Сказки народов Азии - Николай Никулин

— Что ты так печален, юноша?

Рассказал Добряк, отчего ему невесело. Выслушала лисица все от начала до конца и говорит:

— Это не беда. Я тебе помогу. Знаю я место, где золота полным-полно. Ступай следом за мной!

Пошел юноша вслед за лисой, и привела она его в глубокую пещеру. В углу пещеры стояли три огромных кувшина. Открыл Добряк крышки, заглянул в кувшины, полным-полны кувшины золота, серебра да драгоценных камней. Поблагодарил юноша лисицу и перевез кувшины к себе в дом. На следующий день нанял он слугу и послал его во дворец со свадебным подарком — огромным золотым блюдом.

Никак король такого подарка от бедняка не ждал, пришлось ему для вида согласиться выдать принцессу за бедного юношу. И все-таки король не терял надежды избавиться от нежеланного жениха, придумал он еще одну хитрость. В день свадьбы привел король жениха в свои покои и говорит:

— Видишь эти десять блюд? В одном из них — красная нить. Найди это блюдо, найди красную нить и садись перед ним. Сумеешь найти — женишься на принцессе. А нет — будешь на ее свадьбе гостем и отправишься восвояси ни с чем.

Взглянул Добряк на десять блюд и растерялся: все десять одинаковые. Не знает, бедняга, к какому блюду садиться. Стоит, призадумался. Тут вдруг слышит юноша, над ухом муха жужжит:

— З-з-з! Ты когда-то отпустил меня на волю. З-з-з! За это я отблагодарю тебя. З-з-з! Смотри да приглядывайся: к какому из десяти блюд я полечу, к тому и ты садись.

Услышал это Добряк, успокоился. А потом уверенно шагнул к блюду, на которое муха опустилась. Удивился государь, что бедняк так ловко нужное блюдо указал. Решил он еще раз испытать жениха и говорит:

— А теперь найди во дворце покои невесты!

Смотрит юноша, перед ним множество дверей — все одна на другую похожи. У каждой двери — светильник, цветами украшенный.

Опять растерялся юноша, не знает, как ему быть. Вдруг подбегает та самая мышка, которую он когда-то на волю отпустил, и тихонько пищит:

— Помнишь, как ты меня отпустил? За это я тебе помогу. Ступай за мной! В какую дверь я юркну, туда и заходи. Это и есть покои принцессы.

Побежала мышка, побежала, а потом в одну из дверей — юрк! В ту дверь и добрый юноша вошел. Смотрит, вот они — покои принцессы. Да и сама принцесса там сидит, приветливо жениху улыбается.

Пришлось королю уступить. Стал Добряк королевским зятем, а потом и королем.

Юноша в козлиной шкуре

Вьетнамская сказка

Перевод Н. Никулина

 малых лет остался Зианг круглым сиротой, не было у него ни отца, ни матери. Едва мальчик подрос, взял его к себе деревенский богатей и велел буйволов пасти. Держал богатей парня впроголодь, одежонка на бедняге совсем изодралась-излохматилась, лицо от загара да от грязи почернело. Никто в селении не хотел знаться с жалким оборванцем.

Пас однажды Зианг буйволов на склоне холма. Вдруг видит, шагают по тропинке три парня, все трое одеты как щеголи, идут себе да весело смеются. Зиангу очень захотелось узнать, отчего парням весело и куда это они путь держат. Подбежал он к ним и спрашивает:

— Куда вы идете и отчего так веселы?

— Идем мы в горы к старцу — великому искуснику, он некрасивых людей в красивых превращает, — отвечали парни, — а нам позарез надо стать красавцами, потому как надумали мы жениться.

Стал Зианг просить парней, чтобы и его взяли с собой. Те тотчас согласились.

— Так и быть, возьмем тебя. Авось нам еще веселее будет.

Загнал Зианг хозяйских буйволов в хлев, а сам побежал вслед за парнями. Денег у трех парней звенело в карманах много, щеголяли они в нарядной одежде, а на уме у них были одни только шутки да прибаутки. Призадумался Зианг о своей тяжелой доле и не заметил, что вместе с парнями добрался до подножия высокого холма. И тут вдруг, откуда ни возьмись, появился седовласый и седобородый старец с вязанкой хвороста за спиной. От усталости старик еле ноги переставлял и сильно запыхался. Богатые парни с шутками да прибаутками прошли мимо старика, а Зианг остановился и учтиво спросил:

— Далеко ли хворост несете? Давайте, почтенный, помогу вам!

Положил старик вязанку на землю, с трудом отдышался и сказал надтреснутым, старческим голосом:

— Живу я вон на той горе, надобно карабкаться все вверх и вверх, это в мои-то годы! Так что от помощи не откажусь.

Взвалил юноша вязанку хвороста на плечо и пошел вместе со стариком. Старик сильно семенил, и Зиангу пришлось приноравливаться к его шагу. Старик спросил, куда Зианг путь держит.

— Иду я к старцу — великому искуснику, он некрасивых людей в красивых превращает, — смущенно ответил юноша.

— Тогда позволь, добрый человек, сказать тебе: в моем селении как раз и живет старец, который многих некрасивых людей красивыми сделал. Немного погодя я покажу тебе, как его дом разыскать.

Подошли они к селению, старик взял у Зианга свою ношу и сказал:

— Иди вниз вон по той тропинке, а дальше спросишь у людей, они помогут тебе разыскать дом того старца.

Старик пошел по тропинке вверх, а Зианг стал спускаться вниз. Через некоторое время он увидел трех парней, от которых отстал.

— Эй, парни! — закричал Зианг. — Вы ведь прошли мимо того самого селения, которое нам нужно. Поворачивайте-ка назад! Вон в том селении и живет старец — великий искусник, он некрасивых людей в красивых превращает!

Повернули парни назад и вместе с Зиангом пришли в селение, про которое старик с вязанкой хвороста говорил. Расспросили они людей, и те показали им нужный дом. Приходят, а там сидит тот самый старик, что повстречался им у подножия холма. Только теперь его было не узнать, старик уже красовался совсем в другом наряде. Он просил всех четырех парней пожаловать в дом, усадил их, выслушал и говорит:

— Ну что ж, я не прочь вашему горю пособить. Так и быть, сделаю вас красавцами!

А парни-то были из богатых домов, сидят, носы морщат — жилье старика показалось им очень уж убогим.

— Какая здесь грязь да вонь! — шепчутся они.

А Зианг увидел, что в доме не прибрано, и принялся помогать старику: подметать, мыть да сор выносить. Богатые парни и пальцем не шевельнули, знай просят старика, чтобы он поскорее превратил их в красавцев, тараторят, что спешат домой к празднику, а то разберут всех невест и им ни одной не достанется.

— Ладно, — сказал старик, — утром, так и быть, я займусь вами тремя, а тебе, Зианг, придется потерпеть. Ты сирота, тебе спешить некуда, невеста тебя не ждет. Поживи у меня, а там видно будет.

Зианг не стал перечить старику:

— И в самом деле, куда мне торопиться? Поживу-ка я у вас. Только вот без дела сидеть я не привык. Дайте мне, почтенный, какую-нибудь работу, а то умру с тоски.

— Вот и хорошо, — молвил старик, — я как раз деревья корчую, новое поле под кукурузу готовлю. Так что дело тебе найдется.

На другой день взял Зианг острый нож да тяжелый топор и отправился деревья корчевать. А старик дома остался, потому что трем парням из богатых домов все не терпелось — очень уж хотели они поскорее сделаться красавцами. Парни ссорились, кому быть первым, и так торопили старика, что у первого парня лицо получилось скособоченным, а у двух других — перекошенным. Выставил старик парней за дверь, не захотел их слушать.

Явились парни на праздник, девушки посмотрели на них да с испугу как кинутся врассыпную!

А Зианг между тем лес корчевал. А как вернулся он с горного поля, старик чуть-чуть подправил ему лицо. Каждый день так и повелось: старик исправлял изъян за изъяном, делал это без спешки и подолгу любовался своей работой.

Минул месяц, старик дал Зиангу монету и послал его в селение курицу купить. Вернулся Зианг, а старик его и спрашивает:

— Скажи, сынок, когда ты пришел в селение, встретили ли тебя собаки громким лаем? Захрюкали ли свиньи? Закудахтали ли куры?

— Нет, почтенный, — ответил Зианг, — собаки не лаяли, свиньи не хрюкали, куры не кудахтали.

Старик что-то пробормотал, опять усадил юношу перед собой и устранил какой-то изъян у него на лице. И еще целый месяц старик каждый день исправлял на лице у Зианга мельчайшие изъяны и опять каждый раз подолгу любовался своей работой.

Через месяц он снова дал юноше монету и отправил его в селение, на этот раз за уткой. Вернулся Зианг, а старик опять его спрашивает:

— Скажи, сынок, когда ты пришел в селение, встретили ли тебя собаки громким лаем? Захрюкали ли свиньи? Закудахтали ли куры?

— Нет, почтенный, — ответил Зианг, — собаки не лаяли, свиньи не хрюкали, куры не кудахтали.

Старик пробормотал:

— Значит, придется еще поработать. Ну-ка, сынок, садись передо мной.

Еще девять дней исправлял старик изъяны на лице Зианга. А потом опять дал ему монету, велел идти в селение — купить козла с длинной шерстью, длинной бородой и изогнутыми рогами.