Пандемия 2023 - Дмитрий Найденов

на вас. Если вы не найдёте вакцину, мы все обречены. Сообщите на каком уровне находится разработка вакцины? Вы ведь привлекли к исследованиям все доступные лаборатории? – спросил сенатор.

– Я делаю всё, что возможно, но пока ничем не могу обнадёжить. На поиск вакцины может уйти около полугода и это с учётом всех возможных сил, которые только можно привлечь, – ответил профессор, устало потирая лицо.

– Но у нас нет полугода, вы же понимаете, что вирус убьёт всё население намного раньше, нет гарантий, что спрятавшиеся в бункерах, смогут продержаться эти полгода без выхода наружу, а это гарантированное заражение.

– Вообще, разработка вакцины занимает два-три года, мы и так делаем всё, что возможно. Я бы на вашем месте, постарался договориться с русскими. Мы изучили образец их вакцины, там выживаемость составит примерно тридцать-тридцать пять процентов. Не уверен, что даже через полгода мы приблизимся к этому результату. То, что мы получили в виде мутации вируса, превзошли все наши расчёты. Такой высокой вирулентности мы даже не смогли повторить и нам совершенно непонятен механизм мутации этого вируса. Хуже того, все эксперименты, которые мы проводим, говорят о продолжающейся мутации вируса в организме заражённых людей. Есть вероятность, что через месяц, а может, и уже через пару недель, русская вакцина не будет работать, поэтому я бы на вашем месте поторопился. Но у меня есть хорошие новости по второй стадии проекта «Эволюции», он будет работать в текущих условиях, даже после использования вакцины русских, – сказал профессор.

– Вы в этом уверены? Это очень важно, и какой успех будет в Китае? Как сработает на них вторая фаза проекта.

– Скажу так, при текущих показателях, когда выживет одна треть, экваториальные расы, потеряют как минимум восемьдесят процентов от выживший, монголоидные расы от тридцати до пятидесяти процентов. Европеоидная раса потеряет не более пяти процентов от числа выживших. Более точно сказать не могу, но если вы хотите завершить вторую фазу, то нужно запускать её, как можно быстрее, пока вирус не перешёл на следующую стадию мутации, – сообщил профессор.

– Вы можете гарантировать, что всё произойдёт в рамках озвученных вами цифр, профессор?

Тот на секунду задумался и, достав из кармана монетку, подбросил её, решив, что если выпадет решка, он откажется от второй фазы, но выпал орёл и он ответил.

– Я гарантирую, что вторая фаза пройдёт в рамках озвученной мною фазы, если она будет запущена в течение трёх дней.

– Хорошо, я доложу об этом президенту и постараюсь его уговорить договориться с русскими, – ответил сенатор и отключил связь.

Профессор долго сидел, глядя перед собой, после чего нажал на клавишу вызова секретаря.

Через минуту в кабинет вошёл молодой секретарь в белом халате.

– Энджи, начинайте вторую фазу проекта, нужны добровольцы, беженцы не менее пятидесяти человек, для испытания новой вакцины, пора переходить к новой стадии нашего проекта, – сказал профессор.

– А разрешение от правительства нам на это дали? – спросил он.

– Энджи, не задавай глупых вопросов, я здесь и правительство, и президент и сенатор в одном лице. Вся власть в штате принадлежит мне, поэтому начинайте вторую фазу и проконтролируйте перемещение инфицированных в крупные центры для беженцев. Пришло время поставить крест на споре, кто должен управлять Америкой и вообще всем миром. Не для того мы проделали столько работы, чтобы спускать всё на тормозах.

Восточное крыло Белого дома, секретный бункер.

Внеочередное заседание кабинета министров и Совета Безопасности.

– Сенатор, поясните ваши слова, мы плохо вас расслышали. Может, опять связь барахлит?

– Господин президент, используя все ресурсы наших лабораторий, получить вакцину, удовлетворяющие нашим требованиям, получится не ранее, чем через полгода и есть вероятность, что за это время штамм вируса, снова мутирует. Мне дали однозначный ответ, что в течение года, изготовить вакцину лучше или хотя бы с похожими данными, чем у русских, мы не сможем. Хуже того, если сейчас не запустить вторую фазу проекта «Эволюция», мы не сможем её реализовать в будущем. Вопрос должен быть решён в течение трёх дней, это крайний срок, когда есть гарантия на её полный успех.

– Этот вопрос мы обсудим с вами лично, по закрытой связи. Но работа лабораторий под вашим контролем неэффективная и мы вынуждены будем назначить на этот пост другого человека, возможно, он сможет решить поставленную перед вами задачу.

– Господин президент, мы и так сократили срок производства вакцины с трёх лет, до полугода, а это в шесть раз. Лаборатории работают в непрерывном цикле, посменно и от смены руководства, ничего не поменяется. Тем более у нас нет нулевого пациента, а без него только на поиск аналогичного испытуемого уйдёт очень много времени. Я бы рекомендовал договориться с русскими насчёт вакцины, тогда мы сможем сохранить треть всего населения страны.

– Хорошо, мы поставим этот вопрос на голосование, – ответил президент и отключил связь, после чего дал команду отключить кабинет министров и Совет Безопасности от трансляции.

– Господа, что будем делать? Мы полностью провалили весь план, утверждённый нами, мне кажется, что от второй части плана необходимо отказаться. Это позволит нам сохранить большую часть населения нашей страны в то время, когда это действительно нам необходимо.

– Господин президент, но в случае успеха, населения того же Китая, сократиться ещё в два раза, а африканские страны гарантировано вымрут, с учётом новой пандемии. Мы получим доступ ко всем ресурсам планеты.

– Мне кажется, что это сейчас не так важно, нам нужно восстановить страну, а рабочие руки нам будут очень нужны, поэтому я рекомендую прекратить данный проект, а всех участников необходимо зачистить и сенатора в том числе. Он слишком много знает и представляет нам серьёзную угрозу, тем более, если мы получим вакцину от русских, можно вместе с сенатором, зачистить и этого профессора, который всё это разработал. Как говорят русские «концы в воду». Мы обезопасим себя, заодно нужно подготовить, что раскрыли план по уничтожению чернокожего населения нашей страны и спасли его от тотального уничтожения. Что у нас есть, чтобы гарантировано уничтожить лабораторию в Северной Дакоте? – спросил президент.

– У нас есть аналог русской «вакуумной бомбы», она гарантировано уничтожит всю лабораторию и выжжет там всё напрочь, поэтому можно будет не опасаться утечки вирусов, да и обвинить в этом мы всегда сможем русских, – предложил министр обороны, оказавшийся в бункере с президентом.

– Тогда так и сделаем, и поручите убрать сенатора, пока он не понял, что от него хотят избавиться. Что у нас по операции «Аркан»? В какой стадии она находится?

– Господин президент, для участия в этой операции, мы решили задействовать единственный уцелевший