Город скелетов - Яна Оливер

— Шампанское? — Когда Райли возмущенно уставилась на Морта, он выглядел пристыженным.

— Аукционеры отлично умеют выкачивать деньги из клиентов, — пояснил он. — Все аукционы тематические. Сегодня… готика. Прошлый раз был кошмарным — «Привет с Гавайев». Все было в кокосах и цветах, пир горой.

Райли застонала, сжав зубы.

Только не будь дурой, иначе тебя выгонят отсюда.

Верхний свет помигал несколько раз и погас. Шум толпы стих, словно они находились на каком-нибудь бродвейском мюзикле. Свет прожектора выхватил из темноты мужскую фигуру во фраке и цилиндре.

— Добрый вечер, леди и джентльмены, — начал он низким, звучным голосом, сопровождая свои слова такой же вымученной улыбкой, как и официантка. — Добро пожаловать на второй вандю в этом году. — Он прошелся по сцене. — Сегодня мы представим вам замечательную коллекцию. Наслаждайтесь и помните, что часть вырученных от продаж денег поступит в благотворительный фонд. А теперь, без дальнейших промедлений, начнем шоу! — И он махнул рукой в сторону сцены.

Свет прожектора померк, занавес стал подниматься. Воздух заполонили торжественные звуки органа, у Райли застучали зубы. Когда глаза немного привыкли к темноте, она разглядела полную луну, похожую на гигантское серебряное око. Затем понемногу показались остальные декорации: узловатый дуб с корявыми голыми ветвями и словно плывущие в глубоком тумане надгробия. Вдруг завыл волк, заставив Райли вздрогнуть от страха.

Морт тяжело вздохнул:

— Я заранее прошу у тебя прощения за то, что тебе придется увидеть.

Перед самым большим из надгробий туман рассеялся, и над полом показалась голова мужчины. Он медленно поднялся во весь рост. На вид ему было около сорока, как и ее отцу. В руке бедолага держал череп. Моргая на ярком свету, он растерянно молчал некоторое время и затем начал монолог скрежещущим, прерывистым голосом:

— Бедный Йорик…

Морт тихо застонал от ярости.

— Я знал его… когда-то… — произнес несчастный мертвец, морща лоб в попытках вспомнить слова. — Человек… бесконечного… э-э-э… остроумия. Ха! Ха!

Затем он высоко поднял череп в руках и напряженно посмотрел в зрительный зал. За первыми столами смеялись, и он не мог не слышать этого.

Ведущий подошел к нему.

— Леди и джентльмены, позвольте представить вам Герберта. Он работал аудитором в департаменте государственных сборов. Его главное достоинство — идеальное знание корпоративных налогов. Если вы не хотите связываться с дядей Сэмом из-за лишнего миллиона долларов, этот Воскрешенный — для вас. — Он сделал паузу и выкрикнул: — Есть ли стартовая цена?

— Десять тысяч! — крикнул кто-то.

— Одиннадцать.

Они правда хотят его купить.Райли понимала, что этот момент наступит, но видеть все своими глазами оказалось слишком. Когда ее желудок перекувырнулся, она попыталась сжать живот обеими руками и уткнулась лбом в колени.

— Туалет? — взмолилась она.

Морт указал направление, и она пустилась бегом по лестнице. Ей вслед раздавались объявления цены. Райли из последних сил толкнула дверь в женский туалет.

— Восемнадцать тысяч!

Желудок передумал бунтовать, она умылась ледяной водой и оставила лицо высыхать на воздухе. Разглядывая себя в зеркало, Райли ужаснулась собственным мыслям.

Как они могли продать ее отца? Получите в распоряжение собственного легендарного ловца демонов! Познайте секреты Преисподней!В каком качестве его будут выставлять: как историка — знатока Гражданской войны или репетитора для детей?

Последовала новая волна органной музыки и шум аплодисментов. Эти торги были закончены. Райли проковыляла на свое место, по дороге наступив Морту на носки ботинок и извинившись. Заключительная цена высвечивалась на надгробии в центре сцены: восемьдесят пять тысяч долларов.

Все стремятся заработать на смерти.Продавец мертвецов на ярмарке был прав.

— И кому все это достанется? — сжав зубы, процедила она. — Вам, ребята?

Морт покачал головой:

— Семья получит восемьдесят пять процентов, без налогов.

— Они согласились на это? Да как они смогли?

— Этого хотел сам Герберт, — раздался сзади ледяной голос леди Торин. — Он хотел позаботиться о жене и детях даже после смерти.

— Но для этого существует страховка, — возразила Райли.

— Да, но он решил принять дополнительные меры. Я жалею только об одном: что не удалось устроить частную продажу. Это не так унизительно.

— А что будет через год? Он кончит в мусорной яме?

Некромантша придвинулась так близко, что Райли почувствовала исходивший от нее запах виски. Но куда больше ее напугало легкое покалывание, вызванное магической силой.

— Мои люди не оказываются в мусорных ямах, мисс Блэкторн. С ними обращаются в соответствии с их прежним положением. И не смейте подозревать меня в равнодушии, вы поняли?

Райли растерянно кивнула.

— Простите. Я не…

— Вы, похоже, не думаете головой, иначе не рискнули бы сказать мне такое.

— А почему бы и нет? Я уже оскорбила Озимандиа, и мне нечего терять.

Да что с моим языком сегодня?

Она зажмурилась, готовясь к чему угодно. Может быть, теперь она всю жизнь проходит с меховым хвостом. Наверняка он будет отличаться по цвету от волос.

Вместо этого она услышала сухой смешок.

— Мортимер, а ты умеешь их выбирать.

Следующим Воскрешенным оказался парень ненамного старше Райли. Держа в руках бутафорский меч как швабру, он шатался по сцене, перевирая строки из Шекспира. Он ушел с аукциона за пять тысяч, в основном благодаря своим умениям садовника. Когда дело дошло до седьмого лота, Райли всерьез пожалела, что ей не исполнился двадцать один год. Без алкоголя это зрелище превращалось в пытку.

Затем было продано еще трое. Райли подскакивала на месте от нетерпения.

— Папа здесь? — спросила она. Морт покачал головой, и она нахмурилась. — Когда ты об этом узнал?

— Официантка показала мне список выставленных на торги.

— Тогда какого… — Она перевела дух и медленно сосчитала до пяти. — Зачем ты заставил меня смотреть все это?

— Ты должна осознать, против чего пытаешься пойти.

В данный момент на сцену вышла домохозяйка средних лет. Она перепугала Райли фальшивым исполнением партии из «Призрака оперы». Денег за нее предлагали немного. В конце бедняжка начала плакать.