Проект 'Анима' - Владимир Бочкин

- Не говори ерунды, - сказал второй. – Он живой, - и подумав, добавил. – Почти.

В горле почти живого что-то булькнуло. Он шумно и сипло вздохнул. Обвёл окружающих слепыми глазами. Все невольно отступили на шаг. У человека дрогнули ноздри, и он порывисто обернулся к столу. Нагнулся к кружке, его ноздри снова дрогнули. В кафе воцарилась тишина. Человек схватил кружку обеими руками и жадно приник. В несколько секунд обе кружки опустели. И только после этого Дима успел сказать.

- Эй!

Человек опустил кружку и вдруг совсем по-человечески рыгнул. Один из портовиков хмыкнул.

- Ты смотри, Ваня то прав оказался. Этот тип ещё дневную норму не выпил.

На губах человека оседала пена.

- Нужно в полицию звякнуть, - сомневающимся тоном сказал кто-то. На него посмотрели осуждающе.

- Очумел! – выразил общее мнение небритый портовик. – Ещё в свидетелях мы не ходили. Думай что говоришь, - проворчал он.

Народ в Яргыле подобрался из тех, кто в прошлой жизни частенько встречался с полицией, но вовсе не в качестве свидетелей или потерпевших.

Человек вдруг резко встал и оказался лицом к лицу с Пашей.

Парень вздрогнул и вытянул руку с пистолетом. Направил ствол в голову странного человека. Его губы сжались, а голубые глаза расширились. Он разлепил губы.

- Я зомби живым не дамся. Я ему щас башку отстрелю.

Его рука дрожала.

- Всю бошку. Клянусь богом. Я выстрелю.

Катя встала перед дрожащим стволом пистолета. Она единственная обратила внимание, что любитель пива не снял предохранитель. Он видел пистолеты только в кино. Остальные больше смотрели на зомби. Девушка не стала ему напоминать. Нервный он какой-то от всех этих голливудских страшилок.

- Паша, успокойся.

Парень побледнел.

- Сама успокойся. Я видел, что эти твари с людьми делают! Они мозг выгрызают. Прямо из голов. Чёртовы зомби!

- И ты думаешь, он выпил пиво и сейчас тобой закусывать начнёт? – спросила Катя.

- А хрен его знает! Может тобой.

- Паша, здесь не Америка. Не дури.

- Зря показывать не станут, - огрызнулся голубоглазый.

Человек резко дёрнулся и пошёл прямо на Пашу.

- Ты смотри, какой прыткий после пива сделался, - сказал один из портовиков.

Паша отступил на шаг и схватился за пистолет обеими руками.

- Вот зверюга! – крикнул он. – Так и кидается.

- Паша, - тихо сказала официантка. – Уйди у него с дороги. Просто отойди.

Лицо парня залоснилось от пота. Он мельком взглянул на Катю и шагнул в сторону. Человек прошёл мимо него, даже не повернув головы. Подошёл к столу портовиков и схватил тарелку, на которой лежала половинка недоеденной котлеты, измазанная остатками пюре. Почти живой зомби в пару глотков проглотил котлету. Жадно урча, схватил следующую тарелку и зачавкал жареным окунем. Все как загипнотизированные смотрели, как странный человек сметает с тарелок все объедки. Это заняло всего пару минут. Попутно он опустошил графин с водой, допил все кружки с пивом и стаканы с компотом.

- Интересно, - сказал портовик с опухшим лицом. – Он водку будет допивать?

Словно услышав, раненый вылил себе в глотку полбутылки водки. Портовики одобрительно закачали головами.

- Не, всё нормально, - сказал портовик с колючей бородкой. – Водку пьёт, значит живой. Не зомби это, зуб даю.

- Ясен пень, не зомби, - сказа небритый. – Этот как Костян. Помнишь, был такой, щербатый. Он тоже всегда всё доедал. Просто оголодался и пьёт, наверное, уже неделю, не меньше. Вот и всё.

- А куртка? – сказал Паша.

- А куртку снял с кого-то. Не из морга же он сбежал.

Катя видела, как этот загадочный парень сидел здесь днём в этой же самой куртке, но ничего не сказала.

- Давайте скинемся и накормим зомби, - предложил Дима. – А то вид у него всё равно какой-то нездоровый и голодный.

- Пусть на свои деньги пьёт! – сказал опухший. Но коллектив его не поддержал.

- Да ладно тебе, - сказал небритый. – Парень дело говорит. Не дадим зомби умереть от голода.

Мужики скинулись и вскоре все присутствующие, включая прибежавшего на шум повара и пришедшую мыть полы тетку Полю, смотрели, как зомби пожирает немыслимое количество продуктов.

Но деньги быстро кончились, и портовики утратили интерес к представлению. Они немного протрезвели и начали клянчить у официантки водку в долг. Катя выдала им две бутылки «до завтра» и выпроводила.

Только Паша сидел, насупившись, и не выпускал из руки пистолет.

- Домой пора, Паша.

Парень мотнул головой.

- Я не могу оставить тебя здесь с прожорливым мертвецом.

- Я могу сама о себе позаботиться.

- Да уж.

Катя провела рукой по лбу.

- Паша, я устала. Мне всё надоело. И кафе давно закрыто! Всё! Представление окончено. Иди домой.

- Этот зомби… - начал Паша.

- Этот зомби объявляется частной собственностью кафе «Сибирский борщ». И точка. Пистолет отдай.

Парень нахмурился и прижал к груди руку с пистолетом.

- Паша, не дури. Ты знаешь этих серых. Они придут за своим пистолетом и голову тебе открутят. Ты видел того седого?

Парень сразу протянул пистолет обратно.

- Чего орёшь! Понял я всё, понял. Бери. Мне чужого не надо.

Катя заперла дверь за клиентами и повернулась к человеку.

- Ну и что мне с тобой делать, зомби горемычное?

Перед глазами расцвёл деревянный потолок. Я моргнул. Ночное зрение вернулось, только какое-то тускловатое. Я похлопал себя по груди. Мягкая кожаная куртка с дыркой. Безнадёжно испорчена, а вот сердце бьётся. Я полежал, чувствуя рукой биение сердце. Улыбнулся.

- Проверяешь, все ли органы на месте?

Я снова моргнул и только тут понял, что никакого ночного зрения нет, а есть включённая настольная лампа с белым абажуром. Моё тело валяется на стареньком диванчике. Я свесил ноги и сел. Рядом тёмный от времени обеденный стол. Обстановка сохранилась с советских времён. Коричневая поблёкшая мебель. Продавленный диван. На стуле, по другую сторону стола сидит давешняя официантка. Только теперь в новеньком халате. Чёрные волосы падают по плечам. Подперев руками подбородок, смотрит на меня. Рукава у халата короткие и я вижу её белые руки. У неё крепкая фигурка. Чуть полноватая, но ровно настолько, чтобы нравиться мужчинам.

На настенных часах 2:54.

- Где я?

- У меня дома.

Я потёр лицо руками.

- И как я здесь оказался?

Она фыркнула.

- Думаешь, ты первый мужик на рогах, которого