тащишься по перрону с кучей багажа, который набрала в полной уверенности, что его за тебя понесет кто-то другой.

— И как ты думаешь его искать? — спросила я, имея в виду помятого типа на таком же помятом «Форде».

Но Мариша не была бы Маришей, если бы у нее в рукаве не было припрятано несколько тузов.

— Помнишь того славного мальчика, который явился вместе с экспертами к месту смерти Михаила? — спросила она у меня. — Как его звали? Федя?

— Угу, — кивнула я.

— Тогда что ты скажешь, если мы позвоним ему и попытаемся выяснить, кто этот помятый тип? — спросила у меня Мариша.

— А с чего ты взяла, что менты занимались его розысками?

— Ну, чем-то им нужно заниматься, — пожала плечами Мариша.

Впрочем, Феде она позвонила сама. Но и тут нас ждало горькое разочарование. Никакого помятого типа на таком же помятом «Форде» с цветастым шарфом вокруг шеи менты не нашли. И даже не искали.

— По факту первого трупа у нас уже есть крепкая подозреваемая, — сказал Федя. — Светлана Игоревна — жена любовника жертвы. Поэтому Жихарев никогда не согласился бы разыскивать по всему городу человека с такими неопределенными приметами только потому, что две какие-то особы, внушающие очень мало доверия, сказали, будто бы он может быть замешан в первом убийстве.

— Не быть твоему Жихареву великим сыщиком, — пренебрежительно сказала Мариша. — Вообще непонятно, как он и до лейтенанта дослужился. Любому младенцу известно, что нет ничего важней деталей. А особенно мелких и на первый взгляд незначительных.

Ну, предположим, лекцию она бедному Феде прочла. Но это нас ни на сантиметр не приблизило к цели — где искать помятого типа.

— Давай рассуждать логически, — сказала мне Мариша, закончив отчитывать Федю, — если этот тип знал про Алену и Михаила, то он должен был бы с ними тесно общаться.

— Совсем не факт, — сказала я. — Например, я знаю о сотне людей, с которыми никогда в жизни мне не приходилось общаться лично. Я знаю о них через своих друзей или родственников.

— Но в данном случае у Михаила и Алены был слишком узкий круг общих знакомых, — возразила Мариша.

— Да, — кивнула я. — Светлана Игоревна, сестры Цветиковы, домработница Катерина Николаевна, работники фирмы «Эдем» и…

— И детектив, которого наняла Светлана Игоревна! — воскликнула Мариша. — Ты помнишь, адрес Алены Светлана Игоревна получила через какое-то детективное агентство. Быть может, тот помятый тип и есть тот детектив, который выследил Алену и затеял какую-то свою игру?

— А ведь верно! — воскликнула я.

После этого мы вернулись обратно к Цветиковым. Дверь нам открыли с большими предосторожностями. Мы порадовались, что наши советы не пропали втуне, и вошли.

— Катерина Николаевна, а в каком агентстве Светлане Игоревне помогли узнать адрес Алены? — прямо с порога спросила я.

— Я не помню, — растерялась женщина. — Света обращалась к стольким специалистам. Но я могу посмотреть. К счастью, ее записи по этим агентствам остались дома. Во время обыска менты почему-то не обратили на них внимания.

И она отправилась за записями.

— Вот ее записи! — вернувшись с несколькими порядком исчерканными листами бумаги, сказала она. — Не знаю только, в каком именно из указанных тут агентств помогли Свете.

И она протянула записи нам. При этом у нее на глаза снова навернулись слезы.

— О господи! — разрыдалась она. — Лучше бы эти детективы ничего не находили. Тогда Света не поехала бы в тот проклятый дом! И сейчас была бы с нами. Ведь и девочки нашлись! Такая радость, а Светки дома нет. Не надо было ей по детективам бегать. Никакой пользы, один вред от них. Ну да что теперь говорить!

И она обреченно махнула рукой. Из их квартиры мы вышли под аккомпанемент рыданий верной подруги Светланы Цветиковой.

— Поехали к моей маме домой, — сказала Мариша. — Там передохнем, перекусим, а потом с новыми силами начнем звонить по этим детективщикам.

— А почему не ко мне? — спросила я.

— Потому что моя мама нас покормит нормальной пищей, — ответила Мариша. — А у тебя снова придется замороженными полуфабрикатами питаться.

В словах Мариши был свой резон. После многодневных розысков желудок у меня с каждым днем все сильней и сильней требовал чего-нибудь домашнего. Тот борщ, по тарелке которого мы с Маришей съели в квартире Цветиковых, был слишком очевидно сварен из бульонного кубика. А про пиццу лучше было и не вспоминать. Потому что если вспоминалось, то мой желудок отзывался на это воспоминание такой острой болью, что дух перехватывало.

До Маришиной мамы мы добирались недолго. И уже через полчаса умытые и посвежевшие сидели за кухонным столом в окружении звериной стаи и все вместе жадно поглощали умопомрачительно вкусную тушеную свинину с морковью, помидорами и луком. На гарнир полагалось картофельное пюре. Натуральное, а не из пакетика.

— Где же вы болтались столько времени? — поинтересовалась у нас Тамара Ильинична. — Я вам обеим звонила, но к телефону никто не подходил.

— Очень много дел, — таинственно пробормотала Мариша с набитым ртом.

Тамара Ильинична только головой покачала.

— Если влипнете в очередную историю, спасать не зовите, — сказала она нам.

После обеда мы отправились вызванивать детективов из тех агентств, к помощи которых прибегала Светлана Игоревна, пытаясь разыскать мужа и дочерей. Разобрать ее каракули, которыми были испещрены листы бумаги, было трудновато. Но чего другого можно ожидать от попавшей в беду и окончательно потерявшей голову женщины? Наоборот, мы бы удивились, если бы все телефоны были аккуратно записаны напротив именно того агентства, которому принадлежали.

Но в конце концов, повертев листы так и этак, нам удалось найти один телефон с именем, который был обведен особенно жирно.

— И смотри, этот же телефон вторично выписан уже на верху страницы, — сказала мне Мариша. — Причем почерк у Светланы Игоревны стал значительно уверенней, словно она получила от этого детектива какие-то гарантии или что-то там такое, что смогло ее несколько успокоить.

— Звоним этому Григорию Андреевичу из агентства «Икар»? — спросила я.

— Ага, — кивнула Мариша.

И мы позвонили. Увы, удача отвернулась от нас. Григорий Андреевич в принципе работал в данном месте, но сейчас его не было. Оно и понятно, было уже почти восемь часов вечера. И где именно этот Григорий Андреевич находится, на задании или нет, секретарша не знала. Отказалась она нам дать и его домашний адрес.

— Вы не понимаете, это дело жизни и смерти, — рыдала Мариша в трубку.

Рыдала она так упоенно, что к нам примчались все перепуганные обитатели квартиры.

— Маришка, что случилось? — заголосила Тамара Ильинична. — Кто умер? Так я и знала, что эти ваши самостоятельные расследования до добра не доведут. Кто погиб? Дядя Сеня?

Тамаре Ильиничне подпевал звериный хор. Все пели на разные голоса, но в целом выходило очень жалобно и живописно. Немного подумав, я тоже стала горестно подвывать. Конечно, против такого всеобщего потока скорби не выстояла даже твердокаменная секретарша на другом конце провода. И мы получили вожделенный домашний адрес и телефон Григория Андреевича.

— Совсем не факт, что это именно тот детектив, который нам нужен, — сказала Мариша, еще не осушив слез, и, едва положив трубку на рычаг, улыбнулась.

— Что такое? — изумилась Тамара Ильинична. — Чему ты радуешься? Я что-то ничего уже не понимаю. То ты плачешь в три ручья, то смеешься. Ничего не понимаю.

— И не надо, — заверила ее Мариша, снова набирая номер, тыкая пальцами в кнопки телефонного аппарата.

На этот раз она звонила детективу. К телефону подошла девушка. Верней, девочка. И пролепетала, что папы нет дома. Но есть бабушка. А папа вернется скоро. Он вышел в магазин за хлебом.

— Я хочу знать, в чем дело! — настаивала Тамара Ильинична.

— Ни в чем, — ответила Мариша. — Мы ищем одного детектива, которого одна наша знакомая наняла следить за своим мужем и одной девицей.

— Ну и что? — не поняла Тамара Ильинична. — Вам-то он зачем?