Алькар. Воскресшие тени - Светлана Скиба

смогла спасти и маленькой норницей не отпускало. И чем сильнее оно ее поглощало, тем усерднее Соня погружалась в учебу, с головой зарываясь в книги.

– Ваша тяга к знаниям достойна похвалы, – отметил директор школы, увидев ее недавно в библиотеке, – все преподаватели вами чрезвычайно довольны.

Леона, с которой они каждый день встречались в учебном центре, а после занятий просиживали в шумном кафе, расположенном на крыше здания, была иного мнения.

Сегодня они как обычно зашли в кофейню, запруженную учениками. В отличие от подруги, перед которой одиноко лежал помятый блокнот, Соня со всех сторон обложилась учебниками и высокой стопкой блокнотов, в которые уже начинала делать первые записи на тиберлойском языке.

– Ты скоро станешь как Финт, – цокнула Леона.

– Хамелеоном?

– Скорее заучкой. Он кроме своих книг ничего вокруг не замечает. Я не спорю, знания – это конечно, замечательно, но ведь есть и другие интересы! – в ее голосе сквозила обида.

Соня улыбнулась. Теперь ясно в чем дело.

– Ты преувеличиваешь. Это же очевидно, ты ему нравишься.

Леона сделала удивленную гримасу, через которую, как радуга сквозь туман пробивалась счастливая улыбка.

– Ты серьезно так думаешь? – уточнила она, продолжая сиять, словно начищенная монета.

– Я в этом уверена.

Ну как Леона может кому-то не нравиться? Это же просто невозможно. Если Финт и впрямь, не замечает такой красоты, то он слепой. Кошачьи желто- зелёные глаза с длинными изогнутыми ресницами могли свести с ума кого угодно, а эти ямочки на щеках; к тому же Леона обладала необыкновенной грациозностью и изяществом.

Словно в опровержении Сониным мыслям, «изящная подруга» широко зевнула, обнажив острые клыки, и громко икнув, потёрла кулаком прослезившиеся глаза с красной сеточкой сосудов.

– Опять не выспалась? – с сочувствием поинтересовалась Соня.

– Как обычно, – обреченно кивнула Леона, – родители работают в две смены, а у Инжер, моей младшей сестрёнки сейчас режутся зубы, – она закатила глаза, – я всю ночь с ней возилась. А когда под утро она успокоилась, и я попыталась уснуть, Марсия врубила музыку на весь дом и настала очередь вести в садик Остара.

Девушка прикрыла глаза, положив подбородок на сложённые на столе руки, и снова зевнула.

– Счастливая, – протянула Соня, отчего у Леоны широко распахнулись глаза.

– Счастливая? Да они меня с ума сводят!

– Зато они рядом, вся твоя семья…

Леона покачала головой, словно усомнившись в ее словах.

– Ой, не знаю… Порой мне хочется сбежать на край Алькара и где-нибудь спрятаться, чтобы меня никто не трогал, не орал, не выносил мозг…

Соня понимающе улыбнулась.

– В последнее время, я часто вспоминаю свою сестру Лару.

– Скучаешь по ней?

– Не знаю, у нас сложные отношения. Мы никогда не были подругами.

– Я уверена, она тебя любит. Сейчас, наверное, места себе не находит.

Соня бросила на подругу недоумевающий взгляд.

– Откуда такая уверенность?

– Знаю и все. Иногда мне кажется, что я готова голыми руками придушить эту мелочь, особенно Марсию, которая вечно роется в моих вещах, но как представлю, что с ними может что- то случиться, – она зажмурилась, замотав головой, – я понимаю, что ради них готова на все.

Соня поймала себя на мысли, что продолжает кивать каждому ее слову.

Дождь снова усилился и через густые ветви парящих кустарников, выполняющих функцию полога, стали просачиваться ледяные капли, падая прямо на голову. Из-за толчеи, образовавшейся перед выходом из кафе, Соне пришлось опоздать на урок по живознанию. К счастью, господин Беккенд сам явился не вовремя и не заметил отсутствия половины учеников.

– Наш Алькар населяет множество народов, образующих большие города, как наш, и поселения поменьше. На прошлом уроке, мы начали изучать подземный город Крофт, – отметил преподаватель живознания.

– Господин Беккенд! – краснощекий парень поднял руку.

– Да, я вас слушаю.

– А правда, что город Крофт – родина всех норников?

– Предполагается, что так и есть, – кивнул он.

– А правда, что норники и отары приняли сторону Повелительницы теней? – спросил мальчик, ещё больше раскрасневшись.

– Э, э, э, – растерянно протянул преподаватель, – я не владею подобными сведениями, и считаю что данное утверждение более чем ошибочное. Смею предположить, что город Крофт взял нейтралитет, впрочем, как и многие другие народы, в том числе и жители Отарскихских пещер.

– Но мне папа рассказывал, что отаров видели в Мертвой пустоши, это ведь неспроста? – не унимался парень.

Нос господина Беккенда имевший в начале урока светло сиреневый оттенок, сейчас стал похож на спелый баклажан.

– Насколько мне известно, никто из участников Кровопролитной битвы, не пересекал запретную границу с Мертвой пустошью, – его взгляд остановился на Соне, как и еще несколько десятков глаз.

Сделав по возможности непринужденный вид, она с обострившимся интересом окунулась в изучение учебника. Немного покашляв для некой важности, господин Беккенд прикрепил карту Алькара к учебному стенду и начал рассказывать про Севитскую долину, находившуюся на северно – востоке. Все это время Соня продолжала периферийным зрением ловить на себе любопытные взгляды учеников. Интересно, что они о ней думают? Безумная, которая нарушила все правила и подвергла город опасности? А одного из друзей и вовсе чуть не лишила жизни. Благо, что Нарц пошёл на поправку и хорошо себя чувствовал, иначе она бы точно сошла с ума.

Соня решила, что после занятий обязательно навестить своего друга. Главное, не встретиться с его родителями, на которых она недавно наткнулась у дверей палаты Нарца. Госпожа Цетилия и ее супруг господин Брайсон как воспитанные люди, конечно, ответили на ее приветствие кивком, но если бы взгляд мог убивать, то Сони бы уже не было. Впрочем, их можно понять, ведь именно из-за неё их сын мог погибнуть или лишиться руки. И теперь вместо того, чтобы заниматься подготовкой к поступлению в отдел Высших знаний, где пропадает сейчас Финт, их сын вынужден «наслаждаться» всеми прелестями лечебницы.

Хоть Сальвина и утверждала, что ее старшая сестра не держит на нее зла, но Соня не слепая, она видела как при встречи с ней, глаза женщины вспыхнули огнем. Если бы не злобная гримаса, исказившая ее лицо, Цетилию легко можно было бы спутать с Сальвиной, настолько сестры были похожи.

– Сегодня мы отправимся на северо – запад Алькара, – продолжал вести урок господин Беккенд, расхаживая перед картой, – откройте учебник на десятой странице и найдите там Слезное море и Русалочий залив.

Аудитория наполнилась шуршанием, все усердно листали учебники. Слезное море Соня нашла без труда, оно обозначалось пиктограммой в виде русалки, выглядывающей из- за волн.

– Русалки… – угрюмо проговорил преподаватель, будто шла речь о морганах. – Этот народ со своей культурой и обычаями очень своенравен. Несомненно, русалок стоит опасаться,